пошёл вперёд, держа перед собой посох на случай неожиданного нападения. Подземный лаз петлял, уводя их все глубже. По пути парочке не попалось никого крупнее крысы.
Вскоре им повстречался первый паук, кторый мирно спал в боковом углублении тоннеля. Даран, вжавшись в противоположную стену, прополз дальше. Оглянувшись назад, он увидел, как София тихо, стараясь не разбудить арахнида подошла к нему и нежно погладила его брюшко. Паук довольно заурчал, а смотритель посмотрел на девушку как на сумасшедшую.
- Милахи, - шепнула она и указав рукой вперёд добавила, - пойдём дальше.
Они пропетляли ещё с часа пол, пока не выбрались под своды огромной пещеры где Дарану открылось зрелище, страшнее которого он в жизни не видел - сотни огромных пауков спали, плотно прижавшихся к друг другу. Насекомые были везде: на стенах, потолке и полу пещеры, а в ее противоположном конце находился источник света. Даран приблизил изображение с помощью смарточков и его лицо окаменело, словно он уже умер.
- София посмотри туда - едва слышно прошептал он стараясь не двигаться.
Девушка прищурилась и дала нужную мысленную команду, в ответ на которую нейроком, проведя не хитрые вычисления увеличил картинку, которую она сейчас видела своими собственными глазами. С другой стороны пещеры был проход, шире, чем все остальные, минимум в раза три. Возле него стояло что-то напоминающее фонарь, ярко освещавший пещеру и огромный фиолетово красный паук. Зная приблизительные размеры стандартного паука Бруда, можно было высчитать, что это чудовище было размером с фургон. Вдобавок ко всему, тварь была увешана каким-то оборудованием, а на голове был шлем, к которому тянулись провода.
- Не может быть! Это же их королева! - обрадовалась девушка, - Считается что ульи Брудов исчезли тысячи лет назад, и пауки превратились в стадных насекомых. Но видимо если рождается королева, то они меняют свою социальную структуру. Какая она огромная, нам нужно к ней.
Биологичка рванулась было в перед, но смотритель успел схватить её за руку.
- Ты что больная?! - заорал он шёпотом и отпустив руку добавил, - Внимательно посмотри. Эта тварь там не одна.
Королева стояла неподвижно, а мимо неё проплывала цепочка обычных работяг, которые несли в передних лапах коконы с наворованными продуктами и уносили их вглубь широкого тоннеля. С другой стороны цепочки стоял человек в строгом чёрном костюме, лакированных сапогах до колен и в зеркальной круглой маске, закрывающие лицо. У незнакомца была книга заклинаний, которая каким-то образом крепилась у него на груди.
- Это что ещё за хрен? - прошептал Даран.
София долго не отвечала.
- София?
- Я не могу тебе рассказать все, но эти люди в масках имеют плохую репутацию в... На остальных территориях.
- Они тоже обладают метамагией?
- Конечно, он же из Города. Они называют себя храмовниками пантеона Ан-Дмар. Но зачем им понадобилась провизия с этих территорий?
Неожиданно королева Брудов повернулась в их сторону. За ней повторили движение храмовник и ещё несколько сотен громадных пауков.
- Не поняла, - растерянно проговорила София и посмотрела на Дарана.
- Зато я понял. Валим отсюда!
Он снова схватил девушку за руку и потащил прочь от кошмарной пещеры. На этот раз она не сопротивлялась. Ее уверенность в миролюбии этих пауков быстро рассыпалась под пристальным тысячеглазым взглядом.
Они бежали быстро и молча, а через минуту Даран услышал странное нарастающее шуршание, словно от старых телевизоров, когда те теряли сигнал. У Дарана волосы встали дыбом, когда он понял, что это шум тысяч паучьих лап.
- Быстрее! - закричал Даран и пропустил вперёд Софию, а сам активировал у посоха режим шокера.
Он бежал, постоянно оглядываясь и успел заметить, как одно из травоядных прыгнуло в его сторону. Даран отмахнулся своим оружием и паук, визжа, отлетел проч. Твари хлынули со всех сторон, а шум "эфира" стал в разы громче. Счёт поверженных пауков уже пошёл на десятки и Даран начал уставать. Несколько раз его спасла София, которая, рассекая воздух рукой выпускала из нее миниатюрные шаровые молнии. Ее снаряды летели быстро и с первого раза обездвиживали насекомых.
Наконец смотритель выдохся окончательно, и рука сама нырнула в карман плаща за "Зельем любви". Вытащив пробку зубами, смотритель залпом выпил коктейль и чуть не задохнулся. Такого сочетания крепкого алкоголя и невыносимо отвратительного вкуса он не пробовал никогда. По пещере разлетелось звучное ругательство и рядом стоящие пауки даже замерли на секунду. Смотритель, ещё корчась от отвращения воспользовался паузой и сделал три резких выпада, оглушив насекомых. Его движения стали чистыми и молниеносными, словно и не было километрового забега по извилистому тоннелю.
- Неплохо, - хищно улыбнулся Даран и посмотрел на наблюдавшую за ним Софию.
Она была такой привлекательной, красивой и сексапильной. Даран опомнился и побежал впереди девушки. Рассекая посохом, словно истинный рыцарь в битве за сердце своей возлюбленной, смотритель прорубал им путь к выходу, оставляя за собой лишь дергающиеся от электрошока паучьи тела.
Несмотря на то, что им приходилось прорываться с боем, до выхода Даран с Софией добежали значительно быстрее, чем шли в пещеру. Вывалившись наружу и перекатившись кубарем вниз по склону, они не стали разлёживаться и тут же вскочили. Через мгновение из тоннеля повалила паучья река. Твари были едва видны, потому что на Сочи уже упала ночь
- Прикрой меня! - крикнула София и прошептала какое-то заклинание.
Даран с удвоенной силой завертел посохом отбивая атаки обезумевших пауков. Книга Софии вспыхнула, а сама девушка протянула руку вперёд и расставила пальцы словно держала мяч. За тем она рванула ею вверх, вырвав огромный ком земли рядом с собой и сделала движение, словно отбрасывает его. Ком, ухнув, замуровал выход в тоннель. Даран оглушил оставшихся пауков и вовремя успел подхватить обессилившую девушку.
Опустив её на землю, он прислушался и с восторгом осознал, что ещё никогда его слух не был столь чуток. До этого момента он не представлял, как по-настоящему звучит город, что это такое невероятное сочетание звуков. Шум колёс по Проспекту Ленина, раскачивающиеся под усилившимся ветром деревья, музыка ресторанов, шелест далеких волн, разговоры людей и какофония местной фауны сплетались с настоящую симфонию жизни.
Но русланово зелье действовало в том числе и на чувство боли. Ушибы с ссадинами горели так, словно их заливали кипящим железом.
