прекратился, будто почуяв неладное.
Внизу меня встретила Марфа Петровна, деловито вытирающая пыль на шкафу.
— Марфа Петровна! Какого хрена здесь… В смысле, вы случайно не знаете, что здесь только что гремело? Граф Андреев опять распоясался?
Старушка отложила тряпку и посмотрела на меня. В этот взгляд она умудрилась вместить осуждение современной молодежи, которая средь бела дня ругается всякими богопротивными словами, и одновременно надежду на то, что ее-то граф все-таки не такой. Я почувствовал фантомное желание прополоскать себе рот с мылом.
— Птичка ваша хулиганит, Ваше Сиятельство, — наконец, произнесла Марфа Петровна. — Шумит на чердаке. Я к нему поднималась, шугануть хотела, а там… В общем, сами лучше посмотрите.
А, ну да. В этом доме только два источника проблем — призрак и демон.
Прикидывая, какие интересные блюда можно приготовить из голубиной тушки, я поднялся на чердак и застыл, как вкопанный.
— А, это ты, дубина, — поприветствовал меня Каладрий, не отрываясь от своего увлекательного занятия. — Чего надо?
— Каладрий… Я, конечно, все понимаю. Но что ты делаешь⁈
— Я вью гнездо, — все так же невозмутимо ответил голубь.
— Но почему из этого⁈
— А почему бы и нет?
Вопрос был настолько логичен и нелогичен одновременно, что я не нашелся, что ответить. Теперь понятно, почему даже Марфа Петровна оказалась бессильна что-то сделать с Каладрием. Есть ситуации, идиотизм которых переходит все мысленные пределы.
— Знаешь, Каладрий, я даже не буду тебе запрещать. Но не шуми, — приказал я. — Особенно по утрам. А то у кого-то будут голубиные окорочка на ужин.
Демон дернул головой, показывая, что он думает о моих угрозах. Но следующую, хм, деталь для своего гнезда в лапы взял осторожнее. Правда, она все равно грохнулась на пол, подняв тучу пыли. Тут даже ругаться бесполезно — слишком сильно я хочу посмотреть, что у него получится. Иногда Каладрий такой… Каладрий.
Игорь нагрянул на следующий день, когда я наслаждался поздним обедом. К этому моменту я уже успел понастроить кучу предположений, почему кузена до сих пор нет, и пожалеть, что поленился поехать встретить его с поезда. Вдруг по дороге на него напали оборотни или какие-нибудь рьяные ненавистники некромантов? Ну или он услышал про нашу с Настасьей якобы помолвку и сейчас в каком-нибудь оружейном магазине покупает себе ружье.
— Поезд задержали, — объяснил некромант в ответ на мой вопросительный взгляд.
Марфа Петровна тут же засуетилась.
— Сейчас я вам тоже накрою, я как раз много наготовила. Думала, может, Его Сиятельство добавки захочет.
Игорь благодарно кивнул и опустился на стул напротив меня. Через пять минут перед ним уже дымилась тарелка супа.
— Так значит, ты у нас жених Настасьи? — невинно поинтересовался кузен. Судя по тому, что вопрос этот он задал только после того, как тарелка опустела, убивать меня не собирались.
— Меня оклеветали, — тут же открестился я. — Кто-то сделал из нашего совместного ужина слишком далекоидущие выводы.
— Я тебе верю, так уж и быть. Раньше тебе все-таки не отказывало чувство самосохранения. Ты же не хочешь начать новую увлекательную жизнь в виде зомби?
— Игорь, я тебя боюсь! — Я отодвинулся от стола. — Я-то думал, никакая женщина не сможет встать между нами, а ты уже убить меня готов. Ну хорошо хоть потом воскресишь.
— Конечно. Я сделаю из тебя мишень для дартса. Или вешалку. По настроению, — пообещал Игорь.
Я отодвинулся еще дальше и демонстративно перекрестился. Вот так, значит. Живешь с человеком в одном доме и не знаешь, что он лелеет на твой счет черные помыслы.
— Ладно, Игорь, давай сменим тему на какую-нибудь меньше связанную с трупами. Любит тебя твоя Настасья, в чем неоднократно признавалась и мне, и своему папаше. Но главное сейчас не это, а то, что завтра князь Долгоруков дает большой прием. И мы с тобой туда идем.
— А меня пригласили? — удивился некромант.
— Пригласили. — Я достал из кармана аккуратно распечатанное письмо. — Я написал Долгорукому, что ты будешь в городе, и спросил, не будет ли он случайно рад тебя видеть. Как видишь, тот ответил, что рад и даже очень.
Игорь быстро пробежал письмо глазами. Радость в нем была выражена лаконично, но весьма недвусмысленно. «Конечно, я с удовольствием приму вас обоих», — писал Долгоруков.
— Предлагаю там же и объявить о твоей помолвке с Настасьей. Заодно и разубедим высшее общество раз и навсегда в моем с ней якобы романе.
— Погоди, о какой помолвке? Я же к ней еще даже не сватался!
— Ну вот сегодня и посватаешься. Полдня впереди!
Игорь, удивительное дело, замялся.
— Так сразу?
— Конечно, сразу! Чего тянуть?
Некромант опустил глаза в пол, комкая в руках салфетку.
— Может, все-таки немного подождем?
— Да ты боишься! — осенило меня.
— Ничего я не боюсь! — огрызнулся Игорь.
— Еще как боишься. Зомби нас, значит, не пугают, а посвататься к девушке мы не можем? Боишься, что папочка с лестницы спустит? Или что она тебе откажет?
— Да иди ты!
Я ухмыльнулся во весь рот, видя, как кузен краснеет. А не надо было рассказывать о своих планах сделать из меня вешалку после смерти!
— Твоя Настасья стала так популярна. Вдруг уведут прямо из-под носа. Какой-нибудь другой тайный некромант, более шустрый и решительный, — продолжил изгаляться я.
— Знаешь, идея с зомби все еще актуальна.
— Поехали! — Я буквально силой вытащил кузена из-за стола. — До вечера как раз успеем к Сокольским. Ты кольцо-то ей купил?
— Купил. — Игорь вытащил из кармана небольшую бархатную коробочку.
Я осторожно открыл ее.
— Ого, бриллиант! Да ты романтик. Значит, так. Доедай пирог и едем к Сокольским.
— Мне надо подготовиться, — ответил Игорь, запихивая последний кусок пирога в рот. — Не могу же я ехать свататься в таком виде. Я только что с дороги!
— Готовься, — разрешил я. — Только без фанатизма. А то я заскучаю тебя ждать.
— Я ненадолго, — заверил меня Игорь. — Книжку пока почитай, ты это любишь.
Когда примерно через вечность Игорь вернулся в гостиную, я демонстративно закатил глаза.
— Ну как книжка? — спросил кузен, во внешнем виде которого, на мой взгляд, мало что изменилось.
— Первые сто сорок страниц были интересными, дальше автор растекся мыслью по дереву. Игорь, ты
