внимательно наблюдала за ним.
Наконец-то он нарушил молчание:
– Ты все еще занимаешься по выходным?
Я с настороженностью кивнула.
– В субботу, с двух до четырех. Я буду давать тебе частные уроки.
Мне показалось, что он раскаялся в своих словах, еще недоговорив, но была так поражена, что не придала этому значения.
– Что? – Я не удержалась и уставилась на него с разинутым ртом.
– Все, что ты слышала. И Микаэлла – не разочаруй меня.
* * *
– Вчера не очень хорошо получилось. Извини.
Я не сразу поняла, о чем говорит Джун, потому что, признаться, слышала ее не очень внимательно. Со вчерашнего вечера все мои мысли занимал Дэниел и его предложение. Точнее его скрытые мотивы. Если они были.
Я не была уверена, но мне хотелось думать, что за ним не стояло ничего кроме искреннего желания помочь. Полагаю, если такой человек, как Дэниел Райерс делает подобное предложение, это значит, что он разглядел во мне что-то. Что-то ценное, чему следовало уделить свое время.
Я испытывала волнение по этому поводу, и не могла дождаться наших индивидуальных занятий, потому что уверена – они поднимут меня на уровень выше. А я никогда не упускала возможности научиться чему-нибудь новому.
– А, да не волнуйся. – Я отмахнулась, отправив в рот ложку мюсли, политые низкокалорийным йогуртом. – Я не растаяла.
Хоть вчера я и сердилась на Джун, когда оказалась под дождем без возможности попасть домой, теперь даже радовалась, учитывая, как все сложилось после. Но я не рассказала ей, как провела те часы, и не упомянула вмешательство Дэниела. Я и сама не до конца понимала, отчего мне не хочется говорить об этом подруге.
– Правда? Потому что я здорово переживала.
Джун заулыбалась с облегчением, и я еще раз заверила ее, что не стоит. Скоро подруга убежала – у нее были дела перед репетицией, а я использовала свободное время, чтобы в очередной раз просмотреть видео постановки Дэниела, впитывая в себя каждое движение актеров; каждый элемент танца.
Я дождаться не могла, когда сегодня приду в театр и увижу его.
* * *
– Микаэлла?
Я обернулась, услышав, как кто-то зовет меня по имени, и к своему удивлению обнаружила, что это Хамфри Старк.
Продюсер шел ко мне своим широким, бодрым шагом, несмотря на то, что был не первой молодости и не самой изящной комплекции.
На его лице светилась приветливая улыбка. Казалось, он искренне рад встретить меня.
– Добрый день, мистер Старк.
Я изобразила ответную улыбку, не выдавая своего нетерпения – мне не хотелось опаздывать, хотя в запасе и оставалось пятнадцать минут.
– Хамфри, дорогая. – Он взял меня за руку, накрыв ее обеими ладонями. Это был теплый, довольно невинный жест – но мне все равно стало как-то некомфортно.
Конечно, я и не подумала о том, чтобы отнять руку.
– Когда молодая, красивая девушка зовет меня «мистер Старк», я начинаю чувствовать себя стариком.
Его живые, темные глаза сверкнули лукавым огоньком. Я пробормотала подобающему такому случаю возражение, хотя подозревала, что он мне в отцы годится.
– Сегодня я решил поприсутствовать на репетиции. Хочу посмотреть, как продвигаются дела.
Он, наконец-то выпустил мою руку, но все равно оставался в зоне моего комфорта. Определенно, мистер Старк не совсем ровно дышал к моей персоне.
Только этого мне не хватало.
– Мистер Райерс настоящий профессионал своего дела и мастерски ведет всю труппу.
Мои слова прозвучали несколько пафосно, но мне захотелось похвалить его. Хотя, безусловно, Дэниел Райерс в моей похвале не нуждался.
И как раз когда я упомянула нашего хореографа, он, собственной персоной показался на лестнице, ведущей в холл, где мы стояли.
– А-а, Дэниел, мы как раз говорили о тебе! – увидев Райерса, заявил Хамфри Старк. – Микаэлла очень хорошо отзывается о тебе. Я рад, что вы сработались.
Я почувствовала, что начинаю краснеть. Глаза Дэниела чуть сузились, но в остальном он ничем не выдал своей реакции на слова продюсера.
– Как оказалось, Микаэлла очень талантливая и трудолюбивая девушка, – в своей суховатой манере ответил мужчина, и невозможно было понять, серьезен он, или это всего лишь насмешка.
Если подтекст и был в его словах, Хамфри его не уловил.
– Согласен.
Он посмотрел на меня, задержав взгляд чуть дольше, чем следовало. Мне стало совсем неуютно. Я не хотела, чтобы подозрения Дэниела на мой счет и Старка вернулись. Особенно сейчас, когда между нами все стало налаживаться.
– Ну, не буду тебя больше задерживать.
И с этим продюсер удалился, оставив нас с Дэниелом в неловком молчании. Неловко было только мне, Дэниел же был просто угрюмым. Я не знала, был ли он уже в плохом настроении, или наша встреча повлияла на него так.
Мне казалось, я должна что-то сказать по поводу того, свидетелем чего он стал, но мужчина опередил меня:
– У тебя осталось мало времени. Иди, готовься.
И он ушел, явно не в настроении для разговоров.
* * *
Как я и подозревала, любезности Хамфри Старка не прошли даром. Дэниел не особо демонстрировал свое недовольство мной, но это чувствовалось. Появившееся было потепление с его стороны ко мне, исчезло. Я не хотела, чтобы мы вернулись к тому, с чего начинали. А еще меня беспокоило то, что теперь его предложение окажется недействительным. Я ждала этих занятий. Можно сказать, даже жаждала их.
Дэниел просил не разочаровывать его. Выходит, я сделала это всего лишь несколько часов спустя?
Я не могла поговорить с ним, пока все не разошлись, а потом и самого Дэниела не оказалось в театре. С досадой поняла, что упустила его. Но для удостоверения решила проверить на парковке для сотрудников – его авто стояло на месте.
Значит, он был где-то поблизости. Я не собиралась уходить домой, пока не найду и не поговорю с ним.
* * *
Я вошла в «Ботинок» и тут же заметила Дэниела у барной стойки. Он сидел спиной ко мне и не мог меня видеть, поэтому у меня была возможность уйти прямо сейчас.
Это и стало моим порывом. Я отступила, готовая сбежать, но замерла в нерешительности.
Сегодня днем произошло недоразумение. Я видела, о чем подумал Дэниел и какие выводы он сделал, хотя мне ничего и не сказал. Да ему и не надо было, я все поняла по его взгляду. Это и не удивительно. Я даже не могла винить его, ведь ситуация и правда вышла неоднозначной.
Мне не хотелось, чтобы он думал, будто между мной и продюсером постановки что-то есть, и именно поэтому я должна была подойти
