Бежать долго не пришлось -- их камуфляжные берцы и войлочные прошитые сапоги замерли у самого края обрыва. Впереди расстилался океан пустоты, на дне которого вне досягаемости для глаза и понимания клубилось золотистое марево. Свет, иллюминировавший лес имел своим источником эту бездну. Чуть в стороне тонкой полоской провисал над бездной мост. Обнаружить его мог только человек, однажды уже проходивший тут -- его было почти не видно в полумраке.
Переходить через него первыми должны были люди с "Феба". Те, что в плащах, остались на каменном выступе, и следом идти не торопились. Димитри, оказавшийся на мосту замыкающим, обратил внимание, что в руках проводников тускло засветились кривые ножи. Игла ужаса кольнула его живот, но он до конца не верил, что они могут пойти на такое коварство и обрезать крепеж моста. И чутье его не подвело. Они не собирались идти на коварство, они готовились отражать натиск.
Оплетая сталаганты, на освещённую их поверхность выбрались белёсые щупальца. Освещённый ряд соляных столбов протянулся слева на право насколько хватало взгляда. И всюду шевелились, извиваясь кольца и нити. Местами в сплетениях обнаруживались набухающие узлы, готовые приобрести форму. Люди плащах хором произнесли что-то вроде молитвы и бросились к щупальцам, потрясая ножами. Синий цвет одежд растворялся в белом, их стягивали сотни жгутов, которых они не успевали обрезать. Двое добежали до вздувавшихся пульсирующих узлов и проткнули их. Послышался свист, и в воздухе повисли капли фосфорической жидкости. Из мирных и даже смиренных жителей, эти маленькие обитатели таинственной планеты превращались в отчаянных бойцов. Они вертелись, крутились волчком, выставляя смертоносные лезвия, совершали акробатические выпады и перевороты. Но всё же их было слишком мало, а белёсая субстанция всё прибывала и прибывала. Казалось, весь откос скалы кишел червями. Иногда же батальная сцена подёргивалась кадром расфокусировки, и хрусталик человеческого глаза не успевал аккомодировать.
Самый яростный бой вёлся у моста. По нему уходили воплощённые "божества", и потому людям в плащах было не так уж важно, жить или умирать. Они, казалось, даже рады были отдать свои жизни. И от того разрывалось что-то внутри и у Димитри, и у вновь заплакавшей Лиры, и даже глыба Боро Кад Ум тяжело вздыхал, медленно продвигаясь по узкой верёвочной полосе, и нашёптывал что-то на одному ему известном языке.
Однако натиск временно удалось сдержать. И времени этого хватило, чтобы люди с "Феба" вышли на самую середину моста. Они теперь не видели что творилось на берегу океана бездны. Хотя пока не видно было и другого берега. Плетёная дорожка с двумя канатами по бокам, чтобы держаться, провисала над клубящейся золотистой дымкой. В безмерных пространствах с утробным гудением клокотало сердце гор. Казалось, отпусти канат, расслабься и позволь тяготению взять тело, и ничего бы не поменялось -- так бы и висело оно в неизмеримости.
- Мы спускаемся, - заметил доктор через час их шествия, - мост под уклон.
- Тот берег опускается? - удивился Тибр.
- Да, похоже на то. Держитесь крепче и идите в ногу по счёту, - сказал Димитри, - Клим, ты идёшь во главе, давай отсчёт.
Забелин откашлялся и начал считать с интервалом в несколько секунд -- шаг был черепаший.
- Раз... Два... Левой... Левой... Раз...
Из тумана выплыл массив кристаллов. Было заметно, как слои в кристаллическом веере колышутся, словно клавиши огромного рояля. Синий ляпис-лазурь, огненный опал, водянистый хрусталь или алмазы -- всё наплывало друг на друга. Шестеро идущих созерцали великую фантасмагорию. От преломления света захватывало дух, ноги соскальзывали с полоски моста. Спектры били по глазам, а пар приобретал материальную вязкость. Так движется бегущий в воде.
Вдруг мост содрогнулся, загудели туго натянутые по бокам канаты. И в следующий момент один из них лопнул.
- Держитесь и стойте! - закричал Димитри.
Но было поздно -- доктор Мазерс и Лира потеряли равновесие и, не успев издать и звука, сорвались. Они повисли, кое-как удержавшись за полотно самого моста. Но оно было скользким, как хорошо отполированное миллионами ног дерево. И по нему шли волны. Димитри заметил, что там, откуда они шли, что-то шевелится, мутнея во тьме грота. Сомнений не было, что то наползали белые щупальца.
Наконец, прошла последняя волна, самая сокрушительная. Лопнул второй канат, и на этот раз все полетели вниз. Димитри только успел заметить, что под ними за золотым туманом ущелье, усыпанное острыми сталагмитами. А над головой зависло нечто, напоминающее альпинистский крюк на длинной верёвке. Устройство резко мотнулось в сторону и затем исчезло.
К Димитри пришло то ранее только на слух знакомое ощущение, когда жизнь проносится перед глазами, когда ясно осознаешь, что вся жизнь -- только этот миг, и нет ни прошлого, ни будущего. Что-то обрывается в груди, в животе, кровь бьёт в голову.
А ещё через секунду они жёстко приземлились на плоскую каменную платформу, появившуюся из ниоткуда.
Глава VI
Вернувшись в сознание, Димитри обнаружил себя лежащим на каменной платформе, широкой и абсолютно ровной. Вокруг него приходили в себя остальные члены экипажа. Платформа неслась в пространстве, оставляя позади кристаллические пики, тлеющие разноцветными огнями. Вдали, сквозь тьму и туманы бесшумно извергались целые вулканы, и вокруг пыхтящих сопок образовывались сферы мерцающей плазмы.
Платформа, на которой летели люди, была сделана из нефрита -- так определил Димитри. Это был волокнистый камень, немного как бы маслянистый на ощупь травянисто-зелёного цвета. Внезапный порыв горячего ветра сорвал дымчатую завесу над платформой, и впереди теперь различимы были монолитные сооружения. Это выглядело так, будто они находились на корабле и видели перед собой рубку и каменную палубу второго яруса.
- Экипаж! - крикнул Димитри, - рассчитаться.
- Первый. Всегда первый! - прокричал доктор Мазерс.
- Второй...
Пять человек подали голос. Лира молчала.
- Лира! - звал астрогатор, - Лира, отзовись!
- Госпожа Цериян! - кричал доктор.
Но ответ так и не последовал. Началось суетное движение, в зеленоватом полумраке пятеро человек сновали бок о бок, чуть ли не наощупь определяя кто перед ними. Поиски уводили их друг от друга, они разбредались и слышны были лишь призывы. Команда была командой, и в первую очередь на учениях всем лётным подразделениям прививались навыки определить целостность коллектива, состояние каждого его члена, как органа единого тела. Каждый был важен и незаменим, ведь брать на межгалактические корабли "запасных" означало брать ненужный балласт и подвергаться риску во время так называемых динамических прострелов, гравитационных капканов и прочего.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
