– Звучит довольно безрадостно, – заметила я, удобно располагаясь в собственном кресле.
Лично мои детство и юность прошли в густых джунглях и болотах, и каково это – прожить всю жизнь там, где нет зелени и живности, мечтающей тебя сожрать, представляла смутно. Даже на будущем личном астероиде я планировала разбить небольшую оранжерею и завести там парочку плотоядных растений.
Чтобы никогда не забывать, почему бдительность нельзя терять ни на минуту.
Шиндари кивнул согласно, но ответил не сразу. Перед ним разворачивалась карта маршрута с подсвеченной точкой назначения – планетой Нергией.
– Так было не всегда, – он приблизил к себе заключительный участок трассы. – Сотни лет назад ее покрывали леса – мой народ очень бережно относится к родной планете.
– Но? – подсказала я. – После таких фраз всегда следует “но”.
– Ты права, – Шиндари вздохнул. – Но сейчас наше солнце умирает, и вместе с собой забирает планету. Не сразу, на протяжении многих столетий. Мельчали моря, исчезали леса… Сейчас зеленых пятен на ней почти не осталось, и они тщательно охраняются.
– Все это не выглядит как хорошее место для жизни, – я подперла подбородок рукой, с интересом разглядывая нергита. Сейчас он выглядел непривычно уязвимым. Видимо, я случайно задела болезненную тему.
При этом он не послал меня по известному адресу, как сделала бы я сама. Такой милый и воспитанный мальчик, просто одуванчик с отрастающими белыми волосами. Идеалист Карриг рядом с ним сейчас выглядел бы прожженным циником.
Старательно взращенная подозрительность не давала поверить ему.
– Увы, – тихо согласился Нейдан. – Это наша большая боль и большая беда. Наши дом умирает, а мы ничего не можем сделать.
Ага, значит не так уж безграничны эти их таинственные способности. В космических масштабах и они бессильны.
– Это как-то связано с тем, что у вас сейчас неспокойно?
Нейдан молча кивнул. Легкая грусть сменилась откровенной мрачностью. А вот эта тема для него действительно неприятна, и откровенничать по этому поводу он со мной не намерен.
– Кстати об этом, – вопреки ожиданиям он все же заговорил. – Я предлагаю не подлетать прямо к планете. Остановимся у спутника и попытаемся связаться с… Теми, кто способен заплатить за меня больше.
Я скрестила на груди руки.
– Неожиданно, – протянула задумчиво. – У меня есть выбор? И насколько большой?
Шиндари как-то неловко пожал плечами, и смущенно отвел взгляд, что в исполнении крупного военного смотрелось странно и неуместно. Подозрительно.
– Если ты обратишься напрямую к Совету планеты, тебе в лучшем случае выдадут грамоту и разрешат заправиться за полцены. А то и вовсе обойдутся устной благодарностью.
– Та-ак! – Я недовольно нахмурилась. Вот как чувствовала, что подвох есть! – А альтернатива?
– Те, кто должны были ждать меня на той станции… Они действуют неофициально. Но можно попробовать выйти на них, и тогда ты получишь свое вознаграждение.
– Твои товарищи-террористы? Бездна, во что я влезла!
Ответом мне стало неопределенное мычание.
– Надо было сдать тебя Пхенгу, – мрачно заявила виновато отводящему глаза нергиту. – И лететь бы далеко не пришлось.
Мне не поверили.
– Но ты этого не сделала, и теперь являешься соучастнице, – он неожиданно подмигнул. – И как оно, быть террористкой?
– Экономически невыгодно, – бросила в ответ я и вылезла из кресла. Надо еще раз перебрать маневровые двигатели. Чувствую, пригодится…
***Посмотреть на Нергию, наконец попавшую в поле зрения внешних камер, на рубке собрался весь экипаж. Карриг рассматривал небольшой пятнистый шарик с исследовательским интересом, Шиндари – с тоской, а я пыталась прикинуть размер задницы, в которую залезла, ведомая алчностью.
Нергия не выглядела как планета, на которой живет многочисленная и процветающая высокоразвитая раса. Слишком малое количество зелени и пугающее – пустынь. Совсем немного огней на ночной стороне планеты – словно ее обитатели еще не вышли в космос.
Когда подлетели ближе, настораживающих моментов стало еще больше. Малое количество искусственных спутников на орбите, почти пустой эфир… Многие мелочи, да еще и мрачное выражение лица Нейдара подсказывали, что все плохо.
Но поворачивать назад, не постучавшись в двери, я не собиралась. Если что, маневровые в полной готовности.
– Спутник на двадцать пять градусов, – указала я на заинтересовавший меня объект. – Подойдет для наших целей?
Шиндари кивнул.
– Да, это Инья. Она не освоена. Можно встать в ее тени и оттуда постараться связаться с… нужными нам людьми.
Мрачная каменная глыба облетала планету по эллипсоидной орбите и вписывалась в общую атмосферу заброшенности. На густонаселенных планетах такая роскошь, как естественный спутник, уже давным-давно густо застроена производственными зданиями. Пустующая луна – нонсенс для цивилизации, вошедшей в космическую эпоху.
– Принято, – одобрила я план. – Карриг, в каюту, пристегнись, будем маневрировать. Шиндари, встать на орбиту.
– Есть, капитан! – на автомате ответил пилот, и не слышалось в этой фразе ни усмешки, ни двойного подтекста.
Пятнадцать корабельных минут все шло хорошо, а потом Вселенная намекнула, что недооценивать потенциального противника – одна из грубейших ошибок.
Внезапный вызов по внешней связи стал неприятной неожиданностью. Приборы равнодушно отображали отсутствие чужой техники в зоне видимости. Получалось, что радары нергитов нас видят, а вот мы их – нет.
– Катер “Оса” три-пять-один, ответьте! Назовите себя и цель пребывания в системе!
Шиндари молча показал головой. Выдавать свое присутствие сейчас он не собирался. Пришлось импровизировать.
– Ой! Кто здесь? – звонко воскликнула я, не торопясь включать видеосвязь. Сама тем временем торопливо натягивала светлый парик, который предусмотрительно не стала убирать далеко. Медсестра Дора – очень удобная маска. Стереотипам о блондинках оказались не подвержены только инсектоиды. Остальные разумные расы, даже чешуйчатые надориане, попали под влияние галанета и распространяемого образа недалекой светловолосой героини ситкомов. Очень удобно в некоторых случаях.
– Катер “Оса!” Включите видеосвязь!
Шиндари неожиданно ловко для такого массивного мужчины расстегнул ремни безопасности и стек с кресла на пол, оставляя меня отдуваться в одиночестве.
Вот вообще не удивлена.
Хотя мог бы и предупредить!
– Сейчас-сейчас! – продолжила я играть блондинку. – Только найду нужную кнопку…
Молчание в эфире стало каким-то уж слишком многозначительным.
– Как хорошо, что я вас встретила! – продолжила тараторить, напряженно всматриваясь в показания приборов. Собеседники на них все еще не отображались. – Вы представляете! Я летела к Глизе шесть-шесть-семь, и тут у меня как застучит что-то в корабле! Как заскрипит! Наверное, это корабельный гремлин. Или в вентиляцию что-то попало, не знаю…
Вселенная, если бы меня не держал на прицеле неизвестный корабль неизвестной боевой мощности. я бы умерла от стыда.
Видеосвязь наконец установилась, и я могла полюбоваться на очередного синеглазого и беловолосого нергита. Для разнообразия, в форме.
Мой, кстати, оказался симпатичнее. Этому не хватало харизмы.
– Я же не долечу! Что мне делать, офицер? – и похлопала глазками. Как блондинка из анекдотов.
Чужой нергит недоверчиво сверлил меня взглядом.
– Я вынужден произвести стыковку и осмотреть корабль. Это закрытая для полетов территория, вы нарушили правила.
– О, конечно, я все понимаю, капитан, стыкуйтесь! – прощебетала, прикидывая, какую пользу извлечь из этой ситуации.
– Он может рассказать, что происходит на планете. Я немного отстал от жизни, – негромко предложил Шиндари, когда видеосвязь отключилась.
– Ты втягиваешь меня в свои проблемы все глубже.
Нергит невесело усмехнулся.
– Ты уже по уши в них.
– А ты ужасно невыгодный пленник! – бросила в ответ и заблокировала дверь в каюту. Пусть док отдохнет. Ни к чему ему видеть, чем занимаются на досуге пираты и террористы.
