Читаем без скачивания Искусство любви - Сергей Усков

«Лучше уж мыть посуду, – огорченно думала Кармела, извлекая осколки из чана, чем… Ладно, схожу, посмотрю, чего он от меня хочет, но… пусть только попробует сунуться ко мне!» Она хорошо помнила слова Лауры, обещавшей ей поддержку в сомнительных ситуациях.

…Двухэтажный дом Эрнандесов для портовой окраины Веракруса выглядел довольно роскошно. На входе Кармела разулась, однако… так и застыла на пороге, боясь поцарапать своими заскорузлыми пятками зеркальный блеск наборного паркета.

Она нерешительно переминалась с ноги на ногу, а прислуга София довольно бесцеремонно рассматривала незнакомку. Кармела плавилась под ее любопытным взглядом и думала только о том, как бы снова оказаться на улице и убежать обратно в посудомоечную. К счастью, вскоре в дверях показалась Лаура – знакомое улыбающееся лицо несколько успокоило ее.

– Здравствуй, Кармела! – кивнула та, и девушка едва нашла в себе силы ответить.

«Тридцать одна разбитая тарелка, – билась в мозгу навязчивая фраза. – Чем они заставят меня платить за них?»

– Не бойся, дорогая, проходи, – добавила хозяйка; в подкрепление своих слов она взяла Кармелу за руку и повела в гостиную.

– А София подаст нам ужин.

И София, поймав кивок хозяйки, предназначенный уже ей, пошла на кухню, по пути пытаясь сообразить, что же может связывать ее, сеньору Эрнандес, с этой перепуганной миловидной девушкой, чье лицо показалось ей таким неуловимо знакомым…

В гостиной их уже дожидался Хорхе. Девушку встретили как родную и усадили за стол, покрытый белоснежной скатертью. София принесла ужин, но Кармела не притронулась к нему. Сервировка казалась ей слишком шикарной, а блюда – настолько изысканными, что она не могла воспринимать их как пищу. Кармела держалась настолько настороженно и скованно, что Лауре пришлось буквально влить в нее бокал вина, прежде чем та смогла говорить.

– Посмотри на эти фотографии… – Хорхе вручил ей несколько снимков, где Певица в соответствующем наряде и макияже довольно сильно походила на мексиканку. – Посмотри на эту. Вот еще… Это известная певица. Ты слышала ее песни?

Девушка молча покачала головой.

Откуда ей знать, какие песни поет эта красивая мексиканка?

– Ну посмотри же на нее внимательно: не напоминает ли она тебе кого-то? – Хорхе стал проявлять нетерпение. Но Кармела снова и снова отрицательно мотала головой, жалобно смотря не столько на фото, сколько на Хорхе и тщетно пытаясь сообразить, что же она должна ответить.

Добрая Лаура в который раз поспешила ей на помощь. Она принесла зеркало и с улыбкой протянула его девушке.

«Как же я сразу не заметила этого сходства?» – удивлялась Лаура, а Кармела испуганно смотрела на свое отражение и думала только о том, что совсем ничего не понимает… То есть абсолютно ничего.

Не выпуская зеркала из рук, девушка подняла на Лауру вопросительный взгляд, затем перевела его на Хорхе: «Чего же все-таки хотят от нее эти милые люди?»

– Кармела, да ты же как две капли воды похожа на нее, посмотри! – мягко промолвила Лаура и постучала по зеркалу, приглашая снова заглянуть в него, а Хорхе довольно рассмеялся.

«Я… на нее?!» – взорвалось в голове у Кармелы; она тщетно пыталась постичь смысл этой странной шутки, но любые предположения на сей счет отсутствовали.

«Чего они хотят? Что им от меня нужно? – Разглядывая фото „звезды“, она не находила и десятой доли сходства с нею. – Как это вообще может быть?! Пресвятая Дева Мария, кто она и кто я?!» – ее жалобный взгляд словно спрашивал это у певицы, смотрящей на нее большими, непередаваемо прекрасными глазами…

Хорхе же с Лаурой наперебой принялись убеждать ее, что эта сверкающая красавица со сложной прической и множеством украшений похожа на нее как сестра. Наконец и самой Кармеле стало казаться, что определенное сходство между ними действительно есть… И Хорхе, поняв, что девушка заколебалась, поведал ей о своем плане.

Голова Кармелы шла кругом и отказывалась соображать. Из нее хотят сделать артистку, певицу?

Из нее?!

Что произошло с этими уважаемыми людьми, раз они предлагают ей такое? Кармела почти не знала Хорхе – но Лаура? В ее вменяемости она никогда не сомневалась…

– Вы будете платить мне столько же? – лишь смогла вымолвить она, опасаясь, как бы забавы хозяина не помешали ее главной цели – заработать побольше денег для своей семьи.

– Нет! – просиял Хорхе, решив, что Кармела наконец всё поняла. – Ты будешь получать… вдвое больше – тысячу песо для начала, идет? – его глаза довольно блестели. – Посуду больше мыть не будешь, забудь про нее! На твое место я найду другую…

При этих словах Лаура с Кармелой ощутимо вздрогнули почти одновременно, подумав каждая о своем, но, возбужденный успехом своей идеи, Хорхе уже ничего не замечал.

– Давай попробуем немедленно!

– Ты с ума сошел! – глаза Лауры сверкнули. – Дай ей прийти в себя! Иди спать, а мы… посидим, поговорим еще.

– Ну да… Пожалуй, так действительно будет лучше… – вздохнув, нехотя согласился Хорхе. – Но начнем завтра же, с утра!

С его уходом Кармела немного расслабилась и смогла хотя бы притронуться к еде. Лаура еще раз доходчиво объяснила, что и как намерен предпринять ее чудаковатый муж.

Кармела слушала ее с широко раскрытыми глазами, тыча вилкой в опустевшую тарелку; на не умеющем ничего скрывать лице сомнения сменяли то растерянность, то беспокойство: «Я надеюсь, эти добрые люди не заставят меня танцевать полуобнаженной, как на той ужасной площади?»

Лаура тронула ее волосы, едва касаясь, провела пальцами по щеке. Теплая волна спокойной нежности накрыла Кармелу. Она вспомнила, что точно таким же жестом касалась ее щеки Тересия, когда хотела успокоить дочь. Девушка на миг прикрыла глаза, почувствовав вдруг неимовернейшую усталость, словно она перед этим два дня без сна и отдыха мыла посуду.

– Я лично не допущу, чтобы с тобой в нашем доме произошло что-то нехорошее, – мягко произнесла Лаура, и Кармела, вздрогнув, не сразу поняла, что слышит голос не матери, а строгой хозяйки ресторана, в котором работает посудомойкой… Впрочем, нет, уже не посудомойкой. Если она всё правильно поняла, работать ей теперь вообще не нужно. Она будет петь, танцевать и – получать за это каждый месяц тысячу песо! А за тем, чтобы Хорхе не обманул неопытную девушку, проследит Лаура. Ей Кармела доверяла полностью.

Обескураженная событиями прошедшего вечера, Кармела уже собралась уходить, как на пороге опять появился Хорхе.

– Куда это ты собралась на ночь глядя? – удивленно протянул он, и тут же произнес не терпящим возражений тоном, обращаясь уже к жене: – Пусть София постелет ей в комнате для гостей.

Похоже, Хорхе теперь не собирался расставаться со своей чудесной находкой ни на минуту!

Лауре оставалось только подчиниться, а Софии – застелить постель, сохраняя невозмутимый вид и ничем не демонстрируя своего удивления и любопытства, которое прямо-таки распирало ее изнутри.

…Кармела долго не могла уснуть. Она ворочалась на прохладных атласных простынях, недоумевая, почему ее положили одну на широченную кровать, на которой запросто уместились бы и ее братья-близнецы, и Кармела с сестрами – в родительском доме им часто приходилось спать вместе, особенно когда близнецы были еще совсем маленькими. Кармела вспомнила, как они смешно сопели, уткнувшись друг в друга лбами, и чуть не заплакала. Она положила под спину высокую подушку и села на кровати. События прошедшего дня, прокручиваясь в голове, вспыхивали, меркли и никак не хотели выстраиваться в логическую цепочку. Кармела вспоминала мать, отца, братьев и сестер – словно родные образы могли дать ей добрый совет, в котором она сейчас так нуждалась. Вспоминала дом у самой линии прибоя, поселок, раскинувшийся на берегу залива, воскресные службы в маленькой церкви… И танцы на песке.

…Зажигательная мелодия проникает в каждую клетку, ритм становится пульсом, кружащийся вихрь делает тело невесомым, а босые ноги едва касаются песка… Черное платье темной пантерой крадется, догоняет, бросается на бедра и… вновь отстает, не успевая за огненным темпом движений растворенного в ритме танца тела… Окружающий мир превращается в сверкающий калейдоскоп – блеск заходящего солнца сменяется блеском морских волн и блеском восхищенных глаз Рауля… И нет усталости, голода, огорчений и обид. А есть только танец и песня. И восторженные взгляды!

…Наутро она усилием воли заставит себя подняться с постели. Напьется чаю, чтобы приглушить голод, глубоко вздохнет и… начнет суетиться по хозяйству, понимая, однако, бессмысленность подобной работы: за нее у семьи и можно взять разве что tortillas y mate de coca![25]