class="z1" alt="" src="images/image132.jpg"/>
С российскими композиторами Холлигер постоянно поддерживает дружеские контакты. Вот как он сам отвечает на вопрос об этом И.Овчинникова:
В первую очередь это относится к Эдисону Денисову, с которым мы переписывались и были близкими друзьями. Началось это с тех пор, как он написал для нас с моей женой, арфисткой Урсулой Холлигер, «Романтическую музыку» для арфы, гобоя и струнного трио, премьеру которой мы сыграли на фестивале в Загребе в 1969 году. Ему даже удалось туда приехать.
Позже Денисов написал для меня пьесу «Соло для гобоя», Концерт для гобоя с оркестром, а для нас с Орелем Николе — Концерт для флейты и гобоя.
Вскоре после «Романтической музыки» Денисова, появилось ещё одно сочинение для нас с Урсулой — Концерт для арфы и гобоя с оркестром Шнитке: я послал автору подробный список приёмов игры на гобое, и ему удалось использовать практически их все! Но виртуозность не должна быть самоцелью; в таких сочинениях тебя поначалу привлекает техническая сторона, но потом твой интерес остывает.
Мы встречались и с Софией Губайдулиной; к сожалению, она так ничего для нас и не написала. А вот её сочинениями мне дирижировать приходилось — помню, что она осталась довольна. Мне очень интересно, что делает Валентин Сильвестров. Мне ближе всего его камерные вещи, такие как Трио для трубы, флейты и челесты. Совсем раннее сочинение, короткое, но абсолютно потрясающее. Или «Драма» с её инструментальным театром, где скрипач то ударит смычком о струны рояля, то зажжёт и погасит спичку…
Хайнц Холлигер — один из самых востребованных композиторов современности. Его основные произведения — это опера «Белоснежка», цикл «Скарданелли» для флейты, камерного оркестра, магнитофона и камерного хора, струнный квартет, концерт для скрипки с оркестром, Пять пьес для органа и магнитофона.
17 июня 1968 года в Роттердаме состоялась премьера одного из ныне самых исполняемых произведений Холлигера — «Siebengesang» (Семь песен) для гобоя, оркестра, вокалистов и громкоговорителя. Вот как сам композитор говорит об этом оригинальном сочинении.
Я поставил перед собой цель показать сложные взаимоотношения между личностью (солистом) и его окружением (оркестром), и это дало мне толчок для нахождения формы произведения. Произведение состоит из 7 частей: в первых трех частях сольный инструмент и различные самостоятельные оркестровые группы, отличающиеся по регистру и тембру, ведут диалог. В 4-й части происходит как бы взаимопроникновение солирующего гобоя и ансамбля из четырех инструментов. В пятой части следует масштабное оркестровое нарастание. На протяжении 23 пятисекундных отрезков, отмеченных сигналами гонга, различные оркестровые группы (каждая с индивидуальным тембром) постепенно накладываются друг на друга. В шестой части происходит «перемена декораций»: с помощью встроенного микрофона гобой приобретает незнакомый, усиленный и искаженный звук, а оркестр получает новый звуковой спектр. Экстремальные структурные контрасты собраны здесь в лихорадочном чередовании на очень тесном пространстве. В очень тихой последней части партия гобоя дублируется семью голосами, поющими заключительные стихи поэмы Георга Тракля «Семь песен смерти».
Из произведений последних лет отмечу хоры а cappella на тексты Ангелуса Силезиуса, двойной концерт для скрипки, альта и маленького оркестра, «Increschantüm» (поэтическое название для тоски, ностальгии) на стихи Луизы Фамос для сопрано и струнного квартета (2014), «Сумерки» на 5 собственных хайку для сопрано с оркестром и «Реликвии» на слова Франца Шуберта для сопрано, кларнета и фортепиано (2018). В 2018 году в Цюрихе состоялась премьера второй оперы Хайнца Холлигера «Лунеа» о жизни поэта-романтика Николауса Ленау.
Х. Холлигер любит театрализовать свои концерты, делать музыку зримой. На эту тему вопрос И.Овчинникова: — В ваших концертах нередко присутствует элемент игры — то спуститесь с пульта и сыграете несколько фраз на клавесине, то удивите публику военным оркестром, который прошагает по залу во второй части «Военной» симфонии Гайдна…
— Со стороны это может казаться игрой, но на деле таковой не является. Моя игра на клавесине в 98-й симфонии Гайдна, конечно же, шутка, но так задумано автором: в финале он вспоминает о тех временах, когда композитор управлял оркестром из-за клавесина, и добавляет для дирижёра несколько фраз.
Что касается второй части «Военной» симфонии, то здесь Гайдн имел в виду турецкий оркестр, музыканты которого играли и маршировали одновременно. Для них написано всего 32 такта, чего же ради сажать их на сцену? Хотя эта простая идея приходит в голову далеко не всем. А ведь в те времена такие турецкие оркестры были в моде, что и хотел подчеркнуть Гайдн: словно вы открыли окно и вдруг услышали, как такой оркестрик проходит по улице. По аналогии с музыкантами на сцене в соответствующем эпизоде моцартовского «Дон Жуана».
Премии, награды и отличия, которых удостоен Хайнц Холлигер, не стоит и перечислять — их список занял бы несколько страниц. При этом все, кто соприкасался с замечательным музыкантом, в один голос отмечают его дружелюбие, открытость, умение слушать собеседника и внимательно, уважительно относиться к его мыслям и взглядам, даже если они не совпадают с собственными.
Пожелаем Хайнцу Холлигеру насколько возможно долгих лет жизни и творчества!
