Так или иначе, это нарушение считается сомнительной привилегией глубоко постклимактерического возраста – от 60 лет и старше. Но поскольку функциональные патологии коры – тема мало изученная, осложненная к тому же их частой наследственной передачей, я бы не считала эту общую зависимость гарантией.
Если у вас есть поводы для беспокойства, вам лучше обратиться к невропатологу. Функциональные нарушения со стороны ЦНС также обязаны узнавать психолог и психиатр – им эти знания часто помогают в работе… Но для начала вы можете воспользоваться одним из самых простых и достаточно универсальных тестов на свойства памяти, помогающих определиться, есть ли о чем переживать в вашем случае. Дело в том, что «альцгеймер» не просто нарушает память и мышление – он делает их отрывочными, разрушая взаимосвязи между отдельными нейронами коры (прерывая пути прохождения сигнала по отросткам). Другими словами, при болезни Альцгеймера часть имеющейся в коре информации оказывается просто недоступной – синапсы, которые вели в нее, разрушаются, а появление новых возможно не всегда.
То есть, например, когда нас знакомят с новым человеком, у нас в голове формируется целый образ. в него входит внешний портрет человека, его имя и фамилия, суть рекомендации, которую дал тот, кто нас познакомил, а также обстоятельства знакомства и даже многие «выдержки» из первого разговора с нашим новым другом. Все эти подробности связаны у нас с одним эпизодом, в то время как при болезни Альцгеймера этот целый, наполненный взаимосвязанными подробностями эпизод немедля распадается на отрывки, в которых имя, цвет волос и другие элементы никак друг с другом не связаны.
Поэтому в вашем случае забыть чье-то имя – это одно. Это вполне естественно, если вы виделись с человеком лишь однажды и, кажется, довольно давно или видитесь часто, но разговаривали или были представлены друг другу всего однажды. Попробуйте – попросите кого-то из друзей напомнить вам обстоятельства, при которых состоялось знакомство. Например, если вы не помните, кто такой упомянутый вашим другом Андрей Владимирович, хотя ваш собеседник уверен, что вы его тоже знаете, спросите, кто это. Если вам в ответ напомнят, что вы познакомились прошлым летом на отдыхе или на рыбалке, и вы сразу вспомните тот эпизод, едва ли у вас «альцгеймер» – просто с тех пор вы не ездили на этот курорт или туда не ездил этот условный Андрей Владимирович.
А вот если вам перечисляют все новые подробности, но у вас в уме не мелькает даже намек на воспоминание, это значительно хуже. Тогда вам имеет смысл опросить знакомых: не случалось ли вам называть их чужими именами или забывать дорогу домой, знакомый «сто лет» номер автобуса? Быть может, они замечали за вами и другие странности – скажем, что вы не только называете Мишу то Димой, то Витей (каждый раз по-разному при обращении даже в пределах одного разговора), выдумываете новые слова, у вас появились чудаческие затеи наподобие собрать коллекцию канцелярских скрепок?..
Часто такие тревожные нелепости поведения знакомые подмечают лучше нас самих – они лучше видят, насколько это странно, поскольку смотрят на новые «увлечения» больного глазами здорового человека. Но видеть – не значит сказать, особенно если нас боятся обидеть намеком… Поэтому нередко лучше всего задать прямой вопрос – вполне возможно, сохраняющийся пока здравый смысл («альцгеймер» протекает в форме пустяковых отклонений годами) поможет вам составить на основе их наблюдений более близкую к реальности картину.
Зоя, 44 года: «В последние годы я заметила у себя проблемы со сном, явно связанные с этапами цикла. Нужно и можно ли мне обращаться к снотворным только в эти дни?»
Ответ: Зоя, на вопросы, которые начинаются с «можно» или «нужно», ответ с разделяющей нас дистанции дать тяжело. Дело в том, что снотворные препараты известны целым рядом рисков и сильно выраженным эффектом привыкания.
Во-первых, у них есть противопоказания, которые затрагивают болезни печени, почек, все расстройства со стороны ЦНС и пр. Потому вам стоит почитать инструкцию сначала просто так, для ознакомления. Я советую сделать это потому, что еще ни одному человеку, ее прочитавшему, не понравилось то, что там написано.
Во-вторых, как я и сказала только что, едва ли вы сможете пить их в определенные дни и нормально засыпать без них – во все остальные. Боюсь, вы довольно быстро перейдете на их постоянный прием, так как ваша ЦНС начнет отказываться засыпать без этого допинга, и уже независимо от дней цикла.
В-третьих, дозу принимаемых препаратов от раза к разу необходимо увеличивать – или менять сам препарат, а ни то ни другое наверняка не придется, так сказать, по сердцу вашим почкам или печени, даже если пока они здоровы.
Четвертая (и самая неприятная для вашего периода жизни) новость заключается в том, что большинство снотворных являются одновременно оральными контрацептивами. То есть гормональными средствами, дополнительно снижающими активность женских гормонов, которая в вашем возрасте и так наверняка не слишком стабильна.
Так что на вопрос, можно ли вам бороться с приступами бессонницы именно таким путем, врач наверняка ответит «да». А вот нужно ли это?.. Лично я уверена, что не нужно – такое решение одной небольшой проблемы принесет вам еще несколько новых и покрупнее, в частности, вам «светит» более раннее, чем ожидалось, наступление климакса и затруднения уже в ходе него.
Думаю, в качестве средства борьбы с бессонницей вам лучше всего подойдет физическое утомление – результат активной работы мышц. Попробуйте силовой тренинг или, если вы хотите привести в порядок только ноги с ягодицами, изнурительные (я не шучу – длительные, в темпе, с утяжелителями!) пробежки.
Серьезные нагрузки требуют от мышц очень многого, а это значит, что ваш организм откликнется на тренинг естественным повышением уровня адреналина и, собственно, того же тестостерона, который содержится в снотворных – контрацептивах. Таким образом, вы получите то же самое снотворное плюс отличную физическую форму и усталость, которая действует на любую ЦНС лучше любых успокоительных!
Часть II. Приятный спорт
Главная проблема с физической активностью у большинства людей состоит в нежелании работать мышцами на досуге – в те и так редкие часы, которые случайно выпадают голове и телу для отдыха. Считается, что в наше время умственная активность доминирует над физической, но на деле это не совсем так – баланс лишь сместился, но думать, будто нашим мышцам теперь не достается ровно ничего, неверно. Согласимся, что мы занимаемся умственным трудом, сидя в рабочем кресле, а не лежа на диване, а между тем сидячее положение туловища требует напряжения ничуть не меньшего количества мышц, чем стоячее. Причем многие из этих групп мышц при сидении напрягаются даже больше, чем при ходьбе, – это вновь зависит от позы, в которой мы сидим, от конструкции мебели.
Итак, нашим мышцам, как и прежде, «достается» не так уж мало – просто мы не замечаем выпадающей им нагрузки потому, что тип ее с древности до наших дней и впрямь изменился. Физический труд в чистом виде подразумевает нагрузку динамическую – когда напряжение и расслабление мышцы следуют друг за другом, ритмично, с короткими интервалами, а ее противоположностью является нагрузка статическая – когда мы как взяли в руки громоздкие сумки с продуктами, так и опустили их в следующий раз спустя 15–20 минут.
Особое коварство статических нагрузок заключается в том, что они утомляют и выводят опорно-двигательный аппарат из строя незаметно, не принося всему организму ничего, кроме проблем, и происходит это так:
1. Внутри мышечных волокон проходят кровеносные сосуды. При напряжении мышечное волокно сжимается, и их стенки – вместе с ним. Соответственно, при расслаблении просвет сосуда восстанавливает свой природный диаметр;
2. Ритмичное напряжение и сжатие мышечного волокна работает как массажер для сосудов, в нем проходящих;
3. Но у статического напряжения механика совсем другая, а значит, другой результат. Представим себе – волокно сжалось и не распрямилось ни через 10 секунд, ни через 100… Все это время кровеносные сосуды внутри мышечного волокна были сжаты этими самыми волокнами. Итого, со статической нагрузкой на одну отдельную мышцу мы уже получаем «2 в 1» – как шампунь с кондиционером, а именно более или менее длительное ухудшение кровоснабжения тканей самой мышцы, и не только ее, ведь сосуд обычно просто проходит через мышцу к костям или внутренним органам, а также локальный застой крови – именно на участке, где наблюдается частичное перекрытие просвета сосуда;
4. Полагаю, следствия уже этой части нам ясны – на некоторое время без питания могут остаться любые органы и ткани, начиная с костей и суставов и заканчивая печенью, желудком, мочевыводящими путями и пр.
