императором.
– И брат Цзинь на эту роль подходит лучше, да? – Сюэлянь прекрасно все понимал.
– Да, но я не хочу за него замуж. Только имеет ли это значение, если на кону стоят жизни людей?
– Что бы ты ни решила, я пойму.
От того, что мы ни к чему не приходили, мне хотелось плакать:
– Почему ты не можешь ничего посоветовать?
– Потому что ты сама владелица своей судьбы. Не хочу давить, чтобы ты приняла решение под моим влиянием.
– Но я не знаю, как поступить.
Сюэлянь вздохнул:
– Хорошо. Я считаю, пусть ты и принцесса, но прежде всего человек. Совершенно нормально, что тебе хочется жить по-своему. Но также я понимаю, что у тебя высокое чувство долга. Может, если заживешь для себя, не можешь быть счастливой и будешь постоянно корить себя за то, что не изменила все, когда могла. Я думаю… фиктивный брак тоже возможен.
– Фиктивный брак? – не поняла я.
Что это вообще значит?
– На Западе такое практикуют. Это не совсем политический брак. Не обязательно быть настоящими мужем и женой и создавать семью. Фиктивный брак заключают, чтобы поделиться какими-то правами. А консумацию можно подделать. Никто не будет заглядывать вам в постель.
Я ощутила, как у меня горят щеки, поэтому опустила голову.
Что он несёт?
– Прости, – сказал он. – Не смущайся. Но я бы правда не хотел, чтобы вы с братом Цзинем…
– Сюэлянь! – воскликнула я и шлёпнула его по плечу. – Думай, с кем говоришь!
Он перехватил мои руки и притянул к себе, крепко прижав к груди. Я попыталась вырваться, но он крепко держал. Тогда я перестала дергаться и обняла его в ответ, спрятав горящее лицо у него на плече.
– Сама попросила совета. Вот он.
– Ужасный совет, – буркнула я и сильнее к нему прижалась. – Откуда ты вообще этого понабрался?
– Я прочитал лионскую книгу. Тут Чжао Гуй много разного хранил. Ты даже не представляешь, какие книги я у него нашёл.
– Какие? – Я заинтригованно глянула ему в лицо.
– Ну, – Сюэлянь отвёл взгляд, – лучше тебе не знать.
Сначала я не поняла, почему он не хотел мне говорить, и уже хотела было возмутиться, как вдруг до меня дошло: наверное, он имел в виду непотребщину. Вот уж точно мне лучше об этом не знать!
– Но не принимай ничего из сказанного сегодня всерьёз, – добавил Сюэлянь. – Мы придумаем что-нибудь другое.
Я кивнула, но меня это нисколько не успокоило. Идея о фиктивном браке засела в голове, как навязчивая мелодия.
Глава 4. Кто заговорщик?
ЛЮ САН
Первым делом я решил поговорить с Цин – так сказать, из трех важных задач начал с самой простой. До дома сестры можно было и прогуляться пешком, но я все равно сел за руль, в очередной раз коря себя за то, что не соблюдаю рекомендации врача: меньше сидеть, больше ходить. Давно пора уже заняться своим здоровьем, может, неудивительно, что таблетки не действуют, если я над собой не работаю. Вот только мне все не хватает времени да подходящего случая – не могу начинать что-то новое, когда жизнь вокруг напоминает сумасшедший сон, мне нужны хоть какие-то крохи стабильности. Не оправдание, но… мне так проще со всем справляться.
К дому Цин я подъехал быстро, во дворе меня встретили две служанки, которые проводили в гостевую комнату. Одна из девушек отправилась за Цин, а другая предложила чаю. Я не отказался, еще и пирожных попросил.
Сестра пришла раньше, чем накрыли для нас стол. С привычной сдержанностью она опустилась рядом со мной на диван и сложила на коленях руки.
– Его Величество сказал, что ты хотела со мной поговорить, – начал я.
Примерно я догадывался, о чем пойдет речь: о ее беременности и том, как это можно использовать в борьбе за трон. Даже удивительно, что незадолго до радостного известия Цин планировала инсценировать беременность, обманув тем самым императора и весь дворец, лишь бы власть передали в руки Чжао Гуя. Я отказался помогать ей с этим делом, решив, что обман будет слишком жесток по отношению к моему зятю. А после выяснилось, что у Цин в самом деле появится ребенок – видимо, Боги смилостивились и послали ей такой подарок. Как известно, у Мяо Чжуана есть трудности по части воспроизведения потомства, отчего у него так и не получилось завести сына, и такая проблема, по-видимому, передалась его дочерям. То, что у Цин и Чжао Гуя так быстро получилось зачать ребенка, по истине было чудом, тем более в такие неспокойные времена во дворце. Для меня это тоже было только на руку: с наследником Чжао Гуя охотнее избрали бы преемником, но теперь… его нет, и этот нерожденный малыш меня уже никак не спасет. Обиднее всего, Чжао Гую так и не суждено было узнать, что его род продолжится, этот секрет остался известен только Цин и мне. Мысль эта заставила мое сердце пропустить болезненный удар, от злости я стиснул кулак. Хэй Цзинь, ты разрушил эту семью, и кто-то должен с тебя за это спросить.
Некоторое время Цин молчала, а потом взволнованно повернулась ко мне. Вроде бы, образ у сестры был как обычно идеальный, но что-то меня смутило в ее внешнем виде. Приглядевшись получше, я обратил внимание, насколько сегодня у нее был толстый слой пудры на лице; сквозь него виднелись темные круги под глазами. Да и взгляд ее казался затуманенным, тусклым, словно… не здоровилось? Догадка меня обеспокоила, поэтому я резко выпрямился на диване – неужели и она чем-то заболела? Мяо Чжуан, Хо Фэн, а теперь Цин. Это уже подозрительно.
Хотя, может, я просто нагнетал.
– Как ты себя чувствуешь? – на всякий случай уточнил я.
Цин вымученно улыбнулась и опустила взгляд.
– Значит, видно, что я не совсем в порядке?
– Если нездоровиться, нужно провериться у врача.
– Нет, уже все кончено, – плечи ее поникли, она даже сгорбилась, чего никогда себе раньше не позволяла при других людях.
– То есть как? Ты о чем вообще? Какие у тебя симптомы?
Она глянула на меня с раздражением:
– Ты правда хочешь это знать?
– Ну да, – растерялся я. – Нужно же тебе как-то помочь.
– Ночью было кровотечение. Оттуда. – Она многозначительно глянула на свои ноги, а потом снова подняла на меня взгляд – совершенно пустой, будто бы неживой. Я все равно ничего не понимал. – Служанки мне помогли. Я приказала, чтобы они сожгли мою ночную одежду, все простыни и одеяло. Крови было очень много, и среди нее… в общем, ребенка
