успел забежать за будку, когда паучиха, не успев затормозить, с грохотом в нее врезалась. Она завизжала и прыгнула на крышу, намереваясь схватить надоедливую добычу сверху.
Даран снова оббежал трансофрматор, по пути сразив еще двоих пауков, бросившихся на него, приложил посох к считывателю и распахнул дверь. Паучиха развернулась к нему и приготовилась к смертоносному броску. Смотритель быстро сделал несколько широких шагов назад и метнул посох в сторону трансформатора, словно Зевс молнию. Снаряд с грохотом врезался во внутренности распределительного щитка и тут же произошла ослепительная вспышка. Короткое замыкание продолжалось секунд десять, освещая окрестности ярким белым светом.
Последнее, что увидел Даран перед тем, как потерять сознание, это дымящуюся тушу паучихи обвисшую на искореженных остатках трансформатора. Действие Зелья Любви закончилось и тело, вспомнив чем оно занималось в течении этого часа, решило отключить своего хозяина.
***
Обычно, если Даран так уставал, как в этот день, сны ему даже и не думали сниться. Но в этот раз парень сначала пребывал в абсолютной тьме, которая через несколько секунд вдруг наполнилась сонмом разноцветных образов, звезд и вспышек. Он словно бы находился внутри красивой и живой галактики. Помимо света до Дарана доходили еще и звуки, некоторые из которых можно было воспринять как голоса странных существ, говорящих на непонятных языках.
Такие сны ему снились и ранее, но очень давно, в детстве, когда он давал волю своей фантазии. В этих снах он часто бывал в этой странной цветастой галактике. И всегда, любуясь ею, Даран почему-то обращал внимание на одну звезду, довольно не примечательную на фоне соседей. У этой звезды были длинные яркие лучи белого цвета, но ядро ее было темным как сама космическая пустота. Чем больше Даран всматривался в эту пустоту, тем больше «пустота» всматривалась в него и в какой то момент ему начинали сниться удивительно реальные сны, где Даран путешествовал по фантастическим местам, общался с одними странными существами и сражался с другими. События были настолько разнообразны, а сюжет почти никогда не повторялись и единственное что было в них неизменным был он сам и его оружие — обычный деревянный посох.
***
Весь следующий день Даран провел в лазарете, где его положили в отдельную палату. Из медицинского оборудования был только робот, который без всяких электродов считывал биометрические данные пациента, наблюдая за тем, чтобы тот, ненароком, не отошёл в мир иной. Раз в час приходила медсестра махала над его избитым телом рукой что-то задумчиво разглядывала в своём слое дополненной реальности и убегала обратно. В добавок к травмам, Даран чувствовал еще и дикое похмелье. Голова готова была разойтись по швам, а желудок непременно вернул бы все, что в него додумались бы запихать. Поэтому с утра ему поставили капельницу и несколько уколов. В общем, чувствовал он себя хреново, но с любопытством наблюдал как его раны и ссадины затягиваются буквально по часам.
Прокручивая вчерашние события Даран удивлялся тому, как ловко, бесстрашно и умело он сражался с пауками. Но больше всего его ум почему-то занимал именно приснившийся этой ночью сон. Каким-то подсознательным чувством парень догадывался, что его детские сновидения помогли ему вчера выжить. Раз за разом Даран воспроизводил в голове свои движения во время боя с паучихой, понимая, что никакое историческое фехтование научить его такому не могло.
- Ты отлично реагируешь на реконструктор тела, - вырвал его из раздумий Руслан.
Он и София пришли навестить его под вечер. Она с бутербродами и кофе, а главврач с отличным коньяком.
- Это ты про ту дрянь, что мне сутра вкололи? - застонав от головной боли спросил Даран.
- Ага, - ответил врач и разлил коньяк по трём стопкам, - Хватай, голова пройдёт.
- Мог бы и предупредить, что будет так хреново. Я такого со студенческих времен не испытывал. Больше не предлагай мне своих эликсиров.
Руслан лукаво улыбнулся и они, чокнувшись, выпили. Даран поморщился и посмотрел на смешное личико Софии, у которой прихватило дух от коньяка. Они снова встретились взглядами.
- София, ты, если что, извини за вчерашнее. Это все Руслан, - улыбнулся он.
Девушка ответила такой же мягкой улыбкой.
- О чем это он? - поинтересовался главврач.
Девушка замялась.
- Да так, ничего важного, – смутилась она и отвела взгляд.
Даран почувствовал себя неловко и решил перевести разговор в другое русло:
- Объясните мне, кто такие эти храмовники?
- Они, что-то вроде секты, - решил пояснить Громов, - Это давно существующая организация в Городе. Она, конечно же, тайная, но, по слухам, в неё входят очень влиятельные личности. С ними связано много всяких громких и мтуных историй.
Даран уже свыкся с уклончивыми названиями и поэтому задал вопрос по существу:
- И зачем они воровали у нас продукты?
Руслан развёл руками.
- Кто их поймёт? Спросишь сам, когда они сунуться сюда в следующий раз, а они, не сомневайся сунуться. Это конечно, если тебя примут окончательно, и ты решишь остаться, после такого-то приключения.
***
Даран и ректор встретились спустя час у центрального фонтана. Во дворе роились кучки студентов, отдыхающих после занятий. Небо окрасилось в красно фиолетовые оттенки, а далекие силуэты облаков превратились в тени исполинских гор.
- Следуйте за мной, Даран, - приказал Орд.
Пройдя в центральное здание комплекса Орджоникидзе, они прошли через центральную столовую и затем поднялись по столетней каменной лестнице на четвёртый этаж, попав в кабинет ректора. Первое, на что обратил внимание Даран, так это на несоответствие размеров кабинета с тем, что должно было помещаться между потолком общего зала и крышей здания. Он уходил ввысь на четыре этажа, а по стенке шла винтовая лестница. Второе, что удивило смотрителя, это обилие бумажных книг, которые были рассованы по высоким деревянным шкафам. Вместо потолка кабинета была проекция звёздного неба, в центре которой горела крупная яркая звезда с чёрным ядром, до жути похожая на звезду из снов Дарана. На первом этаже, между книжными шкафами, было несколько дверей, одна из которых напоминала выход на балкон, но вместо стекла, как понял Даран, у нее были экраны, транслирующие фантастический город, живописные горы, и небо с двумя солнцами.
- Красивая живая картина, - парень указал пальцем на экраны.
Ректор Орд бросил взгляд на панораму и встал у своего красивого, богато украшенного орнаментом кресла.
-
