любого, кто окажется под её воздействием.
Именно благодаря этому явлению я был способен заставить проникнуться трепетом даже того, кто не имеет ко мне никакого отношения, и именно поэтому даже такой прожжённый циник как Баронк не мог ощущать ничего кроме боли и ужаса во время издевательства надо мной.
Но подобное умение — лишь верхушка влияния моей Ауры. Как и любое другое энергетическое влияние, в умелых руках такая Аура — прекрасный инструмент. Очень мощный инструмент для получения силы.
Ненавижу отца за то, что он знал, как работает моя Аура. И применял эту особенность на практике, полностью забивая на состояние моей психики.
Конечно, в таком юном возрасте испытывать столько боли — ненормально. Но… мне было не нужно счастье. Тьма. Боль. Кровь. Нечто чёрное и недоброе. Именно подобный вид усиления Ауры отец пытался найти, испытывая моё состояние на прочность.
И… Тельдор обрёл формулу успеха.
Я обрёл силу, но потерял разум.
…спустя пару минут, сидя на траве в позе лотоса, я дотронулся до своей Ауры. Впрочем, после сотни лет в одиночестве я мог сконцентрироваться на ней очень быстро, в отличие от времён, когда мне было семнадцать.
Погрузиться в Ауру — значит отгородить себя от всех других чувств и принять одно — внутренняя энергия. И если раньше подобное давалось с трудом, то сейчас я был полностью погружён спустя пару минут медитации. Источник моей силы хоть и велик, но в сравнении с силой камня кажется… донельзя отстойным.
Но я погрузился в себя не для оценки возможностей, а для… изучения.
Первое, что я заметил, наблюдая лишь Аурой — Альтар Блэк. Непримечательный сгусток Ауры Альтара ощущался где-то совсем неподалёку и, кажется, нарочито направлялся в мою сторону.
Ух ты, какая встреча.
Альтар Блэк, глава Красного ордена — такого же отстойного, как и мой, Павший. Глядя через Ауру, я мог определить его местонахождение чуть ли не за милю, но сейчас этого не требовалось, ведь…
— Эраст Орлов? — он уже стоял аккурат передо мной.
Я приоткрыл глаза, едва сдерживая резкость движения — слишком был погружён в мысли, чтобы заметить, как он за мной следит. Обычно для этого не требуется Аура, вот только…
Моя бровь медленно вздёрнулась.
— Здравствуй. Хорошо, что ты здесь, — он, стараясь казаться дружелюбным настолько, насколько это возможно, достал пару фотокарточек из внутреннего кармана. — Моё имя Альтар Блэк, я глава Красного ордена — одного из сильнейших в Российской Империи.
Ха.
Смешной мужичок.
— …мне нужно поговорить с тобой, Эраст. С тобой и с твоей сестрой. Насчёт смерти твоего отца.
Разговор. Ну конечно. Я хмыкнул, удивляясь, как быстро этот стервятник успел выяснить о смерти Тельдора. И теперь его цель — наивный мальчишка, не осознающий, на что способен?
То бишь я.
Ха.
Красный Орден никогда не славился своей честностью и открытостью. Альтар Блэк, будь он проклят, сталкивал мелких аристократ между собой, после чего заключал контракты с проигравшими — теми, кто более не был способен препятствовать его планам.
Успокаивало лишь знание того, что подобные фокусы рано или поздно бросят его Красный орден в пучину интриг, а позже и вовсе разрушат, но пока… пока этот человек не понимает, что его ждёт позже. Пока он относительно молод и самоуверен, а этого достаточно, чтобы приходить ко мне в одиночку.
К слову, я так же был осведомлён о его попытке убрать Тёмных моими руками. И да, эта попытка, судя по моим воспоминанием, станет последней удачной не только в его жалкой жизни, но и в жизни Красного ордена.
Я скептически поглядел на Альтара.
— Дело касается Тельдора Орлова, твоего отца, — повторил он уже менее уверенно.
Чем дольше будет говорить со мной, тем сильнее будет подрагивать его голос.
Я кивнул.
— Может, мы пройдём в дом? — Альтар с сомнением оглянулся. — Задам тебе пару вопросов. Это не займёт много времени.
Я перевёл взгляд на окно дома, показательно вздохнул — и мотнул головой.
— Ладно, в таком случае, — он подошёл ближе и вручил мне фотографии; присел на небольшой пенёк передо мной и добродушно улыбнулся. — Поговорю с тобой тут.
Его глаза забегали по мне; он явно ждал ответа. А я ждал дела, по которому он меня отвлёк. Не хотел резко прерывать контакт с Аурой; с силой нужно быть более… осторожным.
— Твой отец был убит членами Тёмного ордена, — констатировал он более серьёзно. — Уверен, ты уже осведомлён об этом. Но тем не менее я пришёл сюда, чтобы предложить тебе поддержку со своей стороны, со стороны своего ордена. Взамен на кое-что.
Взамен на кое-что — ключевая фраза, которая позволяла Альтару не дохнуть от голода.
— Мы с твоим отцом были старыми приятелями, знаешь, — продолжал он подводить к сути дела. — Я, переговорив со своими советниками, пришёл к выводу, что наши ордена должны быть…
— Это я его убил, — я усмехнулся, руша огромный карточный домик, что он возвёл за сутки до того, как отправился ко мне.
Глава 4
Казалось, мои слова «это я убил его» молнией прошлись по Альтару. Он чуть осёкся, глаза его забегали из стороны в сторону, а рука, что когда-то уверенно держала фотокарточку, вздрогнула.
Что ж, вижу, эти карманники не до конца разобрались в сражении с Тёмными — были уверены, что я потерял отца в бою.
Я натужно хмыкнул, продолжая наблюдать за тем, как Альтар не находит, чего сказать.
— Ты?.. — я получил боязливый взгляд в свою сторону. — Какого… хрена?
Альтар Блэк замер, пытаясь придумать выражение лица, с которым он сможет продемонстрировать привычный контроль ситуации. Вот только даже самый умелый аферист не сможет ввести меня в заблуждение. Я знаю будущее.
…не найдя ничего, что могло бы перевернуть ход разговора, он тут же быстро вскочил на ноги и рванул назад изо всех сил. На крики о помощи я внимания не обращал.
О Боги. До чего же он жалок.
Топор, что торчал из земли сбоку от меня, взмыл вверх одной лишь силой Ауры и полетел аккурат в сторону Альтара, вонзаясь в стену хижины в паре миллиметров от его продажного носа. Разрушить планы Блэка. Хм… раньше я мог только мечтать об этом, ибо мой отец был уверен, что Красный орден действительно один из сильнейших в Империи.
Альтар резко остановился, бешеными глазами глядя на топор; сглотнул и обернулся в мою сторону. За его спиной тут же успела образоваться целая вереница из членов Красного ордена в чёрных камзолах. Один, два, три… десять
