Пауза длилась недолго. Потом Ринар кивнул, а стражник отстранился и распахнул двери. Еще секунда, и в кабинет вошла дама, которую я мгновенно узнала. Я видела эту рыжеволосую леди в толпе придворных после первой телепортации.
Меня, как оказалось, тоже запомнили и тут же одарили очень недобрым взглядом. Но быстро переключили все внимание на короля, не забыв присесть в очень глубоком реверансе.
– Ваше величество, простите за вторжение, – красивым низковатым голосом проворковала рыжая. – Но мне очень нужно с вами поговорить.
Ринар, который уже не хмурился и даже не кривился, промолчал, явно ожидая пояснений. Но единственным, что добавила леди, стало:
– Наедине.
Статус рыжей был ясен с самого начала, поэтому лично меня просьба не удивила. Остальные тоже отреагировали ровно, и такое отношение подсказало – с точки зрения присутствующих, ситуация обыденная.
А вот когда Ринар встал и, помедлив с секунду, направился к Пиниции, мое спокойствие значительно пошатнулось. Я ощутила невероятный прилив ярости – жгучей, испепеляющей!
Как смогла сдержаться, как сумела сохранить нейтральное выражение лица – не знаю! Зато знаю, что в этот миг мне дико хотелось вскочить и выцарапать глаза сперва ей, потом ему! Поэтому, когда Пиниция и король вышли, а двери кабинета закрылись, я испытала толику радости. И полностью сосредоточилась на попытке не выдать свое неадекватное состояние.
Но когда в сознании вспыхнул вопрос: «А зачем эта зараза вообще явилась?» – сдерживаться стало совершенно невозможно. Просто я вдруг очень четко поняла, что сегодня утром Ринар именно к ней, к рыжей ходил!
То есть он ходил, но у них ничего не получилось, а дальше все просто. Может ли постоянная любовница смириться с подобным провалом? Ну разумеется, нет! Следовательно, Пиниция не поговорить пришла. Она примчалась, чтобы… попробовать еще раз!
Кажется, я зашипела. Или даже выругалась, причем матом. А может, все-таки сумела сдержаться и промолчать? Нет, не помню, но… как бы там ни было, Сарс и Бирис заметили. Правда, издеваться не стали. Бирис даже поднялся из-за стола и принес воды.
Когда я принимала стакан, руки ходили ходуном. Зато через минуту, едва вода была выпита, а стакан возвращен королевскому помощнику, стало на порядок легче. Спустя еще минуту я смогла выдохнуть и пояснить:
– Это не мои эмоции, это все метка.
– Знаем, – ответил Сарс. В голосе прозвучало вполне искреннее сочувствие.
Думаю, именно это сочувствие помогло не заморочиться и вообще отнестись к своему позору философски. Откинуться на спинку дивана, прикрыть глаза и попробовать поймать дзен.
Только он, зараза такая, не ловился. Я по-прежнему была невероятно зла на Ринара! А еще на Ларию, на дурацкую метку и чуть-чуть, самую капельку, на себя. Просто закралось подозрение, что причина всей бури не только в ауре. Что я сама… тоже некоторую лепту вношу.
Стыдно признать, но Ринарион полностью в моем вкусе. Его мощная фигура, прямая осанка, темные волосы, голубые глаза, правильные черты лица – все-все!
Если бы наша встреча состоялась в других, более привычных для меня обстоятельствах, я бы сразу свалилась в обморок от кайфа. Если бы здесь и сейчас этот мужчина не хамил и не вел себя как истинная сволочь, эффект был бы аналогичным.
Клянусь, я бы в него влюбилась! По уши! Как последняя дура! Я бы…
Так. Ладно. Хватит о больном.
Я сделала очередной глубокий вдох и в который раз попробовала нащупать точку равновесия. И даже приблизилась к некой гармонии, но в следующее мгновение меня из этого состояния вырвали.
Звук был невнятным, но настолько резким, что я инстинктивно открыла глаза и повернула голову. Оказалось, дверь в кабинет распахнута, а на пороге стоит Ринар – такой же злющий, как и в тот – предыдущий раз.
Еще не сознавая всю подоплеку, я пронаблюдала, как король делает шаг вперед, поворачивается к помощникам и, указав на дверь, приказывает:
– Вон! Оба!
Как Сарс с Бирисом вскакивают и мчатся к двери, тоже видела, а вот потом…
Вот после того как королевские помощники исчезли, а Ринар захлопнул дверь и задвинул небольшой засов, я сообразила. Но вместо естественной в подобных обстоятельствах паники ощутила новый прилив бешеной, всепоглощающей злости!
Я мгновенно взвилась на ноги и выпалила:
– Даже не думай!
– А я и не думаю! – рыкнул Ринарион и стремительно ринулся ко мне.
Мысли о побеге не возникло. Зато появилось понимание – вот сейчас точно физиономию расцарапаю! И вообще прибью!
Король, кажется, этот момент просек, но остановиться даже не попробовал. Подлетел и раньше, чем успела нанести хоть какой-нибудь вред, притянул к себе.
– А ну пусти! – грозно воскликнула я.
Ринар не послушался. Наоборот – притянул еще ближе, так что ребра затрещали, и припечатал строго:
– Успокойся. Не ори.
Не ори?! Да что он себе позволяет?!
В момент захвата мои ладони оказались прижаты к мужской груди, причем прикасались не к куртке, а к рубашке. Конечно, я лазейкой воспользовалась. Конечно, ногтями в его грудь впилась!
А противник застонал, но… от боли в этом звуке было немного. Правда, прежде чем данный факт осознать, я впилась еще разок. А потом еще…
Секунда, и меня прижали уже так, что шевельнуться не получалось. Разве что на ногу наступить, но я почему-то не попробовала. Просто стояла в его объятиях и бесилась! Ну а он…
Ринарион вел себя как какой-то насильник-эстет: держал, прижимая к собственному телу, и точно этим состоянием наслаждался. Попутно пытался зарыться носом в мои распущенные волосы и прикоснуться щекой к щеке. И, несмотря на весь смысл происходящего, я начала успокаиваться. То есть по-настоящему. Совсем-совсем!
Но едва сердце перестало биться как шальное, едва я решила, что величество не такой уж гад, ситуация переменилась… Ринар выпустил из захвата и, легко подхватив на руки, сделал шаг к дивану. Миг, и я осознала себя сидящей на королевских коленях. Руку, которая крепко держала за талию, не позволяя вырваться, тоже ощутила.
Потемневший взгляд Ринара скользнул по моим губам, по шее и декольте. А потом ладонь этого маньяка нагло легла на мою грудь. Вот просто раз – и все. Без всяких на то разрешений!
И еще одна подлость – вместо положенной вспышки ярости я ощутила вспышку удовольствия. Желание, которое мучило вчера вечером, пробудилось и заворочалось, непрозрачно намекая, что еще немного, и накроет с головой.
Допустить подобного исхода я, конечно, не могла. Готовясь залепить пощечину, прошипела:
– Прекрати! Немедленно!
Король не прекратил, наоборот – сильнее сжал грудь и сказал раздраженно, но хрипло:
– Не ори. Ничего я тебе не сделаю. Я всего лишь хочу убедиться…
– В чем?! – взвизгнула я.
И тут же осеклась. Просто ответ на вопрос был слишком очевиден.
За это утро Ринар дважды встречался с фавориткой, но у него ничего не получилось. Для мужчины, окружившего себя целой армией любовниц, подобное происшествие – гигантский стресс.
Так что желание Ринара проверить – вполне естественно, но… Лично я в подопытные мышки не записывалась! И еще: буквально минуту назад он обжимался с рыжей Пиницией, а теперь мацает теми же самыми руками меня?! Ну, знаете…
– Ну, знаешь! Я тебе не… – начала я гневно, но тут же замолчала, дабы бросить все силы на попытку вырваться и встать.
Но король эти старания не оценил. Рыкнул злобно:
– А ну тихо!
Я инстинктивно замерла, а Ринарион добавил:
– И лучше не дергайся. Просто посиди пару минут. Это не так уж тяжело.
Наглость обескуражила. Я даже дар речи на секунду потеряла! А когда очнулась и вознамерилась высказать этому мужлану все, монарх поднял голову и… я застыла опять.
Нет, возмущение никуда не делось, но, заглянув в глаза Ринара, я вдруг очень четко поняла – дергаться действительно не стоит. Просто если продолжу сопротивляться, то у меня точно будет секс. Причем прямо здесь и сейчас.
Отдельная подлость заключалась в том, что тело уже распалилось и его подобный исход вполне устраивал. Это была дополнительная причина взять себя в руки и включить мозг! То есть замереть и попробовать от происходящего отстраниться. Сосредоточиться не на Ринаре, а на чем-нибудь другом.
И я, конечно, попробовала. Уставилась… нет, не в потолок, а на запертую дверь кабинета. Ну а король вернулся к проверке, хотя, как подсказывали логика и чутье, главная часть сего действа уже состоялась. В смысле он уже убедился, что может. Он уже…
Так. Стоп. Смотрим на дверь!
Ринарион шумно выдохнул и притянул ближе. Уткнулся носом в шею и начал ласкать грудь через ткань. Движения его пальцев были порывистыми, но четкими и довольно нежными. В них чувствовалось мастерство матерого ловеласа, которое вызвало мгновенный, очень яркий отклик.
Я ощутила уже знакомое напряжение и жар, который поднимается из глубин, накрывая волной. Желание выгнуться, застонать и обвить мужскую шею руками. Притянуть ближе и раскрыться, давая полный доступ, и, забив на все, прошептать «да»!
