Уверен, мы сразу во всём разберёмся. Надеюсь, он пояснит мне, зачем его драгоценный сынок под камерами докапывается до беззащитных девчонок?
Об этом Джонни, видимо, не подумал, потому что самодовольства на лице поубавилось.
Вряд ли это подымет твой рейтинг в рамках школы, да и фанатов по всему миру у такого героя вряд ли прибавится.
— Кадры с повседневной жизни не будут транслироваться, — встрял «ядовитый». — Это нужно только для обеспечения безопасности. Никто не увидит этого, кроме охраны.
— Уверен? На сто процентов? Или может кто-нибудь, может приплатить охранникам за слив в сеть таких интересных подробностей? — блефовал я.
— У тебя нет денег! — огрызнулся Джонни. — Кого ты подкупишь?
— А может, мне и не нужны для этого деньги. Что если кое-то шарящий в технике, может взломать сервер и выставить кадры на всеобщее обозрение, — я покосился на Шена, намекая, что золотые браслеты нас недооценили.
Шен занервничал, но вовремя подыграл.
— Да! И как вы тогда запоёте? — включился он в игру. — Кому заплатят ваши папаши, чтобы стереть то, что невозможно стереть? Попало в сеть — считай, застряло. Ничем не выкуришь.
— Ты ещё пожалеешь об этом, — прошипел Джонни. — И спасибо, что навёл меня на одну мысль. Пойдёмте парни, нам есть чем заняться.
И уходя, естественно, задел меня плечом. Просто не мог оставить последнее слово не за собой.
— На какую же такую мысль? — бросил вслед уходящей шайке.
— Что компромат на себя нужно подчищать сразу, — победоносно произнёс он. — А ты на досуге подумай, кому в случае чего поверят: сыну уважаемого мецената или уголовнику…
Он мог позвонить отцу, который в отличие от меня, действительно был в состоянии приплатить кому-нибудь из охраны, чтобы компромат на сынка тут же удалялся. Мой блеф про хакерство был хорош, но в будущем уже не сработает. Так что поискать среди чёрных браслетов, шарящих в технике ребят, на всякий случай, придётся. Если уж не для взлома серверов, то чтобы посмотреть, на что способен браслет, или получить доступ к камерам. На всякий случай.
— Всех не купишь. Когда-нибудь ты это поймёшь, — тоже решил дать ему пищу для размышлений.
Он не ответил, только поправил пиджак, в который раз демонстрируя запястье с золотым браслетом. Джонни был уверен, что деньги правят миром. Но я рос в другом мире, на других идеалах и принципах.
Когда они скрылись из виду, я обернулся к Шену, который заметно повеселел, поняв, что угроза миновала.
— В чём сила, брат? — спросил его, понимая, что не услышу ответ, на который рассчитываю.
— В смысле? Не понял… — замялся Шен. — В джоулях вроде?..
— Ещё попытка…
Он почесал затылок.
— Ну, значит, в ньютонах.
Я усмехнулся и хлопнул его по плечу, отмечая про себя, что не так уж наши миры разнятся, если даже единицы измерения совпадают в обоих мирах. Может, какие-то культовые личности рождаются во всех вселенных, так или иначе внося свой вклад и оставляя отпечаток в истории.
— Хороший ответ, Шен, — похвалил я, считая, что парень заслужил немного одобрения после перенесённого стресса. — Не идеальный, но хороший.
— А какой правильный? На самом деле в школе у меня не было особых успехов, мог и напутать, — замялся Шен.
— Сила, друг мой, в правде.
— В правде?
— Да. А знаешь, чья правда сильнее?
— Чья? — спросил он совсем запутавшись.
— Того, кто победил. И особенно приятно, если победил ты, и победил не кого попало, а такого козла, как Джонни.
Глава 7
«В 12:00 объявляется общий сбор студентов на стадионе. Будьте причёсаны и нарядны, вас будут снимать скрытые камеры».
Все вышеперечисленные требования мы с Шеном выполнили. Явились вовремя и при полном параде. Это было что-то вроде школьной линейки и дня первокурсника вместе взятых. Нас должны были представить зрителям, открыть рейтинговую систему, развлечь, поздравить, напоить и накормить.
Тут же прикинул, что могу сэкономить три монеты на обед, потратив их на канцелярку и мультитул, который присмотрен в каталоге предметов, доступных для покупки студентам. Третью монету решил потратить на лишний поход в бассейн. Бесплатно мы могли посещать его только раз в неделю в рамках урока по физкультуре.
Лишь бы сегодня не облажаться. Главным событием мероприятия станет наш выход на публику. Именно зрители, на которых нужно произвести впечатление, в дальнейшем будут голосовать и влиять на рейтинговую шкалу. Кто-то даже может стать спонсором любого понравившегося студента, упростить ему жизнь и даже улучшить средний балл.
Проживание в кампусе пошло мне на пользу. Я выспался, помылся, приободрился. Синяки под глазами исчезли, впалые щёки покрылись здоровым румянцем. Худосочное молодое тело было готово к нагрузкам и испытаниям. И на важных органах природа не отдохнула, что не могло не радовать. Некоторые части тела, как ни старайся, не накачаешь, а значит, рассчитывать можно только на то, что дано от рождения. Благо пацану, носившему эту тушку, вполне повезло.
Так что я расправил плечи, поправил тёмные волосы и уверенно посмотрел в лицо будущему.
Нужно будет произнести короткую приветственную речь, ответить на вопросы и как-то проявить себя, чтобы выделиться на фоне других. У меня пока не было какой-либо тактики, которой я бы мог придерживаться, но импровизация нередко давалась лучше.
Трибуны стадиона, заполненного под завязку, взревели, когда на поле появилась первая тройка студентов.
Начали, естественно, с золотой молодёжи. Самодовольную рожу Джонни Персиваля-младшего несложно было узнать даже с такого расстояния. Мы с Шеном сидели в самой отдалённой вип-ложе для студентов, носивших чёрные браслеты.
Вип-сектора на открытии Школы заполнялись особыми зрителями: меценатами, важными приглашёнными гостями, преподавателями школ и самими студентами. Меценаты сидели отдельно в самых комфортабельных ложах с наилучшим обзором, преподаватели и другой важный персонал сразу за ними, а студенты по бокам и отдельно друг от друга в зависимости от цвета браслетов. «Вип-сектор для чёрных», как я мысленно окрестил его, располагался дальше остальных, но всё равно давал отличный обзор на поле и мониторы, на которых крупным планом транслировалось всё, что происходило внизу.
Белобрысая башка Джонни маячила на экране как футбольный мяч, а меня так и тянуло по ней пнуть. Всегда раздражали люди, которые, получив всё при рождении, мнили себя людьми высшего сорта, хотя на деле без родительского покровительства ничего собой не представляли. Самое интересное, что далеко
