…Геродот, написавший о семи чудесах, побывал в Вавилоне. Больше того, он видел эту легендарную и вроде бы вовсе не существовавшую башню. Случилось это за четыре с половиной века до нашей эры. Хотя Геродот и не включил башню в число чудес, но оставил ее краткое описание: башня возвышается над городом, она восьмиэтажная, и каждый этаж меньше предыдущего. Именно поэтому художники, знакомые с описанием Геродота, начиная с Брейгеля, старались сделать в башне восемь этажей.
Геродот писал, что видел башню неповрежденной. Когда через несколько десятков лет в Вавилон вошел со своими войсками Александр Македонский, он обнаружил, что башня разрушается… и приказал снести развалины. Нет, он не хотел уничтожать башню. Наоборот, Александр Македонский решил восстановить ее, сделать центром своей новой столицы, где должно было найтись место всем великим богам Востока, но умер в самом начале работ.
…Вдоль дороги бредут цепочкой верблюды. Они покрашены в цвет степи, горбы их потерты и свисают набок. Пыль от пролетающих машин окутывает их облаком, и верблюды равнодушно отворачиваются. Степь, серая, скучная… сливается на горизонте с таким же серым и скучным небом. Ни холмика, ни низины. Именно здесь когда-то давным-давно люди решили, что Земля плоская.
Дорога ведет с юга Ирака к Багдаду – его столице. Позади пустыня, нефтяные вышки, факелы горящего газа и черные палатки кочевников. До столицы километров сто.
За городом Хилла дорога оживает. Встречается все больше машин. К крыше каждой второй привязан гроб. Машины едут к Кербеле, священному городу мусульман. Многие почитают за честь быть похороненными рядом с мечетями Кербелы и Неджеда.
Вдруг стрелка – поворот налево. Обычный дорожный указатель, даже не угадываешь сначала всего значения написанного на нем слова: «Вавилон».
И тут начинаются холмы. Невысокие, округлые, как спины китов. Они скрывают под собой руины величайшего города в мире – Вавилона.
И ничего не видно, кроме холмов, – ни Вавилонской башни, ни садов Семирамиды, ни дворцов, ни одной колонны, ни одной стены – города нет, единственным вещественным доказательством его существования является дощечка-указатель.
Дорога кончается у двухэтажного здания, спрятанного в тени финиковых пальм. На здании написано: «Музей».
Старый араб открыл дверь музея – единственной длинной комнаты – и заученной скороговоркой отрапортовал все, что положено знать туристу о царе Хаммурапи и Вавилонской башне, «которая не сохранилась до наших дней ввиду исторических и природных условий».
Музею Вавилона не повезло. Раскопки велись здесь в основном европейскими экспедициями до того, как Ирак стал самостоятельным государством, и поэтому самые интересные находки перекочевали в музеи европейских столиц.
Если взобраться на холм за музеем, увидишь весь Вавилон, то есть те части его, что раскопали археологи. Холмы вскрыты, разрезаны траншеями разной глубины и ширины, одни появились пятьдесят или сто лет назад, другие – недавно. Город кажется перевернутым вниз головой – сверху он почти ровен, а в глубину просматриваются дома различной высоты. Из холмов выглядывают арки дворцов, остатки стен, пещеры подвалов…
– Вот, – говорит старый араб, показывая на гряду холмов, ничем не отличающихся от других, – висячие сады Семирамиды. А теперь пройдем по улице Процессий.
Он делает несколько шагов и зовет нас.
…Под ногами разверзлась пропасть.
Улицу тщательно раскопали до самого дна, до ее настоящей мостовой, и скрытые тысячелетиями под слоем городских остатков и песка стены, будто вчера сложенные из ровных кирпичей, украшенные барельефами сказочных зверей, уходят на много метров вниз.
От улицы Процессий недалеко до площади, изрытой, как лабиринт, узкими неглубокими траншеями. Лаконичный старик, которому уже надоело таскаться по жаре, говорит:
– Вавилонская башня.
И вот тогда воочию убеждаешься, что башни нет, ни кирпичика от нее не сохранилось. Александр Македонский намеревался восстановить башню, но масштаб работ испугал даже его. По подсчетам греческого географа Страбона потребовалось бы десять тысяч рабочих, чтобы расчистить площадку. И трудиться им пришлось бы два месяца.
Вавилонскую башню разыскивали и первые археологи, и просто искатели сокровищ, попавшие к холмам Вавилона. Раскопки в Вавилоне ведутся уже двести лет, и первые десятилетия были посвящены поискам именно башни. Археологом, обнаружившим место, где стояла башня, и открывшим ее основание, был Колдевей, который начал копать в 1899 году в составе немецкой археологической экспедиции.
В первую же неделю раскопок холмов, представлявших собой груду кирпичей, черепков и пыли, Колдевей наткнулся на колоссальную стену. Ему повезло, он попал на ту самую стену, о которой Геродот писал, что на ней могут разъехаться две колесницы, запряженные четверками лошадей. Но дальнейшие раскопки продвигались не так гладко, как хотелось бы. И это понятно: Вавилон прикрыт слоем земли и обломков толщиной от двенадцати до двадцати метров. Для того чтобы выяснить, что находилось в нижних слоях, приходилось поднимать тысячи тонн земли и мусора.
Стена, обнаруженная Колдевеем, – самое крупное из городских укреплений древности. На ней насчитывалось триста шестьдесят башен, расстояние между которыми достигало пятидесяти метров. Значит, длина стены – восемнадцать километров.
Кирпичный город, постепенно разрушенный случайными ливнями, землетрясениями, песчаными бурями, в течение двух тысячелетий служил строительным складом окрестным жителям. Они разбирали руины на кирпичи и строили из них свои жилища. И сегодня в стенах домов города Хиллы и окрестных деревень можно увидеть кирпичи с клеймом вавилонского царя Навуходоносора.
Колдевей нашел Вавилонскую башню, вернее, основание Вавилонского зиккурата – Э-Темен-ан-Ки («дома основы Небес и Земли»), как называли его вавилоняне, полагавшие, что на вершине башни обитает сам великий бог Мардук. Но для этого Колдевею пришлось работать в Вавилоне кроме той, первой недели, когда он нашел городскую стену, еще одиннадцать лет. Колдевей даже оставил примерное описание башни и сделал это на основе одиннадцатилетнего изучения города, его архитектуры и методов строительства.
Крупные открытия в любой науке, в том числе и в археологии, обычно делаются не одиночками. И всегда остается место для ученого, который дополнит открытое и скажет свое слово.
Английский археолог Леонард Вулли раскопал зиккурат в городе Уре, на юге Вавилонской империи. Тот в отличие от Вавилонской башни сохранился настолько, что можно было с уверенностью говорить о том, каким он был первоначально. И Вулли смог точно реконструировать Урский зиккурат. Его рисунок почти полностью совпал с реконструкцией Колдевея. Таким образом завершился тысячелетний труд художников, рисовавших Вавилонскую башню.
