еще «маленькая»?.. Она же сказала, что тесты ничего не показали. А как же... Как она точно выглядела, та мелкая, но яркая искорка?.. Вспоминай быстрее! Позови меня к себе, ну же, давай!.. Я ведь только недавно был... с ней, буквально поделился частью себя... Связь все еще должна работать!..
Вдруг правой руке стало немного теплее. Повернувшись в ту сторону лицом, я снова расслабился... Теперь уже поверхность обеих рук спереди показалась мне еще чуть-чуть теплее. А где-то далеко впереди, на фоне все того же мутного сияния, показался еле заметный желтый светлячок. Закрыв глаза, я «увидел» его гораздо четче, верите?.. (Темнота же, что закрывай глаза, что открывай — кажется, совсем без разницы...) Бывает и так, вот же... аномальщина лезет самая настоящая... Что, идем проверять?..
По-прежнему стараясь дышать как можно тише, я очень медленно крался вперед, стараясь не спугнуть спрятавшуюся где-то в самом дальнем углу (или возле него) Джинджер. Нет, не у самой стены, это было бы слишком просто и очевидно... Сидит она там, что ли, уж очень низко я вижу этот огонек... Осталось всего несколько метров... Наверное, она все-таки слышит мои шаги и медленно, совсем бесшумно отодвигается в сторону... Рывок!.. Попалась!..
- Ой! - испуганно вскрикнула она, когда я цепко схватил ее за плечи. Ну, так случайно вышло, хотел всего лишь прикоснуться, а Джин в этот момент дернулась.
- Ну что, я сдал экзамен? - Я вытер испарину со лба. Переволновался, все-таки...
- Сдал... - выдохнула она, прижимаясь ко мне. - Ты не соврал... - Я попробовал ее поцеловать, но наткнулся на ухо маски, и стало понятно, что она снова в том же «костюме кролика». Длинные платки, в которые она заворачивалась, отсутствовали. Наверное, оставила их в коридоре за дверью, чтобы не выдали шелестом, запахом духов или еще чем-то. - Но я все же никак не пойму... как ты сумел это сделать?.. А теперь получай то, что заслужил!..
Я только-только раскрыл рот, чтобы ответить, как меня буквально от пяток до макушки, насквозь пробило холодом от вонзенного глубоко в тело металла, прикосновение которого показалось обжигающе ледяным.
Глава 3
- В-о-у-у-у!!.. - я взвыл подобно смертельно раненому в самое чувствительное место зверю, дернувшись обеими руками к низу своей спины, скажем так. Но Джинджер перехватила их и, удерживая, громко смеясь, радостно сказала:
- Не так быстро, милый, не так быстро!..
- Джин, что там.. такое?.. - Ощущение холодного металла внутри тела никуда не исчезло.
- Не дергайся, пожалуйста. За все твои прошлые и, несомненно, великие заслуги во внесемейном сексе я решила наградить тебя Почетным Хвостиком Папы-Кролика, теперь носи его с гордостью!.. Я же тебе говорила, каков подвиг — такова и награда!..
(Она что, мне свой хвост вставила?!. Я передвинул руку вперед, осторожно пощупал и убедился — нет, ее хвостик на месте...)
- И как долго мне теперь его... носить?
- Ну-у-у... - с явно слышимым в голосе удовлетворением протянула она, - в этот раз — до нашего отлета. Когда вернемся на поляну с самолетом, там и снимешь.
- Так это же завтра вечером!!!..
- Милый, все очень хорошо, и даже отлично. Неужели ты и в самом деле думал, что можешь вечно и безнаказанно кувыркаться с молодой любовницей за моей спиной?.. А тут все так замечательно совпало: ты проиграл спор и очень сильно провинился в одно и то же время. Вот я и решила совместить твое наказание и свое желание...
Говоря, Джинджер все сильнее прижималась ко мне, а непроглядная окружающая темнота и полная тишина обостряли оставшиеся доступными чувства до предела.
- Но это очень жестоко... Ты что, садистка?
- Садистка бы жестоко приковала тебя наручниками к стене, вбила в рот кляп и долбала до тех пор, пока не начнешь громко и пронзительно умолять о пощаде. Наверное, это могло стать вполне достаточной компенсацией за все мои долгие страдания и невыплаканные слезы.
- Но как можно громко просить пощады с кляпом во рту?
- Ну, так в этом же весь смысл действия!.. Пока наказывающая не устанет, или пока ей не надоест... А вместо того, чтобы устроить преступнику сеанс экстремально жестких ласк, или хотя бы яростно и с наслаждением повыдирать немногие оставшиеся на твоей голове волосы, я всего лишь подарила тебе милый маленький хвостик, и очень вежливо прошу не очень долго его поносить, даже не на публике. Доставь мне радость видеть такое, пожалуйста!.. Разумеется, когда мы выйдем на свет.
- А ты точно получишь от этого зрелища удовольствие? Фигура-то у меня не «Мистер Вселенная»...
- Ничего, видали и пострашнее. У тебя ведь нет «пивного брюха», значит, ты по умолчанию — красавец! Но, если очень уж стесняешься, можешь надеть футболку.
- Так хвост будет мешаться в штанах!..
- А с чего ты решил, что тебе разрешат надеть штаны? Нет уж!.. Я хочу в любой момент любоваться выданной тебе наградой!
- Ох...
- Не охай. Так и быть, чтобы Папа-Кролик не чувствовал себя грустно и одиноко, я тоже останусь в этом костюме до отлета.
- И маску для меня заранее приготовила?..
- Нет, обойдешься без нее!.. Ты и так хорош... И учти: если вдруг возникнет «техническая необходимость» снять твой хвост, время отбытия наказания приостанавливается, пока не вернешь его на место. На время ночного сна, так и быть, обойдемся без костюмов.
- Но вдруг...
- Никаких «вдруг»! Если надо будет, улетим не завтра, а вечером послезавтра!
- Мне уже сейчас очень страшно...
- Это еще почему?
- Вдруг мне слишком понравится его носить? И я захочу делать это постоянно?..
- Тогда я его у тебя отберу и стану выдавать только, когда это понадобится мне.
- Ну вот, а ведь всего минуту назад говорила, что не садистка, - вздохнул я, вспомнив старый анекдот про садиста и мазохиста, посаженных в одну тюремную камеру.
- Да, вот еще... Ты же знаешь, что делает кролик, когда наконец-то находит свою очередную горячо любимую крольчиху? - Джинджер с силой потерлась об меня грудью.
- Могу только предположить...
- Ну так давай уже, начинай предполагать энергичнее, и побыстрее, время-то идет!..
...И тут такое началось!..
Очень похоже, что во время обеда мы снова выпили немного «заряженной» водички. Каждое прикосновение обжигало и кололо, будто очень мелкими иголками. Похоже, Джин решила проверить на личном опыте все известные и когда-то
