Генри и, еле слышно ворча под нос нечто типа "эти безрукие высоколобые", одним резким движением открыл запор.
- Смазать надо, тогда легче пойдет! - Виллейн отобрал у Кэтрин лампу, ловко приоткрыл крышку и смочил в масле кончик своего носового платка. Затем тщательно протер им механизм, ключ, а также ось со второй стороны дужки, вокруг которой она вращалась. После чего вновь захлопнул запор.
- Вот! - протянул он Генри ключ. - Попробуйте сейчас. Надеюсь, я не зря испортил свой носовой платок!
Хиннеган с некоторой опаской повторно приступил к делу, однако майор оказался прав: теперь ключ проворачивался при достаточно терпимом усилии. Ободренный успехом Генри потянул за дужку. Она также достаточно легко стала поворачиваться на оси, со слабым хлопком и едва слышным скрипом увлекая за собой дверь тайника, к которой была прикреплена в центре. Еще мгновение, и тайник открыт! Теперь напротив лица Хиннегана таинственно зияло прямоугольное отверстие примерно в фут высотой и полфута шириной. Что же оно скрывает?
Слабенький свет масляной лампы, даже поднесенной вплотную к отверстию, не помог ответить на этот вопрос. Совать руку наугад в десятки лет не открывавшуюся дыру Генри было как-то боязно, но положение вновь спас Виллейн. Раскрыв свой заслуженный саквояж, он на этот раз извлек оттуда чудо современной техники - электрический фонарь.
- Только-только начали поступать в распоряжение агентов Секретной Службы! Даже в Военном ведомстве подобных еще нет! - не преминул похвалиться Виллейн, нежно поглаживая редкое устройство по выпуклому латунному корпусу, надраенному до идеального блеска, как и положено имуществу служивого человека. - Цинковой батареи на полной зарядке хватает, правда, всего на десять минут работы, да и лампы, к сожалению, живут немногим дольше.
Хиннеган и Ллойд, привыкшие ежедневно созерцать в университете новейшие чудеса техники, не удостоили столь лелеемый агентом аппарат особым вниманием. Подумаешь, переносной электрический фонарь! Наверняка стоил кучу денег, а толку... Причем явно перетяжеленный, весит фунтов десять, как минимум. Ничего, королевские агенты не заморыши какие, потаскают! Зато мисс Даффи уставилась на фонарь во все глаза, для нее такое устройство наверняка казалось сказочным...
Тем не менее, в данном случае новинка оказалась вполне к месту. Непривычно яркий, концентрированный луч четко высветил в глубине тайника два запыленных деревянных ящичка, а также позволил убедиться в отсутствии всяких неприятных сюрпризов, вроде крыс или паучьего логова. После чего находка была торжественно извлечена наружу.
Оба ящичка, около полутора футов в поперечнике каждый, тоже были заперты, но уже не на замок, а на простую защелку. Генри, нетерпеливо смахнув чуть ли не четвертьдюймовый слой пыли (отчего сэр Ллойд тут же громко чихнул), дрожащими руками отрыл первую и откинул покрытую потрескавшимся от времени лаком крышку. Внутри обнаружились две толстые тетради в плотном кожаном переплете. Хиннеган осторожно раскрыл одну из них. Плотная разлинованная бумага вполне достойно пережила полувековое заключение, лишь слегка пожелтев местами. Пролистав ее, Генри убедился, что тетрадь практически до конца заполнена неразборчивым торопливым почерком и пестрит цифрами и непонятными обозначениями. Впрочем, его собственный лабораторный журнал (а то, что он держит в руках именно таковой, не вызывало сомнения) вряд ли отличался в лучшую сторону для постороннего глаза.
Зато вторая тетрадь, заполненная, правда, всего на треть, с первой же страницы радовала значительно более четким и читабельным текстом, хотя почерк был явно тот же самый. Впрочем, уже на первой странице имелось заглавие: "К вопросу о некоторых свойствах железных сплавов", которое однозначно давало понять, что текст является черновиком научной статьи, над которой работает автор. Кстати, вот и его имя, красуется ниже: доктор Роберт Паркс. А еще рукопись оборвана практически на полуслове. Судя по рассказу Ллойда, можно предположить, что наиболее вероятной причиной прекращения работы послужила пуля или штык одного из королевских пехотинцев, принимавших участие в бомбейском разгроме.
Генри передал рукописи также жаждущему взглянуть на них профессору. Теперь настала очередь второй находки. Внутри оказался занимавший всю длину ящичка сверток. Ученый осторожно размотал прекрасно сохранившуюся плотную ткань, покрытую сложным и ярким цветным узором. Брат Генри, морской офицер, привозил домой подобные, аляповато украшенные предметы из плаваний в Индию.
Внутри блеснул металл. Хиннеган, хоть и ожидал этого, выронил сверток из рук. Просто блеск был слишком неординарен. В нем не имелось теплого желтого или красноватого оттенка, как в привычных медных сплавах. Нет, отполированная поверхность загадочного металла строго отблескивала холодным голубым свечением, создавая впечатление совершенной враждебности всему человеческому. Генри даже передернул плечами от крайне редко посещавшего его чувства мистического ужаса. Лишь поймав на себе недоумевающие взгляды ректора и королевского агента, взял себя в руки, но все же сначала перекрестившись и пробормотав пару слов молитвы.
Да, спутать этот металл с другим было абсолютно невозможно! Взволнованный Хиннеган, поворачивая слиток дрожащими руками, не обнаружил ни малейших следов красных или темных шероховатых пятен, заклейменных в Писании. Полированный цилиндр демонстрировал девственную чистоту поверхности. Значит, это правда, и покойный бомбейский ученый действительно нашел способ побороть сатанинскую ржавчину?
- Ну? - нетерпеливо выдохнул за его плечом подслеповатый Ллойд. - Что там?
- Теперь я понимаю мотивы вашего отца. Из-за этой вещи не грех было нарушить королевский приказ!
- Я не желаю слушать подобные речи, молодой человек! Соблаговолите воздержаться в моем присутствии, я же на службе! - перебил его королевский агент и, не давая вступить в дискуссию, продолжил: - Я так понимаю, находка соответствует ожиданиям? Прекрасно! А теперь, Хиннеган, потрудитесь аккуратно сложить все обратно. К исследованиям приступите в понедельник. И не возражайте! Понимаю, вам не терпится, но действовать будете в соответствии с моими указаниями!
Апрель 1896 года, окрестности Оксфорда
- Тише, Хиннеган, спугнете кабана! - шикнул Виллейн, поправляя ремень роскошного охотничьего карабина, с ложем дорогого красного дерева, покрытым тонкой серебряной инкрустацией.
