Саниному лицу, поэтому счёл своим долгом пояснить:
– Официальная версия называется “Гостинцы любимым племянникам”. Но, откровенно говоря, это всего лишь повод покупать конфеты в неограниченных количествах… Да, я обожаю сладкое, – и обезоруживающе улыбнулся. – За шоколад душу дьяволу продам.
Что ж, если Вик и злоупотреблял сладостями, на состоянии его зубов это никак не отразилось – улыбка была поистине чарующая, если не сказать ослепительная.
Саня развернула одну конфету и положила в рот, запоздало сообразив, что, наверное, напоминает сейчас хомяка со своей раздутой щекой. В этот миг попутчик что-то негромко спросил у неё – как назло, Саня не расслышала, нужно было переспросить, но рот был занят конфетой, поэтому она принялась торопливо жевать. Конечно же, проглотив, она подавилась – кто бы сомневался! – и совершенно по-идиотски закашлялась.
На глазах выступили слёзы – не столько от кашля, сколько от смущения; Саня чувствовала, что стала пунцовой от стыда. Дура! Ну что она за дура такая! Любая на её месте не растерялась бы и использовала сложившиеся обстоятельства по полной программе – красивый мужчина с ней в купе, можно пить чай, разговаривать, флиртовать… Нет же, надо было облажаться по всем пунктам!
– Воды? – тактично предложил Виктор, протягивая ей бутылку минералки.
– Нет… – с трудом просипела Саня. – С-спасибо… Уже всё хорошо.
В доказательство своих слов она схватила стакан с чаем и сделала торопливый глоток, но чай (конечно же!) оказался настолько горячим, что она обожгла рот. Правда, стоило отдать ей должное – Саня ни словом, ни звуком не выдала своего состояния. Просто отчаянно выпучила глаза и сидела несколько секунд, превозмогая боль. Да, похоже, она совершенно утратила навык беззаботного общения с мужчинами…
Эх, вот надо было брать билет в простое купе, а не в СВ! Саня как-то не подумала, что ей придётся всю ночь провести наедине с незнакомым мужиком. Почему-то казалось, что попутчицей у неё должна быть непременно женщина. Вик, конечно, мало походил на маньяка, но всё же…
Самым смешным – и одновременно самым обидным – было то, что Сане хотелось ему понравиться. Внезапно проснувшаяся в ней после долгого перерыва женщина жадно требовала комплиментов, восхищений и ухаживаний. Но, похоже, она профукала все шансы заполучить расположение Виктора. Косноязычная неловкая кулёма – вот и всё, что он мог о ней подумать. Ещё и не красавица…
В ушах зазвенел ядовитый голос бывшей свекрови: “Да на что ты надеешься, идиотка? Что строишь из себя? Кому ты будешь нужна после развода? Со здоровыми-то детьми бросают, в твоей ситуации надо держаться за Ваню изо всех сил, да ты ноги должна ему целовать, свинья неблагодарная…”
В глазах защипало от застарелой обиды. Вот не хватало ей сейчас расплакаться перед Виктором для полноты картины!
– Возьмите ещё конфетку, – предложил ей он, но Саня испуганно отшатнулась.
– Нет! Спасибо, достаточно. И вообще я… я на диете, – выпалила она.
Разговор не клеился. Вернее, Саня замечала боковым зрением, что Вик нет-нет, да и бросает на неё заинтересованные взгляды, явно расположенный пообщаться и скрасить дорожную скуку, но она, хоть и не была против, всё равно запряталась в показную холодность, точно улитка в раковину. Уткнулась носом в телефон и от безысходности переписывалась с Майкой.
“Капец, подруга, со мной покончено! Имею в виду как с женщиной. Прямо сейчас напротив меня сидит потрясающий мужик, мило улыбается, угощает конфетками, а всё, что я могу – это невнятно мычать и краснеть”.
“Вау, пришли фотку! – тут же оживилась Майка. – Тоже хочу заценить красавца”.
“С ума сошла? Как ты себе это представляешь? Улыбайтесь, вас снимают?”
“Ну Санчес, что ты как маленькая! Можно сделать это по-тихому, он и не заметит…”
“Нет-нет, не смогу. Он и так уже наверняка думает, что я городская сумасшедшая. А если спалюсь – останется только выпрыгнуть из поезда. Давно я не чувствовала себя такой жалкой с мужчинами… ”
“Да, дорогая, что-то ты совсем не в форме. Где твой хвалёный острый язычок?”
“Очевидно, в жопе”, – самокритично ответила Саня и со вздохом положила телефон на столик; настроение откровенничать с подругой сошло на нет.
Наверное, она и в самом деле ведёт себя как дура. Ну что сложного – перекинуться парой светских фраз с соседом по купе? Хотя бы о погоде…
Но, едва Саня открыла рот, чтобы непринуждённо высказаться о сегодняшнем снегопаде, как её мобильный вновь завибрировал, принимая новое сообщение. Она потянулась за ним, но нечаянно чуть не смахнула со стола. К счастью, Виктор успел вовремя подхватить смартфон и любезно передал Сане.
– Спасибо, – пробормотала она и, уставившись в экран, чуть не взвыла от досады: на панели уведомлений светилось Майкино прямолинейное: “А кольцо у него есть, ты посмотрела?”
Чёрт, чёрт, чёрт, чёрт!!! Успел Вик зацепить это взглядом или нет? Да что ж за вечер-то такой стрёмный, почему она вечно позорится перед попутчиком, как последняя лошара?! А что, если он всё-таки это прочитал? Лишь бы не принял на свой счёт, мало ли, о ком может идти речь…
“Позже напишу, сеть пропадает”, – отбила она в ответ Майке и с отвращением запихнула телефон в сумку, чтобы ничей любопытный взгляд – нечаянно или нарочно – его больше не касался.
Остаток вечера прошёл без происшествий, но и без тени романтики. Виктор больше не пытался завязать диалог с Саней, разве что незадолго до того, как укладываться спать, любезно поинтересовался, не хочет ли она ещё чаю.
От чая Саня отказалась, и Вик пил его в одиночестве, снова шурша фантиками от конфет. Ну просто Карлсон какой-то! Она же тем временем посетила туалет и умылась на ночь.
Возвращаясь, Саня чуть не столкнулась с Виктором в дверях – через плечо у него было перекинуто полотенце, а в руке он держал тюбик зубной пасты и щётку. Саня коротко скользнула взглядом по его безымянному пальцу – кольца не было. Впрочем, это ничего не значило. К тому же, она уже профукала все шансы произвести на Виктора впечатление, так что никакой полезной информации, по сути, отсутствие кольца не несло.
Саня тихой мышкой юркнула под одеяло, радуясь тому, что больше не нужно испытывать мучительную неловкость от своего косноязычия, придумывать, как поизящнее сесть или лечь – можно просто выключить свет и замолчать до самого утра. Поезд прибывал в северную столицу ни свет ни заря, спать оставалось не так уж и много. Саня и хотела спать: вырубиться без задних ног под успокаивающий стук колёс и мягкое, уютное покачивание вагона, она так устала – и морально,
