Единственное реальное сокровище, которым мы владеем, — это осознание. А осознание дано нам как в сновидении, так и наяву. И там и здесь мы способны расти и развиваться, если сосредоточены на главном — на усилении осознания.
Сновидящие должны постоянно помнить, что сущностный смысл всех предпринимаемых на пути нагуализма усилий — интеграция. Это Путь Равновесия, где новые поля восприятия дополняют перцептивный опыт, но ничего не отрицают. Осознание себя в Реальности — это обретение целостности и гармоничное возрастание Силы. Любой перекос разрушает целостность. Пребывая в мире первого внимания и игнорируя все иные режимы восприятия, мы не можем осознать себя по-настоящему. Однако, полностью сосредоточившись на внимании сновидения, мы попадаем в такую же ситуацию — становимся визионерами, созерцателями призраков, вечно питающими надежду, будто призраки дадут нам Силу, свободу и бессмертие.
Нет. Сами по себе призраки — всего лишь призраки. Долгие годы сновидец наблюдает обманчивые отражения недоступных ему энергий. Завороженный, он не может отвести от них взгляд, его осознание застывает в гипнотическом трансе вместо того, чтобы обрести необходимую Силу наяву и прорваться сквозь отражения к самой Реальности.
Только объединив силу и стабильность первого внимания, его настроенность на активный энергообмен, с перцептивными возможностями второго внимания, энергетическими потоками, постоянно циркулирующими в иных диапазонах бытия, можно преодолеть иллюзии и застой, победить неизменность человеческой формы и прийти к Трансформации.
В этой книге я попытался описать часть Пути (на мой взгляд, весьма существенную) к реализации хоть и крохотного, но самого важного шанса сновидящих — к обретению безусловной и окончательной Свободы.
ПОРОГ ПЕРВЫЙ. ВНИМАНИЕ СНОВИДЕНИЯ
1. Внимание сновидения в системе полей первого, второго и третьего внимания
2. Первое, второе и третье внимание
3. Образ жизни и практика сновидящего
4. Инструменты ежедневной практики сновидящего
5. He-делание и два способа вхождения в сновидение
6. Аудиальное и кинестетическое не-делание
7. Прямой сдвиг точки сборки — «прорыв» ко второму телу
8. Эффекты прямого сдвига точки сборки и усиление осознания
9. Достижение внимания сновидения
Внимание сновидения в системе полей первого, второго и третьего внимания
Если твое внимание совершенно, ты начинаешь видеть
Пустое не пустым, а не-пустое Пустым. Видеть
пустоту не пустой — это правильно, так ты
находишь источник бессмертного дыхания.
Наставление даосского искателя бессмертияЯ голос, пробуждающий от сна в царстве ночи.
[Из гностического мифа]Прежде чем обратиться к вниманию сновидения — специфическому процессу, позволяющему войти в неосвоенное пространство восприятия, рассмотрим саму концепцию внимания и его роль в таком сложном и таинственном феномене, как человеческое сознание. Ничуть не претендуя на исчерпывающий анализ темы, далеко выходящей за рамки этой книги, коротко изложу принципиальные положения, без которых нельзя правильно понять и по достоинству оценить теоретико-методологический подход нагуализма к усилению осознания и тотальной Трансформации человека.
Что такое внимание?
Когда мы говорим о внимании, слова не должны вводить нас в заблуждение. Ибо в Реальности за словом внимание не стоит никакой отдельной сущности — ничего такого, что можно было бы вычленить как самостоятельный процесс. Привычные словосочетания «концентрация внимания», «рассеяние внимания», «распределение внимания» и т. д. вызывают ложные ассоциации, словно мы имеем дело с неким автономным «агентом», объектом или излучением, состояние которого можно локализовать, энергию которого можно измерить. На самом деле внимание — только функциональная характеристика осознания. Направляя внимание на ту или иную область опыта (на сенсорные сигналы или на продукты собственного рефлексивного мышления), мы обращаемся непосредственно к осознанию и изменяем состояние системы в целом. По сути, Я (осознающий субъект) представляет собой некое психоэнергетическое поле (тотальность или бытие), а внимание — это способ, при помощи которого Я «относится» к Миру.
Может показаться, что такой способ описания еще больше запутывает и усложняет понимание. Но это не так. Более того, именно невольное, автоматическое вычленение внимания из пространства нашей психоэнергетической целостности искажает картину и вытесняет на периферию опыта тот модус переживания, который более всего соответствует реальному положению дел и потому имеет уникальную трансформативную ценность. Следуя стереотипам тоналя, который постоянно творит мнимые сущности и устанавливает иллюзорные границы между областями единого поля, мы забываем очень важную вещь: любая работа с вниманием есть установка параметров всей энергетической системы тела и соотносимой с ним среды.
Например, когда исследователь, занимаясь психотехникой (аутотренингом, медитацией и т. п.), концентрирует внимание на солнечном сплетении, на ладонях и на любой другой точке физического тела, объект концентрации переходит в иное состояние. Расширяются или сужаются кровеносные сосуды, изменяется характер кожно-гальванической реакции, ускоряется либо замедляется тканевый и, соответственно, клеточный метаболизм — происходит масса событий, часть из которых можно зафиксировать приборами. Нейрофизиолог полагает, что начало этой цепочки событий локализуется в тех или иных зонах головного мозга, поскольку приборы регистрируют изменение электрической активности коры и подкорковых структур. Описывая происходящие там события через известную модель «возбуждение — торможение», ученый бесконечно упрощает нейронную «реальность», которая только начинается на электро — и биохимическом уровне, а уходит своим корнями в атомные и даже субатомные процессы.
Что приводит в движение эти вполне материальные объекты и энергетические поля? Если мы изучаем собаку, кролика или крысу, подобный вопрос не возникает. Вернее, нам кажется, что мы «знаем» на него ответ. Действительно, вроде бы никакой загадки здесь нет (по крайней мере, на поверхностном уровне). Ибо мы наблюдаем всего лишь химию и физику нервных процессов, отзывающихся на совокупность внешних либо внутренних сигналов-раздражителей. Перед нами только более сложная форма тех же явлений, что можно обнаружить в любой природной системе.
Но в случае с человеком — существом, наделенным произвольным вниманием, — становится очевидной таинственная сущность происходящего. Академическая наука маскирует эту тайну с помощью терминов «саморегуляция», «биологическая обратная связь», но слова ничего не объясняют, а только имитируют объяснение. Попробуйте выбраться из словесной паутины, и вы тут же окажетесь лицом к лицу с Непостижимым. Во-первых, произвольный характер внимания вызван не-физическим фактом, условно именуемым свобода воли, а свобода воли подразумевает реальность свободы как таковой. Так, мы можем самостоятельно выбирать режим работы внимания, его интенсивность и характер, направление и объем. Этот выбор, если мы захотим, никак не будет обусловлен внешними условиями и сигналами-раздражителями. Стало быть, мы сами создаем причины и вызываем следствия, вопреки тому детерминизму, который является неизбежным состоянием бессознательного Мира. Во-вторых, внимание действует непосредственно — то есть само по себе является энергией. Нет ни источника, ни объекта, ни механизма действия. Есть Бытие — Реальность, изменяющая саму себя.
А теперь вспомним, что внимание — это функциональная характеристика осознания, или, говоря философским языком, его прямая манифестация. Интенсивность внимания определяет интенсивность осознания, и наоборот, осознание возрастает через усилие произвольного внимания. Мы не можем судить о том, как работает осознание у животных и можно ли вообще называть их психическую активность осознанием. Но у человека внимание и осознание неразрывно связаны. Более того, способность к самоактивизации нашего осознания настолько высока, что регулярно преодолевает неблагоприятные биологические обстоятельства.
Например, согласно классическим представлениям сознание «включается» в результате обязательной активации коры головного мозга, куда поступает внешний или внутренний сигнал (стимул). Следовательно, рассуждает анестезиолог, «сознание можно выключить, заблокировав восходящие к головному мозгу афферентные пути или заблокировав неспецифическую активацию центральной нервной системы, то есть затруднить или полностью исключить возможность обработки (активного отражения) поступающей информации»{2}. Исследование показало, что далеко не всегда это так. Профессор А. Н. Кондратьев, в частности, сообщает, что сознание человека во время хирургической операции даже в случае абсолютно качественного наркоза очень часто (около 25 % случаев) не перестает функционировать на протяжении всего операционного периода. А психологическое исследование показало, что практически все больные через некоторое время вспоминают происходившее с ними во время операции. (См. цит. источник.)
