была совершенно дурацкая привычка «заимствовать» напитки из медицинского отсека, где я бывал непозволительно часто. Главный медик Лада когда–нибудь меня убьёт, честное слово. Она не раз жаловалась на воришку казённой посуды, но я не признавался, что лично с ним знаком. Потому что обычно был искренне уверен, что это не я!
И вообще, я учёный, мне можно. Это вполне невинная придурь.
— А что тебя так удивляет, я не пойму? — Кир разозлился.
Слишком много эмоций для одного дня. Показалось, что Кира нарочно выводят на эмоции, заставляя пси–способности проклюнуться окончательно, несмотря на все установленные блоки.
Я решил не давить на друга, сам сознается, а пока всё разложить по полочкам, чтобы он обуздал эмоции и думал головой, а не задницей.
— В курсе, что верхушка вас называет факультетом интриганов, а Монро так и вовсе хитрожопиками? Согласись, в этом контексте простодушие и высокие моральные качества — скорее минус, чем плюс, и такое доверие девушки лично для меня подозрительно, особенно учитывая обстоятельства, — тихо закончил фразу и поставил огромную, едва ли не на пол–литра, кружку на подлокотник, так и не сделав глотка.
Ради Маруськи. А то снова обидится, будет готовить ужасный кофе и делать честные глаза, что она ни–ни, ни за что на свете! Всё для меня любимого! Лучшие сорта Арабики. Паршивка электронная. И в кого она такая?
— Дар, я ей доверяю.
— Зря, — отрезал я категорично. — Девица наверняка за твой счёт хочет пролезть на последующие курсы. Или подольше продержаться в вашей группе. Вас ведь единственных не исключают, а переводят на военный факультет, чтобы вы и дальше жили под подпиской о неразглашении.
— Нет, не зря. Ей всего семнадцать, а она уже вторая в группе, а по некоторым параметрам первая.
— Семнадцать? В вашей группе? — не поверил я своим ушам.
Проект адмиральской группы готовился много лет и я точно помнил, что психологи рекомендовали отбирать морально устойчивых парней и девушек, с окрепшей психикой и сформировавшимся мировоззрением. Минимальный возраст установили то ли двадцать три, то ли двадцать пять. А тут семнадцать — время бушующих гормонов. Еще и девушка, к ним, что ни говори, у военных всегда было своеобразное и несовременное отношение. Занимательно.
— Да, мелкая, но мозговитая девчонка, Традо её обожает.
— Гоняет больше всех? — прощупывал я почву, пытаясь разгадать головоломку, звериным чутьём уловив — назревает нечто интересное и важное.
— Ага! — Кир наклонился и забрал покинутую мной чашку кофе, с наслаждением сделал глоток. Кофеиновая зависимость — страшная штука.
— По всей видимости барышня выдающаяся и перспективная, и прекрасная кандидатура в жёны. Если жена ещё и друг — разве может быть более удачный брак? Это надёжный тыл, хороший собеседник, твой личный психолог, что в вашей профессии совсем не лишнее. Уверен в своём отношении? — Крутит головой, упрямец. — Точно нет? Объясни тогда, что ты хочешь услышать? — спросил его с тяжёлым вздохом. Разгадывать эмоциональных людей — непосильная задача.
— Хочу, чтобы вы познакомились, — выпалил Кирилл. Лёгкий румянец окрасил его щёки, но друг смотрел решительно и стоял на своём.
— Зачем? — не на шутку удивился я.
— Черт, даже не знаю, как тебе сказать–то, — Кирилл не выдержал и отвёл взгляд.
— Прямо. Через рот. Он тебе дан не только халявный кофе хлестать и орать на подчинённых.
— Она для тебя, — выпалил Кир, очевидно смущаясь.
— В смысле?
Хорошо, я избавился от кофе, иначе сейчас бы выплюнул его, как в дурацких комедиях.
— Ты ведь знаешь, что у меня помимо ментала есть способности к пси. Так вот, я точно знаю, что она не для меня идеальная пара, а для тебя. Чувствую.
— Решил свахой заделаться? — Я не скрывал ехидства, но интуиция вопила: «Спасайся, кто может! Мы все умрём! То есть женимся! Помогите! Нам кранты! SOS!»
— Так и знал, что ты воспримешь мои слова неадекватно, вон, аж перекосило всего, — попенял Кир.
— А как по–другому?! Заявился ко мне, испугал до полусмерти! А если инфаркт? Я вообще–то светило науки и гениальный изобретатель, мне нельзя умирать молодым, я ещё не реализовал и десятую часть задуманных проектов, а ты тут со всякими ужасами! — Как бы я не прикалывался, в глубине души знал — эмоции неподдельные. Действительно неприятно знать, что тебя хотят женить. Вот о чём говорил Кир.
— Короче, я сказал, а ты думай и поступай, как считаешь нужным. Она ещё мелкая, пока подрастет, то да сё, есть время погулять по девкам и остепениться.
Кирилл замолчал, давая возможность обдумать его слова. Я же находился в глубокой прострации и никак не мог подавить эмоции. Если бы мне сообщил о подобном кто угодно другой, я бы лишь посмеялся.
Но Кир…
Я лично блокировал его пси–способности. Если они пробились из–под блоков и выдали ему столь ценную мысль — без сарказма ценную, потому что своего человека ещё попробуй найти — игнорировать знакомство с таинственной Рикой, любимицей Традо и, сам не верю, но «просто другом» Кира, не стоит.
— Ты действительно думаешь, что твоя мелкая для меня идеальная пара? Это не твое желание повесить свою головную боль на мою здоровую? — попытался я уцепиться за соломинку, хотя в глубине души уже смирился с его правотой.
— Я бы так никогда не поступил.
— Верю. Верю, что не поступил бы. Но сама ситуация… Ладно, Кир, подумаю. — Пальцы застучали по обивке кресла, выдавая моё состояние наблюдательному другу.
— Ты думай, да только не сильно долго. Напоминаю: её прочат мне в жёны. У тебя есть два с половиной года, после третьего курса академия вправе распоряжаться нами по своему усмотрению. Кого–то оставят учиться дальше, кого–то отправят на задания, а кого–то могут заставить пожениться, родить парочку детей и отправиться с дипломатической миссией на вражескую планету.
— Ясно. Понял, принял. А помощь от меня какая нужна? — вернулся я
