не все богатеи склонны так себя вести, но Джонни оказался просто образцовым представителем того, как делать не надо.
На одном из мониторов появилась его карточка студента: фото, имя и рядом — золотой ромб со знаком вопроса, внизу шкала, которая вспыхнула искрами и цифровым конфетти, знаменуя открытие рейтинговой системы.
Вместе со шкалой аплодисментами разорвались и некоторые трибуны. Девушки подняли плакаты, завизжали и начали скандировать «Джонни! Джонни!». Полоска рейтинга вновь ожила, начав заполняться золотым свечением, отражая количество полученных кандидатом голосов. И когда она заполнилась до конца, рядом ожил очередной знак вопроса, трансформируясь в единицу.
Несложно было догадаться, что на вершине рейтинга по результатам предварительных голосований окажется именно он. Джонни произнёс короткую речь с благодарностями, и уступил место следующему участнику.
— Надолго это? — уточнил я у Шена, понимая, что пока до нас дойдёт очередь, можно помереть со скуки.
Тот лишь пожал плечами, заворожённо осматривая трибуны.
— Посмотри, тут полный стадион людей… — восхищённо произнёс он. — Они тут, чтобы услышать нас, чтобы увидеть нас, чтобы поаплодировать нам. Приехали с разных уголков Земли и кучу денег отдали за билеты. Можешь в это поверить?
Ответа не требовалось. Было понятно, что любой парень из бедной семьи мечтает о подобном. Даже в своём мире, будучи обычным подростком, которому не приходилось голодать, я мечтал о том, что смогу заявить о себе, и добьюсь успеха. А Шен и подавно. Мечтал, но вряд ли верил, что мечты сбудутся.
Себе же на будущее я отметил, что нужно познакомиться с географией этой «Земли» и сравнить, сильно ли она отличается от нашей.
На удивление время пролетело незаметно. Организаторы постарались: развлекали гостей снеками и напитками, а также короткими перебивками от групп поддержки и выступлением рок– и поп-звёзд.
Таким, как Джонни, было достаточно широко улыбнуться в камеру, то таким, как мы с Шеном, придётся из кожи вон вылезти, чтобы добиться расположения толпы. Люди резко реагируют, если ты облажался, но если я что и вынес из опыта соревнований, так это то, что у толпы короткая память. Сегодня они тебя ненавидят, а завтра начнут превозносить, если ты сумел привлечь их внимание чем-то интересным.
Когда подошла очередь чёрного сектора, первая пятёрка отправилась в центр стадиона, и мы с Шеном и ещё парой ребят уже стояли наготове. Вокруг нас кружились девочки гримёрши, и ровно в момент, когда они упорхнули, с трибуны послышался крик.
— Отброс! Кое-кто передаёт привет, лови!
Вместе с оскорблением в меня полетел помидор. Со смачным плюхом приземлился ровно в шею, испортив белоснежный воротник рубашки и разлетевшись ошмётками по пиджаку.
Вычислить бросавшего не было никаких шансов, и мне оставалось только одно — сохранять достоинство.
В том, что это подстава от белобрысого богатея, не возникло сомнений. Во время нашей последней стычки он использовал именно слово «отброс». Да и кроме него, я больше ни с кем не вступал в конфликт.
Будь это просто разъярённый зритель, он крикнул бы «уголовник» или что-то в этом роде, и вряд ли бы стал «передавать привет». Среди зрителей встречались недовольные, что заключённых допустили к учёбе. Но что ещё оставалось администрации? Супергерой есть супергерой. Проще дать возможность стать полезным, чем оставить в тюрьме и потом столкнуться с возросшей силой, которую никто не сможет контролировать. А пряник часто намного действенней кнута, особенно если учесть, что большинство из чёрных браслетов ступали на кривую дорожку, потому что росли в бедности и очень хотели улучшить свою жизнь.
Так что помидор с трибун летел целенаправленно. В спорте конкуренты нередко делают друг другу подставы, так что не могу сказать, что жизнь меня к этому не готовила.
Готовила.
И я хорошо усвоил, чтоб любую неудачу можно обернуть в свою пользу.
По рядам прокатился шепоток, люди замерли в ожидании, а камеры пристально уставились на меня.
Я смахнул с шеи остатки плода и растёр в пальцах мякоть. Он напоминал помидор, но внутри имел тёмный фиолетовый оттенок. Пальцы окрасились, и я провёл им по щекам под глазами, как это делали герои боевиков из моего детства. Это было открытое объявление вражды. Да-да, Джонни, теперь мы враги, гадёныш ты никчёмный. И я разделаюсь с тобой на глазах у миллионов зрителей.
Нашёл глазами ближайшую направленную на меня камеру и подмигнул. Без улыбки, по-мужицки, давая понять, что всё под контролем. Поправил пиджак и продолжил невозмутимо смотреть вперёд.
— А ты кру-ут, — восхищённо протянул Шен, — уделал засранцев.
Когда пришла моя очередь, миловидная молоденькая ведущая не могла не задать вопрос, что это было, и что я хотел бы сказать обидчику.
Воспитывали меня хорошо, и я бы никогда не позволил себе откровенного хамства на соревнованиях в родном мире, поэтому и тут поначалу хотел сказать, что меня это нисколько не задевает, что кем бы он ни был, всё это не имеет значения, и я его прощаю. Но лишь поначалу…
Я был не в родном мире. Не в родном теле. И даже не на привычных соревнованиях.
Это мировой телепроект, который будут смотреть миллионы. И если людям нужно шоу, то кто я такой, чтобы в нём отказывать? Поэтому на вопрос «что вы можете сказать обидчику?» оставалось только одно — самоуверенно улыбнуться во все тридцать два и, вытянув средний палец, направить его чётко в камеру.
Как и надеялся, этот простой жест здесь значил то же самое, что и на родине. Девочка с микрофоном смутилась, по трибунам пробежалась разноплановая реакция: кто-то смеялся, кто-то ужасался и осуждал, но в любом случае моя выходка произвела впечатление. Рисковать всё равно было нечем. Со дна, как известно, есть только один путь — наверх.
Шкала рейтинга с моего профиля на большом экране вздрогнула, но не двинулась с места. И первые пару секунд все пребывали в полной уверенности, что она так и зависнет на низшей отметке, но она вдруг ожила и на несколько позиций вспорхнула вперёд.
Расчёт удался. Предварительные голосования не дали мне никаких очков, но такая сомнительная и провокационная презентация пришлась кому-то по душе. Это были единицы, редкие оригиналы, отдавшие мне свой голос, но они были, а это какой-никакой прогресс.
Шен, выступавший после меня, решил не рисковать и сказал несколько добрых слов зрителям и поблагодарил организаторов. Баллов не заработал, но зато проложил располагающий к себе фундамент.
Руби набрала несколько голосов, смущённо направив зрителям воздушный поцелуй и не сказав ни слова. Её старания оценили, несколько голосов упало в копилку. Ну
