— Даже охрану не выставили, — задумчиво сказал Лашке. — Будто на пикнике у себя за океаном. Да и чего им опасаться? Германия повержена. Теперь самое время запустить пятерню в карман страны, проигравшей войну. Собираются заночевать здесь. Одни будут есть, другие — работать под водой. А раз так, в конце концов набредут на бухту, где затоплены ящики.
— Что же делать?
— Пока не знаю. — Лашке говорил медленно, будто собирался с мыслями. — Какое имеется оружие?
— Автоматы на всех. Ящик гранат, два фауста.
Лашке обернулся к Райс. Та уже сняла комбинезон для ныряния, осталась в лифчике и коротких трусиках. Противник был в сотне шагов, а Лашке не спускал глаз с находившейся рядом женщины.
— Чего уставились? — резко сказала Райс. — Думайте, как найти выход!..
— Я бы позволил им обшарить озеро, — вдруг сказал Лашке. — Да-да! — Он все больше укреплялся в возникшем решении. — Пусть поднимут груз на поверхность!.. Но сперва убедимся, что в найденном нами ящике не труха.
Волнение Лашке передалось Райс. По ее приказу два пловца тяжелыми водолазными ножами взрезали тонкое оцинкованное железо, из которого был сделан ящик. И тогда взорам присутствующих открылись… кирпичи. Большие красные кирпичи были уложены в ящике один к одному.
— М-да, — сказал Лашке. — Кто-то оказался хитрее, выгреб золото, а под воду спустил пустышку.
И он в сердцах пнул ящик ногой. Тот опрокинулся. За вывалившимися кирпичами все увидели плотные пачки денег. Видимо, кирпичи были для веса — иначе бы ящик не затонул.
Райс подняла пачку купюр. Это были британские купюры двадцатифунтового достоинства. Маркировка на обертке свидетельствовала, что в каждой пачке их по двести.
Лашке взял другую пачку, разорвал обертку, веером раздвинул купюры и посмотрел через них на свет.
— Ловко, — сказал он. — Пожалуй, не хуже, чем золото.
Он вновь навел бинокль на противоположный берег озера.
— Что вы задумали? — спросила Райс.
— Слушайте внимательно. Мы в самом деле должны показать американцам, где затоплены ящики. Это сделаю я. Пусть поныряют, потрудятся. Надо, чтобы все это произошло возможно быстрее. Каждый час промедления увеличивает опасность того, что к озеру подъедут новые группы искателей немецкого золота. А тогда нам с ними не справиться… Поняли мою мысль?
— Американцы извлекают из озера добычу — мы отнимаем ее?
— Отнимаем и добычу и транспорт. Автомобили в данных условиях надежнее. Два-три грузовика с американскими опознавательными знаками не привлекут внимания. Иное дело самолет — его могут сбить зенитчики или истребители, будь то американцы, русские или англичане. Ну, есть возражения?
— Не знаю, как вы все устроите. Но в создавшихся условиях нам за ящиками уже не нырять.
В течение четверти часа Лашке излагал свой план. Потом стал одеваться. Райс наблюдала, как он тщательно проверял карманы, чтобы в них не завалялась какая-нибудь бумажка.
— Ну, кажется, все, — он выпрямился. — Возле тюков я вижу фотокамеру. Можно взять?
— Аппарат неисправен.
— Это неважно. — Лашке повесил камеру через плечо: — Благословите меня.
— Благословляю, — серьезно сказала Райс. — Храни вас господь. Я верю в вашу удачу. Нашли же американцы предателя. Почему бы на озере не оказаться и второму мерзавцу? Только хорошо проведите свою роль.
— Во мне всегда дремал великий трагик, — усмехнулся Лашке. — Но вы не благословили меня.
— Чего вы хотите? Я должна поцеловать вас? Ну что же, — Райс расслабила плечи, бросила руки к бедрам: — Ну что же, вы имеете право…
— Нет, — вдруг взволнованно сказал Лашке и пошел к выходу из пещеры.
4
Командир мобильной поисковой группы лейтенант Патрик Дерр не был удивлен, когда на берегу появился цивильный немец. В каждом населенном пункте, занятом американскими войсками, жители группами являлись в военные комендатуры и штабы воинских частей. Воспитанные в строгой дисциплине и беспрекословном послушании, они боялись нарушить порядок и поэтому жаждали получить распоряжение или приказ.
Было немало и таких, что натерпелись от прежнего режима. Они горячо приветствовали союзные войска, показывали им, где расположены оружейные и продовольственные склады, помогали в розыске военных преступников… Вот и на это озеро американцев навели германские патриоты — видели, как три недели назад сюда шли тяжелогруженые автомобили нацистов, а возвращались от озера порожняком.
Лейтенант Дерр охотно вступил в беседу еще с одним добровольным помощником. Немец назвался бауэром — владельцем расположенной неподалеку мызы, разбитой прямым попаданием снаряда. Он утверждал: американцы ищут не там, где надо.
— Здесь можете нырять хоть до страшного суда, но ничего не найдете, груз был спущен под воду много левее, в той бухте. Я случайно оказался близ озера, когда подошли автомобили нацистов, и все видел собственными глазами.
— Если так, то какого характера был груз? — спросил лейтенант Дерр.
— Ящики, — последовал ответ. — Это были ящики. Много ящиков, несколько десятков.
— Вот как! — Лейтенант перевел взгляд на немца в шляпе с пером: — А вы утверждали, что груз был в мешках.
— Я сказал: в мешках или ящиках. Сам-то я не был на озере. Данные, которыми располагает наша организация, получены от осведомителя.
— Вы подлый предатель, вот кто! — вдруг закричал “бауэр”. Он схватил офицера за руку: — Господин лейтенант, это скрытый нацист. Ставлю в заклад голову, что в этом месте, где сейчас ныряют ваши люди, на дне нет ничего, кроме водорослей.
Словно в подтверждение этих слов вынырнули два пловца. Они ничего не нашли.
— Выходите на берег! — Лейтенант обернулся к “бауэру”: — Где же, по-вашему, надо искать затопленный груз?
— В той бухте, — Лашке показал рукой.
Они двинулись вдоль кромки воды. Человек в шляпе с пером плелся следом. Грузовики запрыгали по камням, тоже перебираясь поближе к бухте.
— Из каких вы мест, лейтенант? — спросил Лашке. — Лет вам, я вижу, немало.
— У меня уже внуки, два мальчугана-близнеца, от моего первенца. Сын тоже был на войне. Ох и трусил же я за него! Но, хвала господу, все обошлось, нашим мучениям пришел конец. — Американец нащупал на боку флягу в чехле из толстой фланели, встряхнул ее: — Это коньяк. Ведь мы недавно из Франции. Сделаете глоток?
— Позже, — Лашке скривил губы. — Если позволите, выпьем после работы.
Так, мирно беседуя, они приблизились к бухте: пожилой американский лейтенант — долговязый мужчина с длинным худым лицом и атлетически сложенный немец с решительными движениями.
— Ну вот мы и пришли. — Лашке показал на середину бухты, где час назад втаскивал к себе в лодку ящик с деньгами: — Посылайте своих парней под воду. А мы будем ждать и волноваться. Эй, — позвал он немца в тирольской шляпе, — эй, иди-ка сюда, увалень! Подойди и встань рядом. Как только из воды появится первый ящик, я сверну тебе шею. Будешь знать, как сбивать с толку наших новых друзей!
