Элис задумчиво перебирала бусы, перед глазами стояло лицо Томми, гордо преподносящего ей свой подарок. Как могли продать такую вещь шестилетнему мальчику?
У нее вдруг засосало под ложечкой, и, вспомнив, что еще не завтракала, Элис начала было набирать номер службы отеля, но потом подумала, что не стоит сидеть взаперти. В интересах дела ей надо больше бывать на людях. К тому же надо было думать не только об амулете со стрекозой, но и о чайнице Токугавы, которую необходимо добыть для Конрада. Стараясь не нервничать, Элис взяла сумочку из соломки и пошла вниз.
В вестибюле было практически пусто. Сойдя с эскалатора, Элис направилась к небольшому кафе в надежде, что еще не поздно позавтракать. С ожерельем на шее она чувствовала себя так, словно несла огромный неоновый щит с надписью «Ограбьте меня!». Но никто, казалось, не обращал на нее внимания. Элис пришлось признать, что дешевые стекляшки выглядят вполне уместно в сочетании с цветастыми шортами и рубашкой, которые она надела.
На полпути Элис увидела Эдди Комейка, выходящего из того самого кафе, где она собиралась позавтракать. Певец тоже заметил Элис, и лицо его расплылось в улыбке.
— Привет! — радостно воскликнул он, довольный их случайной встречей. — Как вам понравился вчерашний концерт?
— Честно говоря, мне было немного не по себе, — призналась Элис. Комейк тем временем завладел ее рукой. — Я не привыкла, чтобы меня так явно выделяли из толпы.
Откинув голову назад, Комейк расхохотался, продемонстрировав ряд безукоризненно белых зубов. Смех был настолько заразительным, что Элис невольно улыбнулась.
— Вы думаете, мисс Марлоу, я поверю, что женщину столь редкостной красоты не выделяют из толпы при всяком удобном случае?
Элис осторожно высвободила руку и машинально потрогала ожерелье.
— Теперь я понимаю, почему вы так популярны на островах, — сказала она Комейку. — Но откуда вы знаете мое имя?
Выражение лица артиста едва заметно изменилось. Улыбка, так и не сошедшая с его лица, неожиданно показалась Элис какой-то неестественной.
— Вчера вечером мне позвонили из службы безопасности отеля, — объяснил он. — Наши номера, кажется, на одном этаже. Они сказали, что к вам ворвался грабитель, и теперь они обзванивают соседние номера, чтобы понять, был ли это единичный случай.
— И что же — больше ни к кому не залезли?
Эдди хмыкнул, и улыбка внезапно погасла.
— Надеюсь, больше ни к кому, — серьезно произнес он. — Как жаль, что вам испортили впечатление о здешнем рае, моя красавица.
Элис вспыхнула. Комейк не сводил глаз с ее лица. У Элис было такое ощущение, словно ее щекочут перышком по щекам. Пожалуй, это было даже приятно, несмотря на фамильярность, но лишь до тех пор, пока взгляд Эдди не упал на ожерелье.
— Что привело вас на острова? — спросил он, снова улыбнувшись.
— Работа.
Вкрадчивые манеры Комейка начинали казаться подозрительными. Ответ Элис явно разочаровал Эдди.
— Я-то надеялся, что вы приехали отдохнуть… и что я смогу помочь вам в этом. Так что же за дело привело вас сюда?
— Дело довольно скучное, — уклончиво ответила Элис.
Темные глаза Комейка едва заметно сузились. Ее объяснение явно не удовлетворило его.
— Как таинственно. — Эдди ухмыльнулся. — Наверное, это секретная миссия.
Элис становилось не по себе. Улыбка Комейка, вкрадчивый тон, приветливый взгляд — все это не могло скрыть непонятной настойчивости, с которой он расспрашивал девушку о ее делах. Она никак не могла понять, почему совершенно незнакомый человек так живо интересуется ее проблемами. Может, он принимает ее за восторженную поклонницу своего таланта?
— Я представляю одного нью-йоркского торговца художественными ценностями, — сказала Элис, решив, что уж лучше сказать часть правды, чем окончательно запутаться в собственном вранье. — Я здесь для того, чтобы…
— Да! Конечно! — Комейк помахал у нее перед носом указательным пальцем. — Я встретил вас на прошлой неделе в «Бандиз».
— Да, я чуть не сбила вас с ног. — Элис улыбнулась. Она почему-то не думала, что Комейк вспомнит об этой случайной встрече.
— Когда я заметил вас на вчерашнем концерте, то как раз подумал, что мне почему-то знакомо ваше лицо. Но как ни старался, все не мог вспомнить, где же видел вас раньше.
Комейк снял цветастый шейный платок и накинул на плечи Элис, притянул к себе и обнял. Она знала, что именно так выглядит традиционное гавайское приветствие. Ей не оставалось ничего другого, как принять этот знак внимания.
— Добро пожаловать в рай, красавица, — сказал Эдди.
— Спасибо, мистер Комейк.
— Пожалуйста, зовите меня Эдди, — попросил он.
Улыбнувшись, Элис сделала шаг назад, освобождаясь от его объятий.
— Надеюсь, еще буду иметь удовольствие насладиться вашим пением, — вежливо сказала она. — А сейчас извините, но я тороплюсь на важную деловую встречу.
Комейк взглянул на ярко-розовые шорты Элис. Она покраснела. Изобретая предлог, чтобы удрать, не стоило забывать о своем кричащем наряде. Но Эдди был достаточно хорошо воспитан, чтобы промолчать. Улыбнувшись, он заговорщически подмигнул Элис.
— Обязательно закажу для вас столик у самой сцены на следующем концерте.
Затем удалился, оставив ничего не понимающую Элис посреди вестибюля. Она была одновременно польщена и смущена его вниманием.
Элис просидела за столиком кафе около часа, неторопливо откусывая по кусочку от холодного круассона с ананасами, запивая соком папайи и разглядывая посетителей. К тому моменту, когда зал начали заполнять любители раннего ленча, Элис была уверена, что обнаружила «телохранителей» из японского консульства. Правда, ей казалось, что примерно половина посетителей кафе исподтишка разглядывают ее ожерелье.
Это уже напоминало паранойю. Если она станет оглядываться каждую секунду, подозревать всех окружающих и без конца проверять, на месте ли ожерелье, то очень скоро сойдет с ума. Пора наконец понять, что она находится под защитой, и спокойно заниматься своими делами.
Вдруг Элис увидела в вестибюле отеля знакомую фигуру. Рэнд Тернбулл направлялся в сторону лифта. Быстро схватив сумочку, она сказала себе, что сейчас главное для нее — дело, порученное Конрадом.
Элис догнала Рэнда в другом конце вестибюля и окликнула его. Он обернулся, и лицо его осветилось при виде Элис точно так же, как час назад у Эдди Комейка. Рэнд вскинул подбородок, и в темных глазах его мелькнуло что-то такое, отчего по телу Элис разлилось приятное тепло.
— Я звонил вам в номер, — сказал он. — Надеялся, что вы еще не уехали.
