Позади всё ещё слышался шум бойни. Там оказалось второе существо. Оно тоже походило на дракона, и ползло на толстом брюхе. Но двигалось рывками и как бы мерцало, подобно голограмме. Существо выползало из каньона, и песчаниковые стены отражали его, принимая на себя фрагменты его образа. Вот голова отдельно от тулова устремлялась по откосу горы, низвергаясь на людей, вот шипастый гребень отражался на противоположной плите. Чудище расслаивалось в пространстве, и метить в него излучателями казалось бессмысленным.
- Этого срубить я не смогу! - крикнул Клим, щурясь от бьющего в глаза солнечного света в линзе водяного пара.
- Что именно? Попробуй метить в сферу! - ответил всё ещё лежащий на земле и наблюдавший оттуда Тибр.
- Какую, чёрт возьми, сферу? - удивился Клим.
- Ту, которая с кольцами!
- С кольцами..., - подал голос доктор, - у него нет сферы с кольцами. Только если на шлеме. Но это больше похоже на силовой маяк!
- О чём вы, доктор? - изумился Клим, начиная злиться, - Какой чёртов шлем?
- У змея нет шлема! - закричал Димитри, уже заприметив за рекой новый стягивающийся клубок корней.
Все переглянулись, а в глазах искрой у самой радужки мелькнула жуткая догадка.
- Мы видим... Что? - выдавил Тибр.
- Мы все видим разное, - выдохнул в ответ доктор Мазерс, - разную картину.
Их вновь обступили маленькие люди в синих туниках и позвали следовать дальше. Змей у реки быстро приближался, скользя по белёсым нитям. Позади оставалось разрушенное селение, сметённые шатры и мечущиеся по долине ездовые животные. Выжившие люди забились в щели скал, а у каньона образовалось целое озеро воды и крови, потоки которого смывали останки рассечённых тел в реку.
Земляне, ведомые синими плащами, достигли стены каньона с глубокой расщелиной. Расщелина была одной из полос, составлявших фрагмент колоссального изображения. С близкого расстояния картины на горах видно не было, и казалось, что это просто вкрапления одной горной породы в другую -- в песчаниках и сланцах это не редкость. Один из проводников приник к выбоине и вдавил часть стены внутрь. Та поддалась довольно легко, увлекая за собой груды камней, вваливаясь в скалу. И вот перед ними зияла пещера. Он жестом указал внутрь, и сам юркнул во тьму грота. Остальные проделали то же самое.
Ноги нащупывали ступени. Лестница брала круто вниз, и в кромешной темноте приходилось подолгу исследовать затёртые выбоины в породе, осыпая град камней и ежеминутно соскальзывая. Они спускались всё ниже и ниже, но до сих пор до них доносился скрежет и рёв вкупе с грохотом рушащихся скал. Чудовищные существа, видимо, толпились у входа в грот, пытаясь пролезть следом. Иногда целые ручьи стекали следом по ступеням. То были "осколки" водяных лезвий, пущенных в след убегавшим.
Глава V.
Внизу забрезжил свет. Туннель становился всё уже, они будто бы лезли в отвесной трубе, упираясь ногами в её стену, местами оснащённую ступенями. Казалось, ещё шаг и они бы застряли здесь навсегда, сдавленные холодным гранитом.
Но вдруг пространство раздалось вширь, и в маслянистых бликах света перед глазами людей предстал просторный зал пещеры. Лес сталагантов -- сращенных вместе сталактитов и сталагмитов -- уходил вглубь, и меж соляными и известковыми стволами его мелькали тени. Казалось, там в глубине горел огонь.
- Где мы, интересно? - первым нарушил тишину доктор Мазерс.
- Уместный вопрос, доктор, - ответил Димитри, ощупывая соляной столб, - Что вы видите. Давайте сверим чувства.
- Я вижу... каменный лес.
- Только без метафор. Вот я, например, вижу пещеру, столбы камней, и, кажется, свет за ними.
- Да-да, аналогично, - сказал доктор и добавил, усмехнувшись, - и костёр на опушке каменного леса.
Один из их спутников что-то крикнул и закопошился в тени сталагмита. Все остановились и обернулись к нему. Он что-то раздосадовано ворчал и совершал руками круговые движения, будто сматывая верёвку. Вскоре можно было разглядеть, что он наматывал на руку белую нить, вытягивая её из глубин подземелья.
- А скажите, доктор, - вполголоса спросил Димитри, - там наверху... ведь вы видели не змеев?
- Нет, господин астрогатор, это были человекоподобные существа, с примитивным оружием -- копья, рогатины, луки. Однако оно обладало сверхфизической силой разрушения. Я помню ещё в школе на уроках истории, когда нас погружали в германские мифы через презентоскоп...
- А эта нить? - Димитри кивнул на моток.
- О да, это было. Они вплетались в волосы существ. Понимаете, из-под их рогатых шлемов выбивались космы волос, косы целые...
- В том геометрическом безумии, - подал голос Тибр, - которое видел я вместо змей и великанов, из этих нитей строились меридианы и диагонали фигур. И они как бы скрепляли их между собой и с пространством вокруг.
- То есть, они -- единственное, что мы все увидели все вместе одинаковым, - заключил Димитри.
Проводник достал короткий изогнутый нож и полоснул им по нити. Конец её быстро уполз в темноту.
- Преследование продолжается, - мрачно сказал Тибр, - быстрее, они уходят дальше.
Через лес каменных столбов идти пришлось долго. Источника света у них с собой не было, и оставалось довольствоваться тусклым огнём с того конца. Сосульки и клыки сталактитов иногда опускались так низко, что приходилось пригибаться. А основания их тонули высоко во мраке. Иногда из этого мрака блестели, отражая далёкий свет, россыпи самоцветов, скручивались спирали искристых жил, а сами стволы были испещрены кристаллами. Димитри, долгое время проведший в пещерах юпитерианского спутника Европа в лабораториях, хорошо изучил основы спелеологии.
- Эти натёчные образования характерны для карстовых пещер, - как бы сам себе сказал он.
- Простите? - доктор оказался тут как тут.
- Геликтиты, - пояснил Димитри, - видите, вон там и вон там? Похожи на кораллы. Это капиллярные минеральные образования, растут сами, образуются под действием силы тяжести. Фактически, это реликтовые пещеры. Здесь некогда были воды, и, возможно, целое море.
- То есть, она, эта пещера огромна?
- Стоит полагать. Скорее всего эта целая система пещер. Судя по размерам и глубине, на которую мы спустились -- а спустились мы не так уж далеко, - под нами могут быть целые подземные долины... города.
Столбы становились всё шире в обхвате, прямые с более гладкой поверхностью. Некоторые содержали следы шлифовки -- дело рук разумных существ. На отшлифованных гранях виднелась гравировка. Это были примитивные рисунки людей и животных, гор, лун. Все шестеро зачарованно рассматривали произведения литографического искусства иной цивилизации, глаза их горели, а сердца колотились так, что слышно было сбивчивое дыхание.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
