Я присмотрелась. Мы сейчас находились на небольшой возвышенности. Впереди был спуск и пыльная тропинка, ведущая прямо к деревне. Уже сейчас спокойно разглядывались старые, деревянные дома. Слышался крик петухов и завывание коров. Домов было очень много. Они выглядели, как типичные русские избы. Эту деревню можно было назвать даже небольшим поселком. Неудивительно, что сюда могли наведываться разбойники.
Сама деревня была окружена стеной — невысокой, примерно в два метра, но плотной, из древесины, которая потемнела со временем.
В той стороне, куда указал Егор, можно было увидеть небольшой участок водной глади, сверкающей от лучей солнца. Речка, видимо, проходила недалеко от деревни. А то и вовсе рядом с ней. Но ребята рыбачили на небольшой полянке, окружной лесом. Неплохо. Главное, чтобы клещей не поймали. Однако, помнится мне, что в моем детстве о клещах дети даже не слышали.
«Все равно надо будет заставить их проверять друг друга», — мысленно дала я себе наказ.
Мы дошли до распахнутых ворот селения. Люди шатались по улицам, дети бегали по пыльным дорогам, под ногами путались собаки, кошки и курицы... Эх, сразу вспомнилась моя деревня. После того, как я смогла принять тот факт, что я ребенок и соседи будут мне помогать, я перестала относиться ко всему враждебно. Разумеется, помогали мне не бесплатно. Я делала мелкую работу у них на участке. Или сидела с детьми. В любом случае, относится ко всем с враждебностью — не лучший способ получить то, что требовалось.
Мальчики повели меня куда-то в сторону. Мы прошли по узким улочкам, едва протискиваясь между огородами соседских домов, пока не вышли на красивый, новенький домик на отшибе. Соседей около него не было, зато огород был просто огромным. Вот почему эта Марья дает детям еды? У нее она попросту портиться. Или дело в другом?
Забор коло дома тоже выглядел новым. Он был невысоким, примерно мне по пояс. Саша отпер калитку и первым вошел на участок. Откуда-то из-за дома залаяла собака. Вскоре нам на встречу выбежала небольшая дворняжка. Я машинально задвинула детей за спину и уставилась на животное. Собака не выглядела агрессивной. Но лучше перестраховаться.
— Кузька! Хватить шуметь, — раздался веселый, но старческий голос.
Тут же из-за дома по узкой тропинке, огибая кустарники с ягодами, вышла пожилая женщина. На ней был темно-синий летний платок, из под которого торчали седые пряди волос. На незнакомке был надет сарафан, практически такой же, как мой, но красивого зеленого цвета. Да еще и красивый подъюбник имелся. На ногах старушки были лапти — прочные и явно новые.
— Добрый день, — вежливо поздоровалась я с пожилой женщиной.
— Тетя Марья, — Егор вылез у меня из-за спины и приветливо ей улыбнулся.
— Ох, ребятки, — Марья улыбнулась и, подойдя ближе, потрепала Егора по щеке, а Сашку по голове. Только после этого она подняла настороженные тусклые карие глаза на меня.
— И вам доброго дня, милочка. Кем вы приходитесь этим сорванцам?
— Меня зовут Надя, — представилась я и честно ответила: — Я теперь живу с ребятами и хочу позаботиться о них.
На некоторое время воцарилась тишина, нарушаемая лишь кудахтаньем куриц на заднем дворе. Марья внимательно меня разглядывала, после чего покачала головой и махнула в сторону дома.
— Пройдемте. Не место такие разговоры на улице вести. Хоть чаю выпьем, — произнесла женщина, направляясь в сторону дома.
Мы с мальчиками переглянулись и поспешили следом.
Дом выглядел точно так, как я представляла русские избушки. Поднявшись по лестнице на крыльцо и открыв дверь, мы попали в сени. В них было много вещей — лопаты, тяпки, грабли, коса... Еще на стенах висели веники для бани и сушилась трава. Тут, перед входом в дом, требовалось снимать обувь. Мы с мальчишками безропотно последовали этому правилу.
— Проходите скорее. Сейчас поставлю чайник в печь, — с улыбкой сказала Марья, пока мы с мальчиками оглядывали помещение.
Изба выглядела, как большая комната. На полу были расстелены ковры из старой ткани. Слева в углу стоят ткацкий станок. Огромная печь с лежанкой на ней и стол, на котором я уже увидела пироги. Значит, у Марьи была мука.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Надо будет сторговаться. Обязательно. А если еще и мяса удастся купить — это будет невероятная удача.
— Вы садитесь за стол, — старушка схватила меня под руку и повела в сторону накрытого стола.
Сашке и Егору повторять дважды не надо было. Они уже с вожделением смотрели на пироги и салаты. Да уж, завтрак явно был не особо хорошим. Я почувствовала себя точно так же, как в детстве — беспомощной. В новом мире, с новым телом, я не знала, что мне делать, чтобы наладить все в один момент.
Вскоре Марья разлила по чашкам чай. Я заметила, как Сашка, после слов Марьи «угощайтесь», спрятал в карманы три пирожка. Даже в такой ситуации думает о детях. Все еще несет бремя ответственности.
— Так, а теперь давай поговорим, милая, — Марья посмотрела на меня серьезно. — Судя по твоим нежным ручкам, ты дворянка. Как ты вообще попала в такую глушь?
Глава шестая. «Визит в деревню. Часть вторая».
Я на мгновение замерла, не зная, что ответить. Сказать, что прибыла специально, чтобы заботиться о детях? Тогда, я думаю, денег у меня было бы больше. Или сказать, что заблудилась? Сбежала от мужа? Последнее лучше не говорить. Какой именно в этом мире уклад жизни я не знала. С Марьи станется отыскать моего мужа и вернуть в дом.
Я вздохнула. Тогда будем говорить полуправду.
— Я не знаю, — взгляд старушки стал удивленным и слегка подозрительным. — Мальчики не дадут соврать. Они нашли меня у обочины около сиротского приюта.
— Так и есть, — кивнул Егор. — Вон у Нади даже рана на голове и синяк.
Я благодарно улыбнулась мальчику и погладила его по голове. Шляпу Егора заставили снять еще в сенях.
— Да. Я очнулась на кровати в приюте. И с тех пор помню только сове имя. Поэтому решила, что пока мне некуда идти, буду жить с детьми и помогать им, — сказав последние слова, я подняла взгляд на Марью.
Стратегия оказалась верной. На меня смотрели уже сочувственно и с некой благодарностью. Это было просто потому, что Марья сама желала детям добра. Однако такая история не прокатит с теми, к кому я обращусь в следующий раз. Возможно, придется делать все покупки через эту старушку. А то и вовсе наведаться в город.
— Судьбинушка у вас тяжелая, — Марья покачала головой. — Что у тебя, Надежда, что у ребятишек этих. Это хорошо, что вы решили помогать друг другу. И я вам помогать буду...
— Подождите, — перебила я старушку, заработав неодобрительный взгляд. — Я пришла сюда как раз из-за этого. Я хотела бы купить у вас кое-что. Или через вас у кого-то из соседей. Вы же понимаете...
Я внимательно посмотрела на Марью. Либо она сейчас скажет, чего это я такое говорю, и товар мне продадут без проблем, либо я узнаю, на каком месте в иерархии нахожусь.
— Понимаю, — Марью кивнула. — С некоторыми будет сложно договориться. Не дай Боже отберут у тебя еще все. Хуже разбойник, ей Богу.
Ага. Все плохо, но не совсем. Значит, купить у некоторых продукты я смогу. Но вот у кого именно? И стоит ли вообще рисковать? В городе, я думаю, проще будет. Поэтому у Марьи закуплюсь по минимуму. А в ближайшее время направлюсь в город. Только вот повозку бы найти. Я же не дотащу все, что куплю.
— Ладно, — старуха махнула рукой. — Чего тебе сейчас надо?
— Мне бы муки, картошки и каких-нибудь еще овощей... для начала. И мяса, — последнее я сказала с сомнением. — А кур вы продаете?
— Куриц не продаю, — Марья встала из-за стола. — Мука только гречневая. Пробовала хоть раз, белоручка?
Старуха улыбнулась, дразня меня. Я же встала вслед за ней и уверенно кивнула. Пробовала я такую муку. Машка как-то села на «правильное» питание. Я и ржаной хлеб ела, и лепила лепешки из гречневой муки. Ничего, есть можно.
Не уверена, что у Марьи есть сахар. А даже если и есть, то наверняка она его не продаст. Надо будет присмотреть на рынке мед, если сахара еще нет в доступном виде. Или куплю сахарной свеклы и сама организую сахар. Сделаю из яблок варенье, порадую детей.
