Читаем без скачивания Убийство на Вулкане - Лорра Джин

– Даниэль, мы явились поблагодарить тебя, – сказала ТМир.

Это был голос не ребенка, а взрослого человека, и Корриган пристально посмотрел на нее. Внешне она выглядела такой же юной, как и семь лет назад, когда улетела с Вулкана, чтобы изучить ксенобиологию. Ее контакт с другими культурами в определенной степени сделал ее более загадочной. Нет, это слово совсем не подходило для се описания…

Корриган прекратил поиски подходящего выражения и принял благодарность двух молодых людей, выросших у него на глазах. Когда Корриган прибыл на Вулкан, Сотону исполнилось десять лет, а ТМир только родилась. Для них он не был посторонним или чужаком, иначе его отторгнули бы во время мелдинга, да и без него Корригану известно, что его считали своим.

– Ты спас жизнь отца, – сказал Сотон. – Даниэль, ты и раньше был для нас братом отца, но таким, как вчера, ты еще никогда не был. ТПар не следовало выводить тебя так быстро из мелдинга.

– Конечно, – согласилась ТМир. – Мы не могли остановить се, поскольку отец нуждался в нашем внимании, но мы чувствовали твою боль, Даниэль, ведь отец принял тебя, а не Т Пар…

– Нет, ТМир, – поправил ее Корриган. ТПар всего лишь хотелось освободить меня, как ей казалось, от болезненных ощущений. Именно она настояла, чтобы я попробовал войти в мелдинг с Сорелом, когда самой ей этого сделать не удалось. Вы не должны обвинять ее в проявлении отрицательных эмоций, она ведь действовала как целительница, ради блага своего пациента.

– Прости меня, Даниэль, – сказала ТМир и опустила глаза, словно ее укорял отец. Подняв голову, она обеспокоенно заметила:

– Я за тебя переживаю.

Брат ТМир удивленно поднял брови, но только и нашелся, что сказать:

– Я тоже за тебя переживаю. Теперь, когда отец поправляется, думаю, что Т Пар уже…

– Да, она обследовала меня, как только я проснулся, но вы сами можете убедиться, что на меня не оказали воздействия никакие необычайные эффекты, Сотон.

Сын Сорела заканчивал практику целителя. Менее чем через год он на другой стороне планеты соединится со своей подругой, с которой связался узами, и займется частной практикой целителя в маленьком поселении – не как отец, занимавшийся исследованиями в Академии.

– Не так часто появляется возможность обследования землян, – заметил Сотон, и это было сущей правдой. Земляне, жившие в Шикаре, как правило, приходили к Корригану или другим докторам землянам, и Даниэль прекрасно понимал, что Сотону хотелось осмотреть его самому, как Даниэль проделал то же с его отцом утром.

Корриган собрался с силами и приготовился к касанию своего сознания.

Ему не стоило напрягаться. Едва Сотон дотронулся ладонью до его лица, Корриган почувствовал, как по телу разливается приятное тепло, вызывая ощущение родственности. Оно было таким же, как и во время мелдинга с Сорелом – целительное касание, подавляющее отрицательные эмоции и смягчающие печаль и грусть, – Спасибо тебе, – прошептал Корриган, когда Сотон так же плавно вышел из мелдинга, как и вошел в него.

ТМир с любопытством взглянула на брата.

– Может быть, и мне следовало стать целительницей.

Корриган даже не знал, что ответить на слова ТМир. По результатам успеваемости она за время учебы получала хвалебные отзывы, а в письмах домой взахлеб рассказывала о своих успехах. Сотон бросил на ТМир взгляд, который Корриган не смог истолковать, и затем обратился к нему:

– Завтра у нас день скорби по матери. Даниэль, ты не смог бы присутствовать в качестве брата отца?

– Считаю это большой честью для себя, но вы должны объяснить, что мне нужно будет делать.

– Я растолкую тебе, – предложила ТМир. – Мы поговорим завтра перед церемонией.

Молодые люди ушли, Корриган вернулся в кабинет, чтобы продолжить изучение технических отчетов. Где-то среди цифр должен скрываться ответ на вопрос: почему две системы подачи энергии в стазокамеру отказали одновременно без предупреждения? Почему это случилось?

Глава 9

Джеймса Т. Кирка разбудил бой больших старинных часов. Ему снилось, как он навещал на ферме отца. Дело было в июле, жара стояла невыносимая, и он с братом Сэмом собирался на пруд ловить рыбу – в этом было их спасение от зноя.

Кирк открыл глаза. Сон растаял. Ветви яблони не давали даже рассеянной тени в комнату, где он находился. Беспощадное солнце пустыни отражало лучи от стен, заставляя на мгновение прищуриться. Кирку предоставили комнату Спока, а Маккой расположился в комнате для гостей.

Дом значительно отличался от того, каким его представлял себе Кирк, и где, по его мнению, провел детство Спок. Кирк ожидал увидеть старинную и без каких-либо украшений «среду обитания» или похожую на крепость резиденцию предков. Вместо этого он с друзьями оказался на окраине Шикара в доме, рассчитанном на одну семью. Архитектура его была самой простой, такие дома сплошь и рядом встречались в просторах Галактики. В отдельных местах жилья имелись изгибы – там, где у землян был угол, и наоборот. Обстановка внутри, однако, была уникальной и создавала уют. Она состояла из комбинации мебели Вулкана и фамильного гарнитура Аманды. Из всех предметов выделялись потертые со временем часы из темного орехового дерева. Они стояли в коридоре, их маятник величественно качался из стороны в сторону.

Ни время, показываемое часами, ни фазы луны в нижней части циферблата не имели ничего общего с отсчетом времени на Вулкане и тем более с Луной, которой у планеты не было – так, по крайней мере, считал Кирк.

– Надеюсь, бой часов не будет тебе мешать, говорил Сарек, показывая Кирку и Маккою их комнаты, – Аманда меня простит, если я остановлю их.

– А откуда она узнает? – поинтересовался Маккой. – Они ведь но показывают вулканское время.

– А вот и показывают, – не согласился Сарек. – Когда моя жена впервые прибыла на Вулкан, она настраивала часы, пока полночь и полдень на них не стали соответствовать такому же периоду суток на Вулкане. Остальное время на часах для нас не имеет никакого значения.

– Только не для мамы, – вмешался Спок, – и не для меня. Помнишь, отец, как ты остановил часы, когда я был маленьким, потому что я ориентировался по их бою, а свое чувство времени не развивал?

Кирк заметил, как отец с сыном обменялись взглядами, в которых мимолетом отразились общие воспоминания о прошлом.

– Мне не следовало беспокоиться. Однако я тогда опасался, что ты не сможешь приобрести навыки вулканцев, Спок промолчал. Кирк догадался, что он боялся сказать что-нибудь не то. Сарек проявил радушную гостеприимность, принимая их как родственников, не проявляя своего вспыльчивого характера. Кирку однажды довелось воочию увидеть, как его буйный нрав вырвался наружу, и одного раза было достаточно. Тогда, на «Энтерпрайзе», Сарек в порыве гнева ударил упрямого посла с Телларита о стену комнаты для приемов официальных представителей.

Потихоньку Кирк прошелся по дому. Дверь комнаты Маккоя все еще была закрыта. Из кухни доносился ароматный запах кофе, но пока Кирк добрался туда, никого не застал. Свежесваренный кофе еще дымился на стойке рядом с графином сине-зеленого сока. Будучи уверенным, что ни Сарек, ни Спок не выставят землянам что-нибудь вредное для здоровья, Кирк налил на пробу маленький стаканчик. Вкус был острым и напоминал что-то среднее между ананасом и клюквой. Допив сок, он налил себе чашечку кофе и подошел к окну, чтобы рассмотреть сад. От палящего солнца растения завяли и высохли.

Кирк знал, что достаточно их немного полить водой и они вернутся к жизни, как любые растения галактических пустынь. Кирк насладился кофе и собрался было отойти от окна, но в поле его зрения попала оранжерея, расположенная в дальнем конце сада. Там он заметил какие-то движения. Открыл дверь, ведущую в сад, и его сразу же обдало жаром, как из духовки. Кирк хотел даже вернуться, но любопытство взяло верх, и он направился по тропинке.

В оранжерее царила приятная прохлада.

– Доброе утро, капитан Кирк, – поздоровался Сарек.

– Называй меня Джимом, – предложил Кирк. – Я не на службе.

Глаза Кирка привыкли к полумраку тени после ослепительного солнца. В глубине стеклянной оранжереи виднелись карликовые фруктовые деревья: яблони, апельсины и персики. Еще там росли несколько кустов помидоров, перцев, лук, фасоль – всего понемножку, но в большом разнообразии. В кадке цветущая земляника уже красовалась созревшими плодами.

– Вот это да! Похоже на маленький кусочек Земли, – восхищенно произнес Кирк, глубоко вдыхая влажный, насыщенный кислородом воздух.

– А оно так и есть, – подтвердил Сарек. – Много лет назад мы доставили с Земли почву, семена, черенки. Сделано это было для того, чтобы Аманда и другие земляне, жившие тогда на Вулкане, могли получать пищу с микроэлементами для поддержания здоровья. Сейчас на Вулкане так много землян, что открыто даже коммерческое заведение, выращивающее земные овощи и фрукты, но моя жена любит собирать все необходимое из собственного сада.