амира Тимура» поведал его биограф Шереф ад-дин Али Йазди:
«Ранение, которое было на руке государя Сахибкирана, вылечилось, и государь вместе с Тимур Хаджа Огланом и двадцатью четырьмя служившими ему людьми отправился в сторону Арсафа. Когда он достиг Кохимарда (часть гор Кохистана, исторической области на севере Пакистана. – А. М.), услышал об обстоятельствах Хусайн-бека и отправил к нему нукера по имени Севинч, чтобы тот доставил ему известие о здравии государя (здесь, Тамерлана. – А. М.), и подчеркнул, чтобы они встретились в Арсафе (пустынный район на севере Систана. – А. М.).
По дороге в Арсаф, между Арсафом и Кохимардом, служить государю Сахибкирану явился с одиннадцатью воинами Сиддик Барулас, один из огланов (от огул – буквально «сын» на тюркских языках; в Золотой Орде титул членов рода Чингисхана, не занимавших ханского престола) Карачар ноёна.
Государь послал Сиддика к Хусайн-беку, чтобы тот явился быстрее, а сам пошел за ним.
В это время со стороны Арсафа появились очертания около ста всадников, и государь Сахибкиран в их сторону послал Барджаст Йанака, чтобы тот разведал их обстоятельства. Сей Йанак пошел и узнал, что это Хусайн, сын Каранчи, услышал, что Хусайн-бек пришел в Баглан и хотел бы к нему присоединиться. Этот отправленный Йанак узнал эти обстоятельства, вернулся и доложил, что тот человек друг, а не враг…
По достижении Арсафа Тамерлан нескольких людей послал караулить. Когда настал рассвет, доложили, что издали виднеются чьи-то темные очертания. Государь Сахибкиран сел на коня и отправился к ним и, подойдя близко, спросил: «Вы чьи люди?»
Те ответили: «Мы нукеры такого-то человека», то есть государя Сахибкирана.
Тогда государь Сахибкиран подошел еще ближе и, увидев Туглук Хаджа Баруласа, Сайф ад-дин-бека, Атша, Тутака и еще несколько человек, которые все были слугами государя Сахибкирана, обрадовался. Те, увидев государя, тоже обрадовались, что достигли цели, сойдя с коней, приложили лица к ногам государя…
Сиддик и Севинч доставили Хусайн-беку весть о добром здравии государя Сахибкирана…
Сев на коня, Хусайн-бек без отдыха поехал быстро. У него на службе были Улам Оглы со ста тридцатью воинами и Махмуд Гули со ста пятьюдесятью конными и пешими, они присоединились к государю в Арсафе…
Пришло известие, что Мангли Буга Сулдуз, находящийся в крепости Алачу (крепость в районе Балха, в местах обитания сулдузов. – А. М.) в душе имеет враждебные намерения. Направились в сторону той крепости. У Шер Бахрама была дружба с Мангли Бугой, и поэтому он сказал: «Пойду, скажу ему наставления и приведу».
Государь Сахибкиран, услышав слова Шер Бахрама, отправил его к Мангли Буге. Тот, услышав о приходе Тамерлана, вышел из крепости и бежал.
В это время еще триста человек из рода доланджавун, из хазарейцев Хулма (средневековый город восточнее Балха, по дороге в сторону Кундуза. – А. М.), давние доброжелатели государя Сахибкирана, пришли и присоединились.
Величие и мощь государя Сахибкирана возрастали с каждым днем».[68]
И, несмотря на то, что вражеские силы по-прежнему превосходили войско Тимура, он все же решился на боевые действия против армии Элиас-Хаджи: «В это время поступила весть, что Туглук Сулдуз и Кайхусрав сопровождают войско Джете (армию Елиаса-Ходжи. – А. М.) и идут в авангарде с их беками. И что сын Йумкана, Тимур, Шингум, Туглук Хаджа – младший брат Хаджи-бека и сын Беккичика, Тимур, с другими беками тысяч и беками хошунов (армейское подразделение, примерно, в сто человек. – А. М.) во главе двадцати тысяч воинов стоят между Чала Баши и Каменным мостом (мост в Хутталане на реке Кичик Сурхаб, территория современной Республики Таджикистан – А. М.).
А у государя Сахибкирана и Хусайн-бека воинов было всего шесть тысяч…
Сахибкиран с двумя тысячами воинов, уповая на Господа всевышнего, пошел в авангарде, обратив взоры в сторону врага. В начале Каменного моста оба войска встретились, и началась битва, длившаяся с утра до позднего вечера…
Государь Сахибкиран Муса-бека с Муаййид Арлатом и Учкара Бахадуром (военачальники и родственники Тимура. – А. М.) и пятьсот воинов, каждый из которых равнялся тысяче воинов, поставил на Каменном мосту напротив врага. А сам с тысячью пятьюстами отборных воинов пошел вверх по реке до Асин Майдана (равнина в Хутталане. – А. М.). Там в полночь перешли реку и направились в сторону гор. На следующее утро караульные противника по следам установили, что вражеское войско перешло реку. По этой причине в их сердцах поселился страх.
Мирозавоеватель, счастливый Сахибкиран приказал: «Поднимитесь на вершины гор и зажгите огни!»
Так, согласно приказу, каждый человек в десяти местах зажег костер.[69]
Вражеское войско, увидев в ночное время столько костров, обуреваемое страхом, не устояло и полностью расстроилось… Враги, испугавшись, разбежались.
Государь Сахибкиран, как слон, с рычанием спустился с вершины горы, и доблестные воины преследовали врага аж «до полей Гуджерата» (здесь, до очень дальних мест. – А. М.) и многих поубивали.
Со стократной радостью заняли место, где ранее стоял враг. Подошел и Хусайн-бек со своими оставшимися воинами. От дуновения ветра этой победы возросло древо победы, удача и счастье набрали силу, и у шаха, и у воина сила и доблесть увеличились тысячекратно.
После того как эта победа стала доступной государю Сахибкирану, с двумя тысячами воинов он продолжил идти в авангарде. Когда дошли до Кахлаги, джигиты области Кеш прибежали несколькими группами и присоединились к счастьеносной службе.
Государь из двух тысяч воинов, которые были с ним, отобрал триста и лик счастья и победы обратил в сторону Кеша, остальным приказал стоять на том месте. Из тех трехсот двести во главе амиров Сулайман Баруласа, Джаку Баруласа, Бахрам Джелаира, Джалал ад-дин Баруласа, Сайф ад-дин-бека и Йол Тимура направил в сторону Кеша и приказал им: «Разделитесь на четыре группы. И пусть каждый воин по обе стороны своего коня привяжет по большой охапке хворосту, чтобы этим хворостом поднять большую пыль: чтобы тамошние даруги (владетели тех уделов. – А. М.), увидев, испугались и, не устояв, убежали».
Все, что было сказано государем, они исполнили, и в полном соответствии с этой судьбоносной выдумкой вошли в округ Кеша.
Когда тамошние даруги увидели эту пыль, они испугались и бежали. А эти вошли в Кеш и взяли власть в свои руки.
Смотрите на божью милость: благодаря ему только лишь этот хворост оказал желанную помощь; и благодаря выдумке зажег такие костры, что от них бежали тысячи врагов. А эта пыль тоже из его выдумок, благодаря чему враг был побежден. И, бесспорно, это – милость, оказанная Богом своим рабам.
В то время Элиас-Хаджа-хан с тремя своими беками, построившись и
