фотографий. Если и говорятся какие-то слова, то это лаконичные комплименты по поводу нового фильма, записи, интервью, чего угодно. Но это все от души», – утверждает Томпсон (42).
Однако и при соблюдении таких правил ситуация иногда могла немного выйти из-под контроля. Время от времени неудержимые фанаты ходили вслед за Джоном по городу, в какой-то момент непременно заикаясь насчет автографа или совместной фотографии. Впрочем, это была не столь уж обременительная цена за возможность регулярно наведываться вместе с Шоном в YMCA на 63-й, где Джон учил сына плаванию[13]. Или катить Шона в коляске, прогуливаясь с Йоко в Центральном парке, прямо через дорогу от «Дакоты».
Бывало, его распирал невольный смех. Одна из любимых историй Джона была про то, как их с Йоко решил погрузить в романтическую атмосферу какой-то испанский скрипач. Он заметил их в ресторане и начал играть Yesterday – песню Маккартни. «Он не мог понять, что я не писал эту песню. Но, я думаю, он не мог бы ходить от столика к столику, играя I Am The Walrus». Потом музыкант набрался смелости и попросил Джона расписаться прямо на скрипке, и бывший битл с готовностью выполнил просьбу.
В последние годы Леннон полюбил проводить послеполуденное время в кафе «Палм Корт» при отеле «Плаза». Порой рядом с его столиком останавливался турист, чтобы спросить: «А вы не Джон Леннон?» К тому моменту Джон для мягкой острастки ввел в свой обиход разные ответы на этот вопрос, вроде «мне часто это говорят» или «хотел бы я иметь его деньги» (43).
Но в некоторых случаях поклонники прилагали все возможные и потенциально опасные усилия, чтобы встретиться с Ленноном. Как заметил позже Фред, «Джон сознавал, что он привлекает фанатов», и для них с Йоко ожидание вторжения было поводом для «ежедневных тревог».
Иногда опасность принимала изощренные формы. Роза вспоминала, как один парень неведомым образом проник в «Дакоту» и постучал в заднюю дверь: «Когда я открыла, он, явно нервничая, попросил позвать Джона. Я очень испугалась, ответила, что его нет дома, и постаралась как можно быстрее закрыть дверь. Подождала несколько секунд и открыла дверь снова, чтобы посмотреть, там ли он еще. Он стоял на том же месте, потом выхватил из кармана фотоаппарат и сделал несколько снимков. Я захлопнула дверь и побежала предупредить Джона и Йоко, которые на самом деле были в столовой. Они тут же позвонили охранникам, и те надели на парня наручники». От Джона не ускользнула потенциальная опасность инцидента: «Когда все успокоилось, – рассказывала Роза, – Джон ходил по кухне, устремив глаза к потолку, и повторял: “Слава богу, слава богу, слава богу”» (44).
Но бывало и так, что опасность не сразу можно было определить. В феврале 1979 года особенно бесстрашный фанат, 27-летний фотограф-любитель по имени Пол Гореш, прошел мимо консьержей и поднялся в квартиру номер 72, выдав себя за мастера, который должен был чинить Леннонам телевизор. Этот Гореш, живший в Норт Арлингтоне, штат Нью-Джерси, все продумал. Он подрабатывал водителем в магазине электроники. И однажды, сев за руль принадлежащего магазину микроавтобуса, отправился в Нью-Йорк. Для храбрости он прихватил с собой приятеля Марио. Подъехали к арке «Дакоты», и тут их остановил охранник. Но Гореш был к этому готов – он предъявил поддельный заказ, чтобы его пропустили в здание. С собой у него был экземпляр книги Леннона «Пишу как пишется», и фанат рассчитывал попросить экс-битла украсить книгу автографом.
Как вспоминал потом Гореш, «я показал охраннику бланк заказа, на этом бланке было написано “Д. Леннон” вместо “Джон Леннон”, чтобы выглядело так, будто я и ведать ничего не ведаю. Охранник, даже глазом не моргнув, пропустил меня внутрь». На удачу Гореша – бывают же такие совпадения! – у Леннонов действительно барахлил видеомагнитофон, и помощники должны были вызвать мастера. Плохо контролируя себя от волнения, Гореш постучал в дверь громче, чем следовало бы. Он был поражен тем, что Джон сам открыл дверь. «Я думал, это полиция», – первое, что сказал экс-битл, и пригласил их в огромную квартиру. Весь пол в ней был покрыт белым ковровым покрытием с длинным ворсом. «У меня, наверное, челюсть отвисла, – вспоминал Гореш. – Неужели?.. Он стоял передо мной: очки в золотой оправе, жевал жвачку и улыбался».
Как выяснилось, Джон принял обман за чистую монету, но при этом он разозлился на Хелен Симан, которая не предупредила его о визите мастеров. Последовало шумное разбирательство в присутствии Гореша, которое закончилось тем, что «мастерам» предложили выполнить необходимый ремонт позже. Гореша волновало другое: «Мне было противно от того, как все вышло, но больше всего из-за того, что я не получил свой автограф» (45).
Но для него не все было потеряно. Хелен назначила обманщикам новую дату на той же неделе, и Гореш снова вернулся в «Дакоту» с книгой Леннона и фотоаппаратом Minolta XG1 – он спрятал его в ящике с инструментами. И опять невероятная удача – днем раньше, не предупредив Симанов, Джон купил новый видеомагнитофон. Так что, когда Гореш появился, Леннон посчитал необходимым принести ему свои извинения. Он сказал, что рассердился на помощников, которые заранее не согласовали приезд ремонтной бригады, зная, какая толпа фанатов и прочих зевак пытается попасть к нему любыми способами. В качестве утешительного приза экс-битл подписал книгу, которую принес Гореш, но наотрез отказался с ним фотографироваться. «Arrivederci Roma!» – пошутил музыкант, отправляя лжемастера восвояси. «Я переживал, – вспоминал Гореш, – потому что думал, что вижу его в последний раз. Но Джон был и вправду мил, а я получил, что хотел» (46).
Вы думаете, история на этом закончилась? Нет! Гореш не унимался, в надежде сфотографировать своего кумира. Ему уже не казалось, что трюк с ремонтом успешно сработал. «Скорее всего, Леннон понял, что с мастерами что-то не так», – скажет он позже. Месяц спустя Гореш несколько раз украдкой сфотографировал Джона, когда тот прогуливался по Вест-Сайду. В конце концов Джон его заметил и пришел в ярость, разумеется, узнав в фотографе недавнего посетителя. «Я же подписал вам книгу. Не снимайте! Оставьте меня в покое!» – негодовал Леннон.
Гореш пошел на новые ухищрения. Взял длиннофокусный объектив, чтобы «сделать несколько снимков, находясь по другую сторону дороги, и он бы ничего не понял», – рассуждал фанат (47). Однако вышло так, что Джон быстро раскусил уловку. Быстрым шагом он подошел к Горешу, без всяких церемоний вытащил пленку из его фотоаппарата и удалился к арке «Дакоты».
О боже, довести своего героя до припадка гнева! Испытывая угрызения совести, (возможно) Гореш, уже без фотоаппарата, умышленно
