с чего начать расспросы.
Сири села на крыльцо и достала свою старую трубку.
– Это очень древний хутор, Альба. Намного старше других домов вокруг. Старше многих деревьев. У этого места полно секретов. Просто держись подальше от Горма и больше ни о чем не беспокойся. Как я уже сказала, от детей он не в восторге.
– Это потому, что он ростом не вышел?
Сири засмеялась.
– Он гном, Альба. Для гнома он довольно высокий.
Альба удивленно посмотрела на Сири. Да, его наряд и шапка напомнили ей картинки, которые она видела на уроках фольклора, где рассказывали, что, пока люди спят, за хозяйством следят гномы-домовые. Но всерьез утверждать, что он гном?..
– Гномов не существует, – отрезала Альба. – Они бывают только в старых сказках.
Сделав несколько коротких затяжек, Сири раскурила трубку и сказала:
– Люди в этом мире многое забыли. И теперь считают это сказками и мифами.
В этом мире? Как это понимать?
– Говорят, что и магии не существует.
– Но ведь ее и правда нет, – поспешно вставила Альба.
Сири удивленно подняла взгляд, как будто только поняла, что Альба не верит во все, чему ее здесь учили.
– Ты что, думаешь, я сумасшедшая?
– Нет, но…
– Скажи, когда ты посадила тот куст бузины за курятником?
– Примерно месяц назад.
– И насколько он вырос?
– Метра на два, кажется… – Отвечая ей, Альба поняла, как глупо это звучит.
– Хорошо. То есть я не совсем сумасшедшая. Ведь обычная бузина не растет так быстро. Ей нужна помощь. Чтобы куст так разросся, нужна ведьма с сильной магией.
Сири впервые так назвала себя.
– Хочешь сказать, что ты на самом деле ведьма?
Сири засмеялась:
– Да, я кое-что смыслю в колдовстве, но ведь я не одна сажала те цветы.
Сири лукаво подмигнула ей и снова затянулась. Альба не понимала, обижаться или радоваться тому, что Сири назвала ее ведьмой. Ведь из ее рук не исходили лучи света, и растения тоже не светились, когда она чертила над ними руны, но все же в Бьёркагорде кусты и цветы росли гораздо быстрее, чем в любом другом месте.
– И что, на каждом хуторе есть гномы? – спросила Альба.
– Нет, не в этом мире… Тут их почти не осталось. Горм издалека, из другой страны.
– Типа, из Дании?
Сири снова рассмеялась.
– Нет, он из страны, которая находится за пределами этого мира. Страны, где то, что ты называешь легендами, это настоящая история, где живут гномы, тролли и эльвы. Где существует магия. Из этой страны родом и мы с Идунн.
– Да ну? – скептически заметила Альба.
Она окончательно убедилась, что Сири над ней смеется. Но, вообще-то, та казалась абсолютно серьезной.
– Почему же вы оттуда уехали? – спросила Альба.
Прежде чем ответить, Сири вытряхнула пепел из трубки.
– Я приехала, чтобы кое-что забрать.
– Что забрать?
Сири некоторое время разглядывала Альбу, будто пытаясь понять, готова ли та услышать ответ. Наконец она заговорила, медленно, тщательно подбирая слова:
– Понимаешь… В стране далеко за пределами этого мира есть злой и жестокий маг. Верховный маг Сессрумнира. Он со своими воинами хочет подчинить себе все народы – гномов и троллей, эльфов и эльв, ветте и виттр[1].
Она взяла трубку и затянулась, чтобы Альба могла осмыслить услышанное.
– Верховный маг мечтает об абсолютной власти в Запределье. Для этого ему нужно ожерелье, которое было давным-давно похищено. Верховный маг ни перед чем не остановится, чтобы добыть его, а мы должны быть уверены, что он никогда его не получит. Я здесь, чтобы забрать ожерелье, прежде чем Верховный маг доберется до него.
Альба, остолбенев, смотрела на ведьму.
– Но… Это ведь сказки, правда? Ничего такого на самом деле не бывает. Не бывает троллей, и эльв, и верховных магов…
– В каждой сказке есть доля правды, – загадочно отметила Сири.
Она погасила трубку и сказала будто бы в шутку:
– У тебя случайно никаких ожерелий не завалялось, Альба?
Альба почти поверила, что Сири говорит правду, но тут стало ясно: болтовня про другие миры была шуткой. Она рассмеялась.
– Пойдем, я тебе кое-что покажу, – сказала Сири, заходя в дом.
Она положила на стол толстую и очень старую книгу в кожаном переплете.
– Это мой словарь рун, – пояснила Сири, переворачивая плотные страницы с истрепанными краями, пожелтевшие и покрытые пятнами. На каждой странице была нарисована руна, а вокруг какой-то текст.
– Руны – это древние знаки, символизирующие разные частицы мира. Эту связь можно называть как угодно: духовной, космической, волшебной, но она есть, она живет в самом сердце вещей, в их сущности. Некоторые думают, что эти знаки и есть истинные имена вещей. Имена, которые были даны всему вокруг, когда мир только зарождался. Тому, кто овладеет ими, они позволяют управлять теми частями мира, которые с ними связаны.
– А сколько всего рун? – пораженно спросила Альба, глядя, как Сири листает книгу.
– Столько же, сколько листьев на деревьях, – ответила ведьма. – У каждого твоего вздоха есть своя руна, у каждого муравья в муравейнике, у каждого корня каждого дерева в любом лесу в любом из миров. И сколько бы ни было рун, столько же у них толкований. Выучить все руны невозможно, еще сложнее их понять. Но можно выучить значительную часть главных рун. Таких, как Уруз.
Сири перевернула страницу и показала Альбе руну, которую чертила на лбу Идунн в их первую встречу – две стены и наклонная крыша.
– Узнаешь?
Альба кивнула.
– Уруз считается руной жизни. Полагаю, эта руна связана с той силой, что создает новую жизнь – жизнь растения, животного… или клеток в раненом теле. Поэтому у нее такое сильное исцеляющее действие.
Сири перевернула страницу и показала заостренную «В», которую они с Альбой чертили, когда сажали цветы.
– Беркана, – продолжила она. – Руна плодородия, руна растений. Она помогает расти и развиваться всему – цветку, ребенку и даже чувству, идее или мысли. Говорят, что это руна Фрейи. Знаешь, кто такая Фрейя?
– Одна из богинь-асов. – Альба читала про них в средней школе.
– Угу, – промычала Сири, как будто ответ Альбы был не совсем точен. – Она была могущественной ведьмой среди богов-ванов и могла тягаться с самими асами.
Альба усмехнулась:
– Она что, тоже настоящая?
Сири загадочно улыбнулась, и у Альбы вдруг пропало всякое желание обсуждать гномов, ведьм и сказки. Она перевернула тяжелый лист пергамента и обнаружила еще одну руну: прямую черту с шипом посередине.
– Турс, – произнесла Альба, и тут же внутри у нее вскипело приятное чувство, которое она испытала, когда впервые использовала эту руну. Гнев, рвущийся наружу.
– Верно.
Сири с интересом смотрела на Альбу, как будто заметила что-то в ее глазах.
– Турс символизирует хаос, разрушение, но также и преображение. Чтобы создать что-то новое, сперва нужно разрушить старое. Поэтому я иногда использую эту руну, если нужно, чтобы из засохшего цветка вырос новый.
– Она – моя любимая, – сказала Альба и улыбнулась, но Сири казалась встревоженной.
– Турс может быть очень опасной и жестокой руной, если использовать ее неправильно, Альба. Будь осторожна. С ее помощью
