Она думала, что Рэнд остановит машину и предложит пройтись по магазинам, но он, оставив позади Лахайну, свернул на север.
— Скоро приедем, — сказал он.
Томми теснее прижался к Элис, лицо его стало напряженным. Она крепко сжала его руку, гадая про себя, чего он мог испугаться. Элис от души надеялась, что экономка Рэнда не будет похожа на миссис Сондерс.
Невысокий коттедж стоял на песчаном пляже почти у самого берега. Рэнд подъехал к дому и поставил машину в тени высокого тропического дерева с темно-зелеными листьями и большими белыми цветами. Элис подождала, пока Томми выберется из машины, и сама вышла вслед за ним.
Легкий морской ветерок трепал ее юбку, когда Элис подошла вместе с Томми к багажнику, чтобы помочь Рэнду выгрузить чемоданы. Обогнув дом, они пошли по дорожке, огороженной с обеих сторон решетками, к двери, возле которой их встречала низенькая, с круглым лицом женщина лет шестидесяти.
— Элис, Томми, — сказал Рэнд, останавливаясь в дверях. — Это — Кику, моя самая любимая женщина на всех Гавайских островах.
Экономка, смеясь, махнула в сторону Рэнда кухонным полотенцем, которое держала в руках, затем поклонилась Томми и Элис. Элис сразу почувствовала симпатию к крошечной пожилой японке, чья улыбка была такой добродушной и гостеприимной. Даже Томми, казалось, немного расслабился, когда Кику жестом пригласила их в дом.
Они вошли в прохладную гостиную, где стояли несколько диванчиков, накрытых покрывалами, и стулья с высокими спинками, покрытые накидками с цветочным узором. Пол устилали плетеные циновки из рисовой соломки. В одном углу, рядом с огромным, во всю стену, окном, за которым виднелись во всей своей первозданной красоте полоска песчаного берега и бесконечные просторы океана, стоял небольшой рояль.
— Да это настоящий рай! — тихо произнесла Элис, словно боясь, что, если заговорит слишком громко, сказка кончится, волшебство рассеется и она очнется в своей тесной нью-йоркской квартире.
Обернувшись, Элис заметила, что они с Рэндом остались в комнате вдвоем. Он быстро отвернулся, поймав ее взгляд. Слышно было, как Кику тихо разговаривает в коридоре с Томми на ломаном английском. Голоса их звучали все тише и тише по мере того, как они удалялись.
Рэнд открыл двойную французскую дверь, ведущую на веранду, и пригласил Элис выйти наружу. Соленый морской ветер доносил тяжелый аромат тропических цветов и шелестел листвой, усыпавшей влажные плиты веранды у них под ногами. Со стропил свешивались плетеные корзины, в которых росли разноцветные орхидеи.
Элис опустилась на мягкий диванчик. И очень удивилась, когда Рэнд сел рядом с ней, а не на один из стульев, стоявших напротив. Он заложил одну руку за голову, а другую положил на спинку дивана.
— Это Молокаи, — сказал он, показывая на остров посреди океана. — Его называют островом Дружбы.
— Для меня все это — настоящий райский сад, — сказала Элис, обводя взглядом океанский простор, пологие, поросшие зеленью острова и изящно выгнутый деревянный мостик через небольшой пруд, в котором плавали водяные лилии.
— Вам действительно здесь нравится?
Рэнд снова смотрел на нее в упор, темно-карие глаза его, казалось, едва заметно светились. Элис первой отвела взгляд, сердце ее учащенно забилось. Несколько секунд она смотрела на океан, чуть закусив губу, чтобы совладать с собой — ей вдруг стало не по себе, она как-будто ждала от Рэнда каких-то шагов и одновременно страшилась их.
Рэнд сидел рядом, его близость волновала. И Элис с удивлением и смущением поняла вдруг, что хотела бы оказаться к нему еще ближе. Судя по выражению глаз Рэнда, желание было взаимным.
Девушка чувствовала по его напряженной позе, что ему стоит неимоверных усилий сдерживать себя. Элис подумала о том, что Томми может выбежать на веранду и увидеть, как они обнимаются. Но не слышно было ни Томми, ни Кику — они наверняка были заняты чем-то в дальних комнатах. Так что же тогда ее останавливает?
«Ты здесь для того, чтобы уговорить Рэнда продать Конраду чайницу Токугавы», — напомнил Элис внутренний голос.
Но чем дольше смотрела Элис на океан, тем тише становился этот самый внутренний голос. Рэнд легонько коснулся пальцами ее плеча, прикосновение казалось почти бесплотным. У Элис перехватило дыхание, она смотрела невидящим взглядом на красно-оранжевый парус яхты, показавшейся в пятидесяти ярдах от берега.
Рэнд тоже напрягся.
Элис медленно повернулась к нему, готовая уступить нахлынувшим чувствам, — но Рэнд неожиданно вскочил на ноги.
Он остановился в двух шагах от диванчика и стал внимательно смотреть на яхту. Руки его были сжаты в кулаки. На яхте был всего один человек, и его нельзя было рассмотреть как следует — он как раз поворачивал парус.
— Что-нибудь случилось? — спросила Элис.
Рэнд наблюдал за яхтой еще несколько секунд, затем резко ответил:
— Нет, конечно нет.
Но когда он снова повернулся к Элис, вид у него был расстроенный и обеспокоенный.
— Может быть, нам лучше войти внутрь, — сухо бросил он, словно желая пресечь любое проявление любопытства. — Кику собиралась подать ужин пораньше, так что вы сможете поесть, прежде чем я отвезу вас в аэропорт.
Рэнд протянул руку, и Элис взяла ее, по-прежнему пораженная столь резкой переменой его настроения. Ей почему-то казалось, что Рэнд меньше всего думает сейчас о еде — он просто хочет, чтобы Элис как можно скорее зашла в дом, и никто не мог бы ее увидеть.
Глава 5
Золотисто-оранжевые краски заката уступили место пронизанной звездами темноте. Где-то на юге, среди черно-синих облаков то и дело вспыхивали молнии.
Рэнд прибавил скорость. Они направлялись в аэропорт Кахулуи. Рэнд часто поглядывал на электронные часы на приборной панели. Он надеялся, что Элис все-таки успеет на самолет, хотя на самом деле ему вовсе этого не хотелось.
Так ему и надо — мог бы выехать и пораньше. Всегда нужно помнить, что в дороге случается всякое. На этот раз между Лахайной и Кахулуи у него спустилось колесо.
Надо было выехать пораньше. Или вообще не приглашать Элис на Мауи. Надо было — не надо было. Рэнд чувствовал себя рассерженным на весь белый свет. А все из-за этого проклятого детектива, нанятого миссис Филдинг.
Яхта сновала туда-сюда вдоль побережья практически весь день, несколько раз она прошла совсем близко от коттеджа. Рэнд был уверен, насколько можно быть уверенным, не имея никаких доказательств, что с яхты наблюдают за ним и его коттеджем.
В результате он не мог позволить себе выйти в обществе Элис на веранду собственного дома. Этого было бы достаточно, чтобы детектив мог лететь сломя голову к миссис Филдинг и сообщить ей, что Рэнд привез с собой молодую красивую женщину. Неважно, что Элис провела в его доме всего несколько часов. Из этого незначительного факта можно было при желании раздуть целую историю о легкомыслии Рэнда и снизить его шансы на получение опекунства.
