По пути я исподтишка рассматривала Алю. Ей взросление пошло на пользу. Конечно, она не стала еще красивее, это невозможно, но ее обычная отстраненность теперь не жалила высокомерием, а обдавала какой-то смиренной грустью. Она хранила некую тайну, и это безотчетно видели все. Валя относилась к ней теплее, а Галя, прежде подруга, наоборот, держалась подальше.
Будто забыв про голод, Аля прошла через зал, вошла в башню и стала подниматься по лестнице. Я подумала, что она собирается прибрать какой-нибудь из приспособленных под жилье этажей, и двинулась следом, но этажи оказались уже прибранными. Аля залезла на самый верх, на смотровую площадку, и замерла, повернувшись к океану.
Решив спуститься обратно, я случайно посмотрела на холмистое поле, лежавшее перед замком, и остановилась.
Ребята обозначили портал сложенным из камней широким кругом, за пределы которого он, видимо, уже не смещался. Странно. Несколько раз мне приходилось через него выходить на Остров, один — с Острова, и каждый из них портал находился не в круге, а гораздо дальше. Он тоже стал постоянным?
Следом за мной поднялась вездесущая Валя. Ни поле, ни океан ее не интересовали — она посмотрела сразу в сторону недавно появившейся тропы, соединявшей замок с фортом. И застыла.
Из-за скалы нестройной толпой выходили парни. Во главе с Тимом. Ну и что?
У меня от радости перехватило дыхание, когда я поняла, что сейчас увижу Германа. Я почувствовала это — он здесь! — до того, как разглядела его в толпе. Разглядев же, приросла к нему взглядом.
…Нет, что бы я ни говорила себе, запрещая думать о нем и его вспоминать, он всегда значил для меня гораздо больше, чем кто-либо другой. Глаза просто отказывались смотреть на хоть что-нибудь, кроме него, и все в его облике было огромно, значительно, важнее и прекраснее всего, что вообще есть в мире…
Глаза — одно, а любопытство — другое. Мой мозг подчиняется не только глазам, и любопытство заставило меня искать в толпе то, что выбило из колеи Валю. Нашлось оно быстро. Она.
В толпе парней шла девочка.
Издалека она была очень похожа на Дину Лаврову, и я непроизвольно вздрогнула, вообразив, что это Дина и есть. Ее появление на Острове вовсе не было невероятным — я сама обдумывала такой вариант, когда мы пытались спрятать от Магистров ее любимого и выходило, что Остров идеально для этого подходит. Но спустя очень долгую секунду поняла, что Дина никак не могла здесь оказаться: она улетела с разоренного Великого Магистрата на родную планету Кристо, и не существует силы, способной ее от него оторвать.
Незнакомая девочка походила на Дину только длинными темными волосами и красивой ладной фигурой — поняв это, я облегченно выдохнула. Валя зачем-то взяла меня под руку, словно боялась, что я упаду, и вскоре до меня дошло, почему.
Девочка держалась рядом с Германом, причем очень свободно, как член его команды. Как будто место рядом с Германом было ее местом.
Я не успела ничего почувствовать в связи с этим открытием, потому что из памяти моментально всплыли слова Тима: «Посмотри немного дольше, подожди, и поймешь…»
— Эля, — почему-то сказала я.
Валя громко фыркнула.
— Ну что-о-о ты, — ядовито-ласково протянула Аля, — Эльвина. Для друзей просто Нора.
— Лично я ее называю Линкой, — вставила Валя. — Она бесится.
Несчастная умудрилась настроить против себя антагонистичных Валю и Алю.
Я смотрела.
Эля подняла голову, обежала глазами все окна замка и увидела меня.
Ее взгляд сказал все. В него она старательно вложила и презрение, и демонстративное торжество. Переведя на Германа, наполнила его приторной нежностью, возвращая ко мне — решительной агрессией.
— Артистка! — простонала Валя, от которой ничего не укрылось. На таком-то расстоянии!
— Наглядное пособие по курсу «Как достать парня», — опять нараспев прокомментировала Аля.
Кто-то из парней тоже заметил нас и махнул рукой. Мы не ответили: для Вали с Алей приветствие осталось незамеченным, а я не смогла, поскольку в мою правую руку накрепко вцепилась Валя, а левой я держалась за стену, чтобы не упасть под Валиным напором.
Вся компания, включая Тима, экипаж «Тайны» и трех человек из гарнизона форта, остановилась около каменного круга, и я заметила, что его высота доходит ребятам до пояса. Герман, как до этого его спутница, мельком оглядел замок, но я не стала ждать, когда же он меня увидит, и что сделает потом. Я наблюдала за Элей.
Остановившись, она тут же взяла его под локоть и снова вперила в меня победный взгляд. Валя зашипела.
— Аська, — умоляющим тоном вдруг заныла она. — Он ее просто не замечает, как муху назойливую… Она везде за ним бегает, он уже и привык!
Аля едко усмехнулась:
— Ну да. Торчит рядом, и все. Говорит всем: «мы с Германом», «нам с Германом», «нас с Германом» — чтобы все поверили: они вместе.
Теперь ясно, чем Эля ее разозлила: Але претило такое поведение. Чрезмерно гордая, она никогда не подходила первой к Юрке, никогда не приходила к нему домой и никогда первая с ним не заговаривала, и, кроме того, что Валя назвала «историей с дефлорацией» больше никогда о нем не рассказывала. Будто их связь ничего для нее не значила и была важна только ему.
— Как-то влезла к нему в каюту на «Тайну», хотела в кровати устроиться, — продолжала Валя. — Так вылетела оттуда вся в слезах и потом три дня рыдала. Что уж там увидела, не знаю. Но ничего — утерлась и принялась за старое.
— Похоже, для него это нормально, — стараясь держать равнодушный тон, сказала я. С чего они вообще взяли, что мне вся эта возня интересна?! Неужели я раньше чем-то выдала свою зависимость от Германа?
— Говорю же, он привык и ее не замечает! — тут же с жаром возразила Валя. — Он сам не свой был, когда она тут появилась. Честно, ничего не замечал, как во сне ходил, как на автомате жил. А она сразу давай головой вертеть, к кому бы пристроиться. Причем из командиров выбирала: в Юрку глазками стреляла, но поняла, что Альке не конкурентка, перед Тимом попой крутила, но он ей что-то наедине объяснил, и только после этого к Герману пристала. Подает ему еду, садится рядом, прижимается — он не гонит, приходит домой поболтать — что-то отвечает, устраивается вместе с ним на собраниях — опять не прогоняет. Как валенок, ей богу! А этой дуре и достаточно — главное, что другие видят и думают, какой у нее парень!
Как сложно. Непонятно. Эля, наверное, более земная девушка, чем я. И Валя тоже, раз легко разгадала ее маневры. Хотя, если бы не такая резкая антипатия, она могла бы рассказать о них иначе — добрее — но Эля явно не относилась к тем, кого Валя стала бы защищать. Почему? Похоже, новенькую угораздило каким-то образом противопоставить себя островитянкам. Наверное, она использовала для этого стандартный прием — показала, что ей интереснее проводить время с парнями, чем с девчонками и их мелкими хозяйственными заботами. Конечно, это их оскорбило.
