пытались повторить, но мало кому это удавалось.
— Спасибо. Это очень вкусно, — пробормотала она с полным ртом рыбы. Несмотря на набитый рот, она попыталась обаятельно улыбнуться. — Я действительно ценю все, что ты для меня делаешь.
Самец хмыкнул, его взгляд скользнул в сторону, когда его хвост снова щелкнул по земле рядом с ним, на этот раз более небрежно.
Ну, определенно, он не разговорчивый. Может быть, он был просто застенчив? Это казалось странным для такого грубого самца, но это было нормально. Бени прекрасно владела искусством светской беседы и не возражала поддерживать ее до тех пор, пока он не почувствует себя достаточно комфортно, чтобы заговорить с ней.
Оглядев то, что казалось небольшой пещерой, оказалось, что смотреть особо не на что, кроме камня. Неподалеку горел уютный костер, и повсюду расположились несколько Минтар. У некоторых на боках лежали большие, замысловато сплетенные одеяла ярких цветов, пока они отдыхали и ели. Это было примитивно, но всплеск красок и непринужденное настроение самцов создавали приятную атмосферу. По крайней мере, она не слышала шарканье летучих мышей. Она не знала, было ли это из-за их отсутствия, или звуки передвигающихся животных заглушались Минтарами. Несмотря на это, она была благодарна.
— Тут довольно мило. Вы здесь живете?
Одна бровь скептически приподнялась.
— Это похоже на место, где можно жить?
Она задумчиво прожевала.
— Ну, нет, я полагаю, что нет. Это место не выглядит особенно уютно. Но люди живут в домах или маленьких квартирах. Я не думаю, что кто-то из моих знакомых выбрал бы жить в подобном месте, если бы не был в отчаянии.
Он наклонился вперед и внимательно посмотрел на нее.
— Тогда что заставило тебя предположить, что мы будем жить именно здесь?
Она подняла руку, чтобы постучать себя по подбородку, и посмотрела на него.
— Трудно представить вас в доме. Учитывая размеры ваших тел, мне кажется, вам было бы сложно пройти по коридору или подняться по лестнице. Обычная мебель была бы совершенно неприемлема. Я не могу представить, чтобы стул или кровать были чем-то иным, кроме как катастрофой. Мне кажется, что, учитывая вашу форму, вы бы жили подобно табуну лошадей. Ищете укрытие от непогоды, но отдыхаете на диких пастбищах.
— Как лошади, — повторил самец, нахмурив брови.
— Не совсем как лошади, — поправила она. — Очевидно, вы едите мясо, а я никогда не встречала плотоядных лошадей… Хотя я знала кобылу, которая любила кусаться без всякой причины, существо с отвратительным характером. Не говоря уже о том, что в некотором смысле твои черты почти человеческие, просто с… добавлением… всего. Возможно, немного дикие. Я слышала о ребенке, который вырос в переулках и практически бегал на четырех конечностях, рыча на все и вся, что… она… — Бени замолчала, когда его взгляд стал острее, а ноздри раздулись.
О боже.
Поджав губы, Бени решила, что лучше больше ничего не говорить. Она не пыталась оскорбить его. Она действительно не понимала, что на нее нашло, чтобы сравнить его вид с одичавшими детьми. Вздрогнув, Бени посмотрела вниз, сосредоточившись на дикой копне спутанных вьющихся волос, которая упала ей на плечо. У нее вырвался крик ужаса.
Ее волосы!
Бросив лист с рыбой рядом с собой, Бени принялась распутывать узлы, бормоча проклятия под нос. Конечно, ее унесло вниз по реке в дикие места, далеко от даже приличной расчески, не говоря уже о бутылке кондиционера или лосьонах, которые она регулярно использовала для своих волос, чтобы кудри оставались мягкими и аккуратными. В отчаянии она проводила пальцами по длине, стараясь игнорировать, как кудри цеплялись за свежие трещины на ее ладонях и сломанные кончики ногтей — еще одни жертвы ее плавания. Бени прикусила губу, сдерживая слезы от болезненных колтунов, пытаясь привести волосы в порядок. Все Минтары выглядели аккуратно и ухоженно, а она казалась чем-то, что притащила кошка. Она медленно провела руками по остальным волосам, содрогаясь от спутанного беспорядка, представшего перед ней. Ее подбородок задрожал от сдерживаемых слез.
— Что случилось, самка?
Бени взглянула в обеспокоенное лицо своего спасителя.
— Мои волосы… Почему ты не сказал мне, что я выгляжу так ужасно? Я сидела здесь перед богами и всеми остальными, ела, даже не осознавая, как я выгляжу! Я не считаю себя тщеславной, — выдавила она, — Но я и не подозревала, что все так плохо. И все продолжают на меня смотреть! — последние слова вырвались из нее в напряженном, растерянном шепоте, когда еще несколько самцов бросили на нее любопытные взгляды. Она подняла руки над головой, пытаясь закрыться от всего происходящего.
Это был именно тот момент, когда до нее донесся острый запах пота, рыбы и боги знают чего еще, плававшего в воде. Бени поперхнулась, ее глаза наполнились слезами.
— О, боги мои… и я воняю!
Самец рядом с ней наклонил голову.
— Ты хочешь сказать, что не должна выглядеть и пахнуть, как двое суток назад умершая овца?
У Бени отвисла челюсть, и из нее вырвался крик ужаса, когда она сообразила, в чем дело.
— Нет! Благословенные, ты думаешь, я пахну и выгляжу как дохлая овца? Что с тобой не так? Не может быть, чтобы все было так плохо, — простонала она про себя. Она сделала глубокий, успокаивающий вдох. — Все будет хорошо. Я только распущу колтуны… и тогда… — Она беспомощно огляделась.
До нее донесся низкий мужской смешок, и она резко повернула голову. Ее Минтарский спаситель, о котором она всего несколько минут назад думала с теплотой, смеялся над ней!
Пришло понимание.
— Ты… Ты издевался надо мной! Ты гнилое чудовище!
Его глаза сощурились, и сверкнул устрашающий набор двойных клыков, когда его смех прокатился над ней. Он звучал глубже и звучнее всего, что она слышала раньше. Его хвост дернулся в ее направлении.
— Ты чуть не утонула в той проклятой реке, выжив вопреки всем невероятным обстоятельствам, но вот ты жалуешься, потому что не поднялась из воды идеально ухоженной, как богиня, и пахнущей весенними цветами? Ты пахнешь и выглядишь так, как и должна — тебе повезло, что ты выжила. Ни одна человеческая самка, которую я знаю, не справилась бы лучше.
Несколько успокоенная, Бени опустила руки обратно на колени. Она бросила на него сердитый взгляд из-под ресниц.
— Это все еще не оправдывает тебя за сравнение меня с дохлой овцой.
Он пожал плечами.
— Я редко видел существо с такими прекрасными, вьющимися пучками гривы. Мой народ ценит стада на нашей территории, состригая их гривы, чтобы делать удобные ткани. Это было единственное сравнение, которое пришло мне в голову. Хотя, возможно, я
