— Ух, — услышал я за спиной облегченный выдох Первого. — Я думал, что они нас порвут.
— Все нормально, я с ними договорился, пошли отсюда к Дереву Жизни.
Через час мы дошли до стоянки под деревом и сразу решили вернуться на холм. За день трупы волков и останки кабаньих туш начали разлагаться, и распространившееся зловоние просто убивало. По уму трупы нужно было закопать, но сделать это было нечем, и мы, забрав мешок с кабаньим мясом и другие вещи, вернулись на холм.
* * *
На холме наша троица провела пять дней. Первый занимался едой и пошивом новой одежды, а я охотой и обследованием храма. Тузик повсюду таскался за мной, не отставая ни на шаг. Свою кличку волчонок получил за убийство зверя, похожего на енота, с которым он схлестнулся во время наших исследований холма. У зверя хватило глупости напасть на Тузика, когда тот из любопытства полез в его нору. Зверь был в два раза крупнее волчонка и не посчитал его опасным противником. Щенок буквально порвал енота, как Тузик грелку из старого анекдота, за что и получил свою кличку.
Волчонок ел, спал и гулял только рядом со мной, лишь изредка убегая куда-то по своим делам. Жрало это создание в три горла и росло не по дням, а по часам. То, что он еще три года будет не крупнее большой собаки, вызывало у меня большие сомнения. Хорошим подспорьем стало то, что каждый день малхусы приносили к нам на холм оленя или кабанчика.
На второй день после переселения на холм мне удалось сделать из рога оленя рукоятку для меча. Самой большой проблемой стала заточка лезвия. Я промучился половину дня, пытаясь заточить изделие древних мастеров, и все безрезультатно. Первый, увидев мои мучения, снова полез в усыпальницу и вернулся оттуда с точильным камнем, найденным им среди останков древних воинов. Моих мозгов не хватило догадаться, что воины всегда носят с собой этот простой инструмент для ухода за своим оружием, а камни вечны.
Дни проходили в постоянных трудах и заботах. После завтрака я час занимался медитацией и самолечением, затем мы все вместе отправлялись к ручью умываться и запасаться водой, — тарой для воды служили два бурдюка, изготовленные шаком еще в пещере. Доставив воду в лагерь, я начинал сканирование холма, не забывая следить и за окружающей обстановкой. Малхусы всегда были у меня в поле зрения. Один из зверей постоянно дежурил у подножия каменной лестницы, по которой мы поднимались на холм.
За пять дней я просканировал и излазил на четвереньках весь холм, заглянул под каждый камень, но новых ходов, по которым можно забраться в подземелье, не нашел. В нескольких местах под поверхностью холма просматривались расплывчатые тени каких-то туннелей и комнат, но добраться до них можно было только с помощью экскаватора. Два раза мне попадались лазы, ведущие под землю, но оба они заканчивались непреодолимыми завалами. Для исследования храма нужна целая экспедиция с тяжелой техникой, а не одноногий инвалид. С инвалидом я, конечно, погорячился. Если не брать во внимание мою покоцанную рожу и следы ожогов по всему телу, то мое физическое состояние постепенно приходило в норму. Хорошая еда, свежий воздух и ежедневные тренировки дали положительный результат. Левая нога практически сравнялась по объему и работоспособности с правой, внутренние органы работали, как часы, в печени окончательно исчезла темная тень. Еще одним косвенным подтверждением моего хорошего самочувствия стал звериный аппетит и уединенная ямка в кустах, навещаемая мной после обильного обеда.
Ежедневные водные процедуры в ручье вместе с бодрым физическим настроем наносили мне и моральный ущерб. Каждый раз, разглядывая свою уродливую рожу с «пришитым» левым ухом, я приходил в уныние. Голова постоянно была занята мыслями о способах исправления своей внешности. Одна неплохая идея пришла во время охоты неподалеку от Дерева Жизни. Первый рассказывал мне, что гвельфы делают из плодов дерева эликсир долголетия, и я решил набрать плодов и попросить шака приготовить из них лечебную мазь. Побродив под деревом, я подобрал десяток наиболее свежих по виду плодов и отнес Первому. Шак быстро понял, что от него требуется, и стал готовить какое-то варево. Одним из ингредиентов для мази стал жир барсука, добытого Тузиком. Пока Первый химичил у костра, я вспомнил, что хотел попробовать плоды на вкус. Раньше меня останавливал их специфический запах, прямо скажу, дохлятиной попахивало. На этот раз мне удалось переломить себя и откусить кусочек таинственного плода. Опыт оказался неудачным — не то чтобы плод был несъедобным, только на вкус он оказался таким же, как и на запах. После того как я выплюнул фрукт, мне еще полчаса пришлось полоскать рот, чтобы избавиться от ощущения в нем дерьма. Успокаивая себя мыслями, что все лучшие лекарства на вкус гадость невероятная, я стал дожидаться мази.
Мазь была готова только после ужина. Перед сном я намазал на левой руке самый безобразный шрам от ожога и, завязав руку тряпкой, лег спать. Наутро я с нетерпением снял повязку и охренел: шрам на руке полностью отсутствовал, как и кожа на его месте. Мазь проела мою руку до самого мяса. Плюнув на опасные эксперименты, я вошел в транс и начал залечивать дыру на коже. Через час упорных трудов рана покрылась розовой пленкой. Этот досадный случай напомнил мне забавный эпизод из прошлой жизни. Моя супруга вычитала в какой-то газетенке статью про очередной эликсир молодости, которым оказался яблочный уксус. Электродрель замутила трехлитровую банку этого эликсира и заставила меня вместе с ней пить эту гадость. Эликсир оправдал свое название полностью, уже через час мы вспомнили детство по полной программе. В результате употребления эликсира нас стало нести со страшной силой, и мы наперегонки бросились в туалет. Беда была в том, что туалет в квартире один, а требовался он нам одновременно. Супруга провела три дня в обнимку с унитазом, а я с тазиком. Больше ни в каких экспериментах с другими чудодейственными эликсирами ваш покорный слуга не участвовал.
Время шло, и подготовка к дальнейшему путешествию подходила к концу. Первый дошил мне новые штаны и куртку, а на ногах красовались новые мокасины.
— Вылитый Чингачгук с большой дороги, только рожа подкачала, — решил я, рассматривая себя в воде ручья.
Первый тоже привел свою одежду в порядок. Тузик чувствовал надвигающиеся перемены и задорно скакал по лагерю, гоняясь за мухами. К походу было все готово, и мы легли пораньше, чтобы утром без задержек отправиться в путь. Нас ждала башня на краю пустоши.
Глава 4
ЗА НАМИ СНОВА ПОГОНЯ
Огромное зеленое море раскинулось под крыльями харуха, практически неподвижно парившего в восходящих потоках теплого воздуха. Зоркие глаза летающего ящера выискивали добычу, но кроны деревьев скрывали все, что находилось на земле. Харух качнул крыльями и начал планировать в сторону пустоши, видневшейся на горизонте. Инстинкт подсказывал, что на безлесой равнине будет легче найти еду. Далеко внизу петляла лента лесной дороги, то и дело скрывавшейся под деревьями. Глаз стервятника зацепился за три бегущие фигуры. Харух резко пошел на снижение, чтобы рассмотреть предполагаемую добычу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
