наш язык не был для нее родным. Меня это сбило с толку.
– Мы знакомы?
– Нет, но вы наверняка обо мне слышали. Меня зовут Маргарет Бакер. Мой отец Оливер Бакер, консул империи Лион.
– Ах, да, – мне сразу же все стало понятно.
Я действительно слышал о Маргарет Бакер. Дочь иностранного консула, вроде, должна проживать в Лионе. Никак не ожидал, что она приедет сюда и – уж тем более – окажется синлинькой. Хотя что я знал о семье Бакеров? Только то, что глава семейства представлял на наших территориях свою страну, а меня заставляли общаться с его сыном ради поддержания хороших отношений между государствами. Вот и все.
– Странно, я вас совсем не так представлял, – в смятении проговорил я.
Маргарет опустила взгляд.
– Понимаю. Моя внешность… многих сбивает с толку.
– Не подумайте, вы очень красивая, просто я думал, что вы блондинка, как и ваш брат, – пролепетал я в оправдание.
Она смущенно улыбнулась. Я чуть не ударил себя по лбу. Внезапно стало ясно, почему с момента последнего расставания у меня так и не появилась девушка – я же совсем не умею с ними общаться.
Чтобы ситуация не стала еще хуже, я нацепил самое серьезное выражение и деловым тоном уточнил:
– Вы пришли по какому-то определенному вопросу?
Неспроста же она сюда заявилась.
Маргарет кивнула:
– Давайте присядем.
Я спохватился и пригласил ее за ближайший столик. Мы сели и какое-то время молча друг на друга глядели. На свидание это вовсе не походило, мы будто были в допросной.
– Быть может, что-то закажем? – предложила Маргарет.
А вдруг она просто приехала поесть за мой счет?
Хотя вряд ли – судя по ее дорогой одежде и украшениям, в деньгах она точно не нуждается. К тому же если бы хотела хорошо поесть, выбрала не казино, а нормальный ресторан.
– И все же, – сказал я, – могу узнать цель вашего визита?
Мне не нравились такие внезапные встречи, в них виделся подвох.
Маргарет подалась чуть ближе и сложила на столе руки в замок. Очень деловой жест, так ведут… переговоры?
– Что ж, если вы не намерены угощать даму вином, перейду сразу к делу. Как вы сами знаете, недавно в Синлинь произошли серьезные изменения. Глава города был свергнут, и администрацию занял человек из клана Сюань У. Теперь клан Хуан Лун больше не может контролировать столицу. – Она ненадолго замолчала, словно собираясь с мыслями.
Начало этого разговора заставило сильнее напрячься. А еще обескураживало, что юная девушка из Лиона оказалась подкована в политике и новостях.
Она же дочь консула, – напомнил я себе.
Не стоило обманываться ее милой, почти кукольной внешностью.
– Я прекрасно знаю о последних событиях, зачем вы мне это говорите?
Маргарет глубоко вдохнула:
– Клан Хуан Лун оказался в затруднительном положении.
Я резко мотнул головой:
– У клана Хуан Лун все в порядке, – вопреки тому, что это было не совсем так, я собирался отстаивать противоположную точку зрения.
Маргарет печально улыбнулась:
– Если бы это была правда, вы бы быстро разобрались с захватчиками, однако прошло уже несколько дней, и Сюань У до сих пор занимает администрацию. Возникают подозрения, что у действующей императорской власти есть некоторые проблемы.
Если даже лионцы это понимали, значит, дела у нас и правда плохи, но я не собирался выставлять нас в невыгодном свете:
– Уверяю вас, император полностью контролирует ситуацию.
– Тем не менее, – Маргарет явно намеревалась озвучить то, к чему вела, – вскоре клану Хуан Лун может потребоваться помощь. Насколько стало известно из газет, после похищения Третьей принцессы Мяо Шань вы вновь сблизились с семьей. Вы не просто дальняя родня, вы – прямой внук предыдущего императора Мяо Юя, к тому же князь Третьего ранга, а значит, очень важный член императорской семьи. Я – дочь консула, мой отец представляет здесь, на землях Синлинь, всю империю Лион. Если мы заключим политический брак, то моя страна сделает все возможное, чтобы клан Хуан Лун не потерял власть.
Я вскинул брови, не веря в услышанное. Маргарет Бакер пришла ко мне свататься! Где это видано, чтобы девушка сама договаривалась о своем браке, притом политическом! Я был так поражен, что первое время не находил, что сказать.
Общаясь с императором, я всегда опасался, что он начнет намекать на брак с Маргарет: Его Величество Мяо Чжуан использует своих дочерей ради политики, чего ему стоило поступить также с племянником? Однако он ни разу об этом не зарекался. Император вообще никоим образом не поднимал вопрос моего брака, а дворец не вмешивался в мои отношения. Я был волен встречаться, с кем пожелаю – из-за этого даже подозревал, что меня вычеркнули из семейного древа, но недавние события показали, что это не так. Мяо Чжуан написал указ, в котором признал меня своим наследником. Об этом еще никто не знал, кроме императора, меня и моей матери, которой Его Величество поручил спрятать документ от заговорщиков. Из-за неизвестной болезни идеи Мяо Чжуана менялись столь стремительно, что первый написанный указ о престолонаследии с моим именем вдруг стал запасным: император написал второй, где признал кронпринцем Хо Фэна. Меня это возмутило, ведь Мяо Чжуан попросту игрался нами – или, как он выразился, правильно расставлял фигурки на доске. Мне предстояло убить Хэй Цзиня, но поскольку затея была рискованная, я мог умереть, а императору нужен был наследник из семьи. Однако Хо Фэна в последние дни тоже одолел странный недуг, поэтому ради подстраховки Его Величество написал еще один указ, в котором выбрал своим преемником первого министра и своего свата, Чжао Чжэня. Таким образом, существовало три указа о престолонаследии, и подобная ситуация вопреки горделивым мыслям императора о своей гениальности и продуманности, была очень опасна: она могла спровоцировать внутриклановую войну, ведь по закону трон в равной степени наследовали мы трое. Получается, кто выживет, тот и получит власть.
Общественность не могла об этом знать, все хранилось в строжащей тайне. Не сообщалось и о болезнях, одолевших Мяо Чжуана и Хо Фэна. Вряд ли кто-то мог заподозрить, что я в шаге от наследования трона, – наверняка все уверились, что кронпринцем будет единственный зять императора, – а потому не удивительно, что иностранцы попытались заключить с Хуан Лун союз через меня. Однако я не мог жениться на иностранной девушке, к тому же занимающей высокое положение: если вдруг стану императором, моя жена получит титул императрицы, а иностранцы у власти нам точно не нужны – со стороны чужой страны на политику Синлинь будет оказано слишком мощное давление.
– Очень любопытное предложение, –
