предупредил… Куда мне теперь эту голодную элиту архитектурную да инженеров, топ-менеджеров строительных компаний и прочих важных для твоего города шишек вести?
— Ваше благородие! — из-за толпы голодных гостей послышался чей-то голос. Он пробился вперёд, и я увидел стражника. Его лицо мне было смутно знакомо… — Ой! И вы тут, ваше величество! Прошу прощения. К воротам прибыл представитель из пятой столовой в сопровождении строителей с несколькими кастрюлями борща. Я не очень понял, кто их позвал… Может, диверсанты?
— Отлично! Впустить! Это они меня накормить, видимо, решили. Гости наши борщ будут? — посмотрел я на дядю.
— А куда они денутся? Ты на тридцать человек еду уничтожил в одного!
— Вообще-то, нас было двое…
— И как тебя не разорвало только… — вздохнул бодрый старик. — Впускай их. И позови официанток. Пусть всё уберут и приготовят миски для супа. А ты, пока всё готовится, будь так добр, пару слов гостям скажи.
— Ну… Добро пожаловать! Надеюсь, с вашей помощью это место станет центром цивилизации. А я сделаю всё, чтобы ни одна тварь не стала на вашем пути. Если надо будет, даже дьявола порвём!
— Его? — ткнул кто-то пальцем в вернувшегося Юкио.
— Нет, этот поможет рвать. Настоящие дьяволы не столь симпатичны, — уверил я гостя, что Юкио на нашей стороне.
— А кто оплачивать всё это будет?
— На этот счёт не беспокойтесь, господа. У меня есть чем отплатить, — загадочно улыбнулся я, покручивая на пальце пространственное кольцо, в котором лежало несколько всё ещё целых артефактов, найденных в Чёрной Топи после зачистки.
Ну и, когда я высплюсь, отправлюсь в одно место, которое очень сильно желает поделиться своими сокровищами. Один златомордый меценат сильно задолжал Данскому Королевству. И выбора у него просто не будет…
Я посмотрел на своего дядю, который всё правильно понял и переехал в этот город. Он даже с ходу начал исполнять мою просьбу и следовать своему призванию. С таким, как он, бароном Буровым, Сухим, Анной, Кирилловым и остальными Данское Королевство в надёжных руках.
— Ты надолго? — спросил у меня Джордано, как только все начали разбредаться по залу в ожидании, пока всем нальют славианский чудо-суп.
— Отоспаться.
— О, бог ты мой… Сколько у нас времени?
— В любую минуту…
— Объявить тревогу?
— Не надо. У меня хорошее предчувствие. Я уйду, как только пойму, что остались считаные мгновения. Юкио знает, куда меня телепортировать.
— Надеюсь, всё пройдёт без эксцессов. Сейчас внимание всего мира приковано к Гизельским реформам и нашему королевству. Журналистов — как мух навозных. Опозориться нельзя.
— Когда это я кого-нибудь позорил?
— Я слышал историю появления этого замка… Рогатых ты так опозорил, что они теперь спят и видят, как бы отомстить нам всем.
— Ага, мечтать не вредно. Скоро и к ним придёт возмездие, — ухмыльнулся я.
— Я не сильно в курсе того, что происходит… Лишь обрывки слухов слышал, что витают среди твоих доверенных людей и элементалей.
— Отосплюсь и даже не расскажу, а покажу, что именно происходит. В этот мир очень хочет сунуть свой нос парочка божественных Аномалий. Я решил нанести им превентивный удар.
— Даже так⁈ Ох, а не слишком ли круто ты берёшь? Одно дело — тут сражаться, а другое — идти в их дома…
— Не переживай, я не один. У меня есть союзники и… понимание, что лучшая защита — это нападение. Хватит нам сражаться на своей территории. Из-за этого мы потеряли так много… Нет. С меня хватит.
— Ну смотри, Дан. Я так понимаю, ты готовишься открыть Врата?
— Уже. Не переживай. Как я уже говорил, у меня хорошее предчувствие.
— Надеюсь, оно на чём-то основано?
— Ох, да, ещё как… — Я вновь покрутил колечко и мысленно пересчитал божественные сферы, созданные после зачистки испорченной арены.
Одна, две, три… Семь… Семь… Семь. Стоп. Я что, одну и ту же несколько раз пересчитал?
Сердце кольнула тревога, и я резко глянул на Юкио.
— СЕЙЧАС! — прокричал я, и проходящая мимо официантка чуть не опрокинула поднос с борщом.
Успел поддержать её за секунду до того, как вспышка перенесла меня в условленное место, а ещё через секунду я закрыл глаза и выдохнул.
Кажется, успел… О, и златомордый тут… Сейчас мы во сне спланируем все этапы твоего уничтожения, мразь ты бездушная…
Реальность смешалась с воображением, и сон скрутил это всё в дикую мешанину приятных моментов уничтожения гордости и довольной ухмылки убийцы и истязателя собственного рода и потомков.
Сон был настолько приятным, что спустя какое-то время вместо врага в нём появилась союзница. Анна… Я так скучал по ней, что тут же заключил её в объятия.
— Я скучал…
— Я тоже.
* * *
Знаете, что такое хорошее пробуждение? Когда рядом с вами дорогой человек, которого не портит даже размазанная по подушке слюна.
— Да… Да… Я согласна. Несите каравай… Я больше откушу и буду главной в доме, — бубнила Анна, и, пока я любовался этой голой красотой, она взяла да и укусила меня за руку.
— Эй! Полегче!
— А? Фто? Опфять? Ладно… — спросонья ответила мне Анна, освобождая из своих акульих челюстей моё предплечье.
Я даже не успел сообразить, что значит «опять», как она юркнула под простынь. И тут я осознал, что на нас обоих нет никакой одежды.
Кажется, мой план сработал и вместо приключений на свою задницу я нашёл приключения на более интересное место. И Анна явно была не против такого поворота событий. Не могу даже представить, сколько раундов тренировок ей пришлось пережить за время моего сна с момента, как она пришла к себе в комнату и нашла меня спящим в своей кровати. Но то было с моим, скажем так, подсознанием, вторым «Я», которое появилось в самом детстве после сложнейших испытаний и позволило сохранить разум, выжить телу, несмотря на все угрозы и сложности.
И этому моему второму «Я», к счастью, тоже нравилась Анна. Я бы не удивился, если бы он начал творить какую-то дичь, как обычно. Но в этот раз душа и тело слишком соскучились по человеческому теплу после бесчеловечных сражений с вшивыми бесхребетными божками, что даже помереть нормально не смогли.
Я даже не напрягался. Анна сама всё сделала и была великолепна. Я точно хочу после долгих битв и странствий возвращаться домой к ней. Для меня это уже что-то вроде зависимости… Другие красавицы тоже могут привлекать взгляд, но душевное тепло я чувствую именно от неё.
— Как же хорошо…
— А купишь мне белое платье?
— Легко.
— Свадебное…
— Ага.
— И на других баб смотреть не будешь?
— Не наглей. Я тысячи лет жил без
