поинтересовался язвительно. Я кинула на него взгляд. — Не тяни, уж понял. Хочешь расстаться.
Я вздохнула.
— У меня сейчас сложный период, — начала объясняться, — мне нужен перерыв.
— Перестань говорить ерунду, — разозлился Сережа, — я тебе надоел, так и скажи. И что, найдешь нового идиота?
— Зачем ты так? Ведь нам было хорошо вместе.
— Было. Только все всегда было по-твоему. И сейчас ты думаешь, что скажешь пару слов, и конец. Но нет, не в этот раз.
— Что ты имеешь в виду?
— Никуда ты от меня не денешься, — злорадно ответил Сережа, — а иначе я пойду к твоему муженьку и расскажу всю правду.
— Ты не посмеешь.
— Хочешь проверить? — усмехнулся он. Подошла официантка, Сережа заказал кофе.
— И что ты от меня хочешь?
— Я хочу тебя, — невозмутимо ответил он.
— Ты спятил.
— Может быть. Но твоя участь в твоих руках.
— И как ты представляешь наши дальнейшие отношения? — уставилась я на него.
— С этим разберемся. Поехали. — Он кинул на стол деньги и поднялся.
— Куда?
— Ко мне.
— Сейчас?
— Ну кто знает, когда теперь увидимся.
Я смотрела на него и не узнавала, веселый милый мальчик превратился во властного и беспощадного мужчину, а я не успела заметить, как это произошло. Тем не менее я поддалась, мы оказались у него дома и, конечно, в постели. На время я даже забыла о сцене в кафе. Я одевалась, он лежал на кровати, глядя на меня.
— Если бы у меня были эти чертовы деньги, — сказал вдруг, — ты бы ушла от него?
Я даже вздрогнула.
— При чем тут деньги? — спросила зло. — Нас с ним многое связывает.
— Врешь. Такие, как ты, редко чувствуют себя обязанными, воспринимая все, что им дается, как само собой разумеющееся. Как там у Бредбери? Люди — бумажные салфетки, использовал, выбросил, возьми новую. Вот и у тебя так.
— Давай без морали, — поморщилась я, — шантажируя меня, ты тоже ведешь себя не как герой.
— А если я люблю тебя? — проговорил он вдруг, садясь на диване. — Об этом ты думала?
Я усмехнулась.
— Слушай, — сказала ему, — нет никакой любви. В твоем случае это гормоны, в случае моего мужа — болезненная привязанность, и так далее. А все эти глупости оставь наивным детишкам.
— Все даже хуже, чем я думал, — покачал он головой. Я прошла в прихожую и обулась.
— Извини, если разбила хрустальный образ, — хлопнув дверью на прощанье, я покинула его квартиру, надеясь, что теперь он поостынет.
Тешить уязвленное мужское самолюбие я не собиралась. Сережа, конечно, придумал себе романтический образ униженного и оскорбленного, но стоило появиться возможности шантажа, так он ей и воспользовался. К черту всех этих мужиков, как они меня достали.
Терзаемая этими мыслями, я не заметила, как добралась до дома, попав в квартиру, прошла в кухню, скидывая на ходу плащ и расстегивая блузку. Там и столкнулась с парнем, выходившим мне на встречу. Комичная, наверное, картина: хмурая девушка в расстегнутой блузке.
Первое мгновенье я так растерялась, пытаясь понять, какого черта происходит, что замерла. Потом вспомнила, что сегодня должен приехать сын Жени, и вероятно, это он и есть. Упомянув о его приезде в субботу, Женя, как обычно, думает, что я буду держать данную информацию в голове несколько дней. А я забыла о дате приезда сразу же.
Сообразив, что уже полминуты стою полуголая, а парень смотрит в растерянности, я резко запахнула блузку.
— Простите, — ляпнула и свернула в коридор, а оттуда в комнату.
Быстро переодевшись в домашнее платье, вернулась в кухню. Рома стоял у окна с сигаретой и кружкой чая, глядя на улицу. На мое появление обернулся, и я, наконец, рассмотрела его. В отличие от отца роста он был высокого, худощавый, но не хилый, волосы темные, большие миндалевидные глаза зеленого цвета, красивый нос, пухлые губы — он, казалось, был полной противоположностью Жени.
И только взгляд, которым окинул меня, напоминал отцовский, правда, в этом была еще какая-то дурнинка. На щеках щетина, видимо, входившая в стиль молодого человека. Одет он был в джинсы и футболку.
Я прошла в кухню, он смотрел с интересом.
— Вы, наверное, Роман, — сказала я, Рома кивнул и двинулся ко мне, протягивая руку.
— А вы Лиза, жена отца, — ответил в тон мне, голос у него был мягкий, низкий, ладонь большая, с длинными аристократическими пальцами, как у Жени.
— Точно.
Он улыбнулся, и улыбка преобразила его, она казалась какой-то неуверенной, создавая ямочки на щеках, что еще больше умиляло, глаза стали ясными, как у ребенка. Роман был каким-то скопищем противоречий и совершенно не увязывался в моей голове в одно генеалогическое древо с Женей.
— Извините за случившееся, — добавила я, — забыла о вашем приезде.
— Я так и понял, что это не способ понравиться мне. Вы припоздали, отец сказал, будете раньше.
— Встречалась с подругой.
Он кивнул, а я почувствовала себя неловко из-за того, что вру. Взгляд у парня был насмешливый, словно он не хуже меня знал, чем я на самом деле занималась. И вообще, несмотря на приличия, я ощущала исходящую от него неприязнь.
— Женя должен скоро прийти, — заметила я, — вы ужинали?
— Да, спасибо.
Кивнув и не зная, что добавить, я ушла в комнату, пришел Женя, и мы сели ужинать, Рома сидел за столом и пил чай. Женя, как обычно, был неразговорчив, атмосфера за столом царила напряженная. Я ела, периодически посматривая на Романа, и когда мы встречались взглядами, быстро опускала голову.
За все время было сказано несколько общих фраз, когда ужин кончился, я вздохнула с облегчением. Женя по своему обыкновению отправился в комнату, извинившись перед Ромой и сказав, что устал. Рома его держать не стал, несмотря на то, что они не успели пообщаться.
Приезд парня выглядел все более странно. Интересный способ отвлечься от смерти матери. И Женино поведение удивляло. Зачем было приглашать сына, если даже не говоришь с ним?
Глава 8
В комнате я робко поинтересовалась, надолго ли приехал Рома.
— Не знаю, — пожал плечами Женя, — пусть живет, сколько хочет.
— Вы с ним нормально общаетесь?
— Вполне, — он посмотрел удивленно, словно я сморозила глупость. — А что?
— Ничего, я думала, вы будете больше времени проводить вместе.
— Еще наговоримся.
Я кивнула, и разговор был окончен. Около полуночи, когда квартира уже погрузилась во тьму и Женя крепко спал возле меня, я лежала, глазея на темный потолок, едва заметно освещаемый тусклыми фонарными отблесками.
Последние пару недель я стала плохо спать, что неудивительно. Несколько раз поменяв положение, встала, накинув халат, направилась в кухню.
