идеи. Но нет никаких прямых свидетельств об их причастности к заговору. На что же всё-таки рассчитывали Боргезе и его сообщники?
Несколько месяцев спустя после провала путча, когда о том, что произошло в Риме в ночь на 8 декабря, бродят только неясные слухи, о попытке переворота узнаёт капитан СИД Антонио Лабруна. Об этом ему рассказал случайный знакомый — состоятельный судовладелец. По словам этого судовладельца, один его «близкий знакомый» попросил подготовить в декабре 1970 года все свои суда в порту Чивитавеккья для выполнения некой таинственной операции. Позднее судовладелец узнал, что на этих судах в ночь переворота собирались вывезти на острова арестованных в Риме политических и профсоюзных деятелей. Для выполнения этой задачи 7 декабря в порт прибыли заговорщики из Сицилии, Калабрии и Апулии. В последний момент операцию отменили.
Лабруна заинтересовался рассказом и сумел установить, что человеком, просившим подготовить суда, был не кто иной, как Ремо Орландини — правая рука Боргезе. Как и «чёрный князь», он тоже давно известен полиции, спецслужбам и мог похвастаться не менее бурным фашистским прошлым, чем его патрон. Достаточно, сказать, что во времена марионеточной «социальной республики Сало» он был единственным итальянским офицером, которому гитлеровцы «доверили» командование немецкой воинской частью.
Лабруне удалось войти в доверие к Орландини, прикинувшись, что он «разделяет» взгляды-путчистов. Заговорщики в свою очередь были польщены тем, что сумели «завербовать» офицера секретной службы. Ррландини сообщает капитану, что Боргезе поддерживает тесные связи с его шефом — генералом Вито Мичели.
Лабруна немедленно докладывает об этом своему непосредственному начальнику — генералу СИД Джанаделио Малетти, который возглавлял отдел контрразведки, так называемый «Отдел Д». Малетти приказывает Лабруне продолжать встречи с путчистами и выведать как можно больше о плане «Тора-Тора». Лабруна с энтузиазмом исполнительного служаки бросается выполнять «важное» поручение. Может быть, его ожидает повышение по службе? Увы! Мог ли он предполагать, что об этом заговоре его начальству уже давно известно не меньше, чем самому «чёрному князю»?
В июне 1974 года неутомимый Лабруна организовал в швейцарском городе Лугано, где в то время скрывался Орландини, встречу путчиста с офицерами СИД Романьоли и Дельи Инноченти, представив их как «преданных людей», разделяющих взгляды заговорщиков. Сидовцы заявляют Орландини, что готовы принять участие в новом заговоре, но для этого, дескать, им необходимо во всех подробностях знать о предыдущей попытке путча, чтобы «не повторить ошибок прошлого». Итак, Орландини попался на крючок? Врочем, не будем делать поспешных выводов.
МАГНИТОФОН В ПОРТФЕЛЕ
Разговор сидовцев с Орландини происходит в ресторане во время обеда. Ремо Орландини не знает, что в портфеле одного из его «новых друзей» спрятан магнитофон. Запись этого «разговора в Лугано» опубликована в книге итальянского журналиста Норберто Валентини «Ночь мадонны».
Романьоли. Итак, капитан Капанна, служащий в министерстве внутренних дел, переговорил с полковником Барбьери, и акция началась. Что должен был сделать Капанна?
Орландини. Задача Капанны состояла в том, чтобы обеспечить охрану министерства внутренних дел (после того, как оно будет захвачено заговорщиками. — Авт.) и вооружить наших людей. Что и было в точности выполнено. Ты же знаешь, что вокруг министерства расставлены полицейские патрули… Капитан подъехал к зданию министерства на автобусе, снял с постов всех полицейских, охранявших его, и отвёз их в казарму на виа Панисперна. Я тоже приезжал в эту казарму и объяснял, что нужно делать…
Романьоли. Значит, была захвачена и казарма на виа Панисперна?
Орландини. Да, её захват начался. Оттуда уже выпускали только по специальному разрешению. Но у Капанны была ещё и другая задача: захват палаты депутатов и сената. Для этого у него имелось всё необходимое.
Романьоли. В его распоряжении были полицейские или люди из «национального авангарда»?
Орландини. В основном полицейские. Но там были и наши люди, прибывшие из одного городка под Римом. Это они проникли в здание министерства внутренних дел.
Лабруна. Из Риети?
Орландини. Кое-кто прибыл из Риети, но из других мест тоже… Во второй половине дня они захватили арсенал министерства, достали автоматы, сняли смазку, зарядили их, потом, занялись тяжёлыми пулемётами, расставив в определённых местах на случай обороны министерства.
Романьоли. Это произошло во второй половине дня?
Орландини. Нет, во второй половине дня они только приступили к делу. Но пришлось порядочно повозиться.
Романьоли. Значит, они закончили всё вечером?
Орландини. Нет, позднее. Им надо было вывезти из здания 200 автоматов для вооружения группы, предназначенной для выполнения других задач.
Романьоли. А когда это оружие было доставлено по назначению?
Орландини. Оно не было доставлено по назначению, потому что поступил приказ свернуть операцию. Мы едва успели повернуть назад грузовики с оружием, которые уже отправились к назначенному объекту. Мы разгрузили автоматы, снова их смазали и расставили по прежним местам. Пришлось провозиться до утра.
Романьоли. В котором часу поступил приказ свернуть операцию?
Орландини. В час ночи.
Романьоли, Короче говоря, в этот час в вашей «штаб-квартире» приняли решение…
Орландини. Да. И нам пришлось отступить. А ведь Мы имели связи и в международном плане. Из Рима должны были позвонить в Неаполь и на Мальту, а оттуда лично Никсону. В Неаполь позвонили, а вот на Мальте произошла какая-то заминка…
Романьоли. На Мальте, где расквартированы части НАТО?
Орландини. Да, там находилось командование сухопутными силами НАТО. Натовский флот уже собирался двинуться к нам на помощь. Вот почему я говорю, что вы даже представить себе не можете, насколько серьёзно всё было организовано…
Романьоли. Кто же поддерживал контакты с НАТО и с Никсоном?
Орландини. Я.
Романьоли. Не может быть, чтобы ты мог лично связаться с Никсоном!
Орландини. Я встречался с его человеком здесь, в Италии.
Романьоли. Это не тот ли, что работал в компании «Селения»?
Орландини. Браво! Тот самый! Его звали Фендвич… Он тогда занимался Западной Европой, а теперь «работает» на Ближнем Востоке, потому что его выслали из Италии. Как видите, дело было поставлено серьёзно. Но у нас и сейчас ничего не изменилось. Есть другой план, и в течение десяти дней мы снова сможем пустить в ход всю машину…
Лабруна (смеётся). Ну, ты неисправим!
Орландини. У нас есть ещё один парень. Его зовут Адриано Монти. Он «работал» на Ближнем Востоке, в Каире, его послало ЦРУ… Это он представил меня Фендвичу.
Романьоли. Почему ты уверен в том, что Фендвич и в самом деле поддерживал контакт с самим Никсоном?
Орландини. Он говорил с ним в моём присутствии.
Романьоли. Ты что же, встречался с Никсоном?
Орландини. Нет, он говорил с ним по телефону в моём присутствии. Он говорил: «Белый дом»,
