Да, дебильной! Ибо какая мне разница, кто и как в его спальне бывает? Я вообще никакого отношения к его личной жизни не имею!
Но… напряжение минувшего дня все-таки сказалось. Ринар постоянно издевался и тоже внес свою лепту. В итоге, когда оцепенение спало, с моих губ сорвалось совершенно неприемлемое:
– У вас какие-то интимные проблемы? Или вы принципиально женщинами не интересуетесь?
Лицо собеседника резко вытянулось, а я чуть не взвыла. Клянусь, слова вырвались непроизвольно! Я не хотела, я не собиралась хамить!
Через секунду возникло желание помолиться и забиться в какую-нибудь щель. Просто Ринарион осознал, что ему не послышалось и… Черт! Я никогда настолько перекошенных лиц не видела!
Еще миг – и я, потупившись, пробормотала:
– Простите. Это усталость и нервы.
– В следующий раз подумай, прежде чем говорить, – выдержав очень долгую паузу, рыкнул король. – Поверь, это гораздо безопаснее!
Последнее слово его величество подчеркнул, а я не ответила. Закусила губу и даже глаз на Ринара не подняла! Зато потянулась и подхватила брошенные шорты – они как раз на одеяло упали. А потом как-то вдруг успокоилась и даже обрадовалась.
Да, утром я брезговала примерять это белье, зато сейчас на мне были уже несвежие слипы, а спать в грязном я тоже не умею. Так что шортики оказались весьма кстати.
– Доброй ночи! – так и не дождавшись от меня ответа, прошипел монарх, ну а я…
Я подпустила в голос смущенных ноток и попросила:
– Ваше величество… пожалуйста, если не трудно, свет в этой комнате погасите.
Вот после этого я осмелилась поднять голову, но Ринар стоял уже спиной, и выражение его лица оказалось скрыто. Но что-то подсказывало – он закатил глаза.
Потом король щелкнул пальцами, и висящая под самым потолком люстра погасла. Со второго щелчка выключились немногочисленные настенные бра, а единственным источником света осталась распахнутая дверь в королевскую опочивальню.
С некоторым содроганием я смотрела, как Ринарион преодолевает расстояние до этой двери, переступает порог… И, собственно, все. Вот теперь гостиная потонула во мраке, ну а я…
Я выждала несколько минут, потом прямо под одеялом избавилась от слипов и натянула свежие новенькие шорты. Слегка зависла, пытаясь сообразить, куда деть несвежее – в итоге, в качестве временного решения, сунула трусы под подушку.
После этого улеглась, подтянула одеяло и закрыла глаза в надежде на мгновенный сон. Только вместо желанного покоя на меня накатила новая волна жара. Я даже не думала о Ринаре, а… вот!
Причем в этот раз простым возбуждением дело не ограничилось – дошло до самых настоящих судорог. Чтобы сохранить связь с реальностью, мне пришлось вцепиться в одеяло зубами и сильно сжать кулаки.
А чуть позже, когда пик неприличных желаний миновал, я сосредоточилась на дыхании и где-то на сотом глубоком вдохе все-таки уснула. И это было лучшее из того, что случилось за весь сегодняшний день…
Я проснулась от ощущения чужого взгляда. Еще не понимая, откуда это ощущение, зевнула и открыла глаза. И тут же вздрогнула. И едва не заорала! Просто в одном из кресел обнаружился массивный голубоглазый брюнет.
Да, там сидел Ринарион.
– Что… – начала было я, но осеклась и замолчала. Инстинктивно подтянула одеяло к груди, и лишь после этого приподнялась на локтях.
С некоторым недоумением отметила, что продолжительный отдых монаршего настроения не улучшил. Хуже того, Ринар выглядел еще более недовольным, чем вчера.
– Ну наконец-то… – процедил его величество. В свете явленной мне мины такое приветствие не удивило.
Будучи сонной и испуганной, я хотела ответить в том же ключе, но вовремя вспомнила о вчерашнем проколе и язык прикусила.
Вчерашние решения тоже в памяти всплыли, и это стало поводом для очень глубокого вздоха…
– Доброе утро, – собрав в кучку остатки вежливости, сказала я. – Как спалось?
Монарха неожиданно перекосило, а я удостоилась прямо-таки звериного рыка. Но на этот раз пугаться не стала – глянула вопросительно и тут же добавила:
– Что-то не в порядке?
– Все! – воскликнул король.
Я внутренне сжалась и приготовилась выслушать пояснения, но Ринар пояснять ничего не собирался. Вместо этого приказал:
– Вставай! Умывайся, одевайся, и…
Он замолчал, и я не сразу сообразила, что причиной тому появление в гостиной Визо. Слуга держал в руках еще одно платье, нечто похожее на халат и очередной сверток.
Ринар тоже заметил и вопросил хмуро:
– А это еще зачем?
Визо чуть потупился, но ответил:
– Леди предстоит провести тут не меньше недели. Ей нужна одежда.
– У нее уже есть! – воскликнул король. При этом умудрился кивнуть на вчерашнее платье, на котором, кстати, благополучно сидел.
Вот теперь я по-настоящему проснулась и немного выпала в осадок. Блин, какая прелесть. Нет, ну в самом деле!
– Но одного платья недостаточно, – парировал Визо миролюбиво. – К тому же на ауре Светланы печать вашего величества, и, будучи личным слугой короля, я не могу позволить этой леди выглядеть оборванкой.
Мне захотелось вскочить и расцеловать Визо в обе щеки, но демонстрировать голые ноги было стремно. А вот Ринарион отреагировал совсем иначе – скривился, потом фыркнул, а в довершение притворился, будто вообще ничего не говорил.
Я, глядя на такую покорность, слегка прифигела, но проникнуться этим ощущением мне не позволили. Просто местный самодур сказал:
– Ладно, но пусть поторопится! – И добавил ворчливо: – Я не готов ждать ее по три часа.
Слов… не нашлось. То есть я действительно хотела сказать что-нибудь едкое, но королевская наглость совершенно обескуражила. Меня хватило лишь несколько раз беззвучно открыть и закрыть рот.
Визо же отнесся к выходке гораздо спокойнее.
– Конечно, ваше величество, – с поклоном ответил он. После чего развернулся и дружелюбно уставился на меня.
Мне явно предлагали выбраться из-под одеяла, но присутствие в гостиной Ринариона делало такой шаг невозможным. К счастью, король понял. А может быть, ему просто надоело сидеть тут и всех раздражать?
Как бы там ни было, но через секунду самодержец поднялся и величественно перешел в следующую, в самую первую гостиную. Вот после этого я таки смогла отбросить одеяло и сказать, обращаясь к Визо:
– Спасибо вам!
– Тебе, – поправил слуга. И пояснил: – Вам следует обращаться ко мне на «ты».
Тут же вспомнилось, как он назвал меня «леди», и щеки вспыхнули румянцем. Я даже хотела объяснить, что никаким боком к леди не отношусь, но… С другой стороны, Визо человек взрослый и ему видней. К тому же на моей ауре печать короля, а это, как понимаю, тоже что-то да значит.
И вообще – какая разница? Главное, что горшком не зовут и в печку не ставят.
Сборы, включая умывание и прочие процедуры, заняли минут пятнадцать. Но прежде чем я удалилась в знакомую ванную, мне тактично объяснили, что там есть корзина для грязного белья, которой не просто можно, а нужно пользоваться.
Я отреагировала на эту информацию очередной порцией румянца, но, подумав, смущаться перестала. В конце концов, другого варианта все равно не было.
Да, я не привыкла доверять свое белье посторонним, только в данный момент постирать самостоятельно не могла. Вернее, могла, но где все свои вещички сушить? На памятном круглом столике? Под носом у его величества Ринариона?
Первая же попытка вообразить королевскую реакцию закончилась тем, что я воровато выудила из-под подушки родные слипы и, накинув на плечи принесенный Визо халат, умчалась в ванную.
А в новое, на сей раз пурпурное платье облачалась уже в спальне. Только в самом конце позвала Визо, чтобы тот со шнуровкой помог.
Еще одним занятным моментом этих сборов стало знакомство с королевской гардеробной… Просто повесить халат и вчерашнее платье было некуда, и ушлый слуга решил, что его величеству стоит потесниться.
Я наблюдала за действиями Визо с содроганием и некоторым восторгом. В процессе решила – если Ринар разорется, то я тоже разорусь. Воспользуюсь своей неприкосновенностью по полной!
Зато в гостиную возвращалась в абсолютной гармонии. Во-первых, предвкушала вкусный завтрак, а во-вторых, готовилась в скором времени вернуться в спальню и отгородиться от самодура тяжелой дверью. Третьим поводом для радости являлось полное отсутствие даже малейших признаков сексуального возбуждения. Ну что еще для попаданского счастья нужно?
Вот и я думала, что ничего. Но оказалось, кое-что все-таки есть. Одно маленькое, но очень важное условие – чтобы намеченные планы сбывались.
А мои не сбылись! Более того, они рухнули прямо на пороге первой гостиной! Едва мы с Визо вошли, едва слуга сделал шаг в сторону и сообщил, что завтрак уже подан, Ринарион фыркнул, одернул черную, расшитую золотом куртку и заявил:
