О чем я не подумала, так это о том, что моя одежда теперь насквозь промокла, поэтому, когда я добираюсь до парней, я дрожу, но ублюдки согнулись пополам, смеясь надо мной.
— Нам надо идти. Сейчас же.
— Ну и Негодяйка же ты! — хрипит Шпик как раз в тот момент, когда устройство на моем запястье вновь гудит. Взглянув на него, я понимаю, что ушла в минус по очкам.
— Сукин сын! Они могут забрать их? Никто никогда не говорил мне, что они могут отнять очки. Черт возьми, почему я повела себя так мило?
— Верно. Я называю этот день провалом. Давай сделаем что-нибудь веселое, — предлагает Потрошитель, и я обнимаю его за талию, когда мы начинаем уходить из парка.
— Это лучшая идея, которую я слышала за весь день.
Глава 8
— Так ты хочешь сказать, что мороженое лучше пончиков? — спрашиваю я, запихивая в рот очередной кусок бутерброда. Мы осели в местном ресторане Subway, чтобы набить пустые желудки. После вчерашней катастрофы мы решили устроить себе выходной. Может быть, просто исследовать город, и я получу возможность задавать больше вопросов, которые, по-видимому, они считают смешными. Мы играем в игру «То или Это», Потрошитель сначала не хотел играть, но чем дольше это продолжается, тем больше он продолжает добавлять свои ответы.
— Так и есть, — добавляет Стрикер, ковыряясь в своем сэндвиче… это
— Язычник. Ладно, вот еще один. Вы бы предпочли иметь три руки на всю оставшуюся жизнь или три ноги?
После этого я запихиваю свой сэндвич обратно в рот. Шпик постукивает себя по подбородку, обдумывая свой ответ, в то время как Потрошитель закатывает глаза, а Стрикер просто бросает мне небольшую улыбку. Он определенно не стесняется меня сейчас, это точно.
— Три руки однозначно, — отвечает Шпик. — Больше рук, чтобы можно было трогать. Он смешно шевелит бровями, заставляя меня усмехнуться.
— Хороший ответ, ты мог бы положить одну на сиськи, одну на…
— О БОЖЕ! — пробормотал Стрикер, смущенно оглядываясь.
Мы со Шпиком обмениваемся заговорщическими взглядами, прежде чем разразиться смехом, даже Потрошитель присоединяется к нашему веселью.
— Ладно, так куда мы идем дальше? — спрашивает Стрикер, пытаясь сменить тему.
— О, я всегда хотела заняться сексом в общественном месте, мы могли бы попробовать, — подмигиваю Стрикеру, а его щеки уже пылают.
Шпик открывает рот, но грохот снаружи магазина заставляет нас всех замереть, прежде чем мы поворачиваемся, чтобы посмотреть за окно. Они забывают о еде, но я быстро заглатываю остатки своей, зная, что это не совсем уж и хорошо.
Завыла сирена, и мы услышали выстрелы и новые крики снаружи, а также крики некоторых людей.
— Время Героев! — кричу я, драматично вставая, забыв о наполовину пережеванном сэндвиче во рту, кусок которого приземляется на мою рубашку.
— Э-э, Дробилка? — напоминает Стрикер, и я немного сдуваюсь.
— Ладно, время Злодеев! — кричу я и выбегаю из магазина, ворчащие Злодеи следуют за мной по пятам.
Выйдя на улицу, я осматриваюсь.
— Э-э, мы обычно не вмешиваемся в дела других Злодеев, — добавляет Потрошитель, морщась, когда мимо нас пролетает коп.
— Наверное, свиньи летают, — пытаюсь пошутить я, но никто не смеется. Повернувшись к ним, я надулась. — Это была чертовски хорошая шутка, я повторяю ее еще раз, и вам положено смеяться, поняли?
Мимо пролетает еще один коп, и они переводят взгляд с меня на него или на нее, потому что вы, наверное, понимаете, что такое ублюдское гендерное равенство.
— Э-э, Дробилка? — вопросительно тянет Потрошитель, глядя мимо меня, и я вздыхаю, оглядываясь назад, указывая на них.
— Мы закончим с этим позже.
Встряхивая волосами и на этот раз не ударяя себя, я взираю на хаос позади меня. Полицейские машины стягиваются в осадный круг, окружая банк, расположенный чуть ниже по улице. Полицейские прячутся за машинами и дверями, направляя оружие в сторону банка.
Сам банк представляет собой большое внушительное серое здание. Здание с каменными ступенями, ведущими наверх, и большими серыми колоннами по бокам. Двойные двери распахнуты настежь, выставляя на обозрение, что внутри прямо сейчас происходит ограбление. На ступеньках стоит мужчина, протягивая руки к полицейским. Он не особенно запоминающийся или большой, он в некотором роде неприметный. Короткие каштановые волосы и мускулы, но ничего особенного. Даже одежда у него простая и скучная. Какой примитивный мудак, но ухмылка на его лице и ликование в глазах, когда он поднимает руку, бросая полицейского через дорогу, как будто марионетку на веревочках, автоматически идентифицирует его как Злодея.
Я смотрю, как полицейский пролетает мимо, присоединяясь к остальным, которые стонут и пытаются встать.
— Может, нам помочь? — недоуменно спрашиваю я.
— Нет? — говорит Стрикер.
— Что я говорил насчет того, чтобы не думать так громко? Если попытаешься остановить его, разозлишь Злодеев, а Героям будет наплевать, — добавляет Шпик.
— Ну же, давай повеселимся! — кричу я, бросаясь в драку, Злодеи издают стон позади меня.
— Мы идем за ней? — спрашивает Потрошитель.
— Черт возьми, — бормочет один из них, когда я слышу позади меня топот их ног… Хихикая, я насвистываю себе под нос тему из фильма «Челюсти», пробираясь мимо полицейских машин и бросаясь к стене здания. Высунув голову, я ухмыляюсь, когда Злодей, играющий в куклы с копами, не видит меня. Запыхавшиеся Потрошитель, Стрикер и Шпик появляются рядом со мной, и я ухмыляюсь им. — Шевелите булками, мальчики! — кричу я, обегая здание и врываясь в открытые двойные двери.
Войдя внутрь, я останавливаюсь и присвистываю. Здесь просто шикарно. Неудивительно, что они решили ограбить это заведение. Высокие потолки с картинами и золотыми вставками. Столы из массива дерева, а пол мраморный с красным ковром, ведущим внутрь.
Да, и люди лежат на полу, заложив руки за голову, а вокруг снуют еще пара Злодеев. Один из них замечает меня и кричит, направляясь в мою сторону.
Все еще ухмыляясь, как полоумная, я поднимаю руки.
— Не обращай на меня внимания, я просто здесь, чтобы понаблюдать. Кстати, это потрясающе, как и вся эта история с контролем, — отвечаю я, с благоговением оглядываясь вокруг. — О-о-о, мне нравится этот пистолет. Он бутафорский или настоящий? — спрашиваю я, когда парень встает передо мной, нахмурившись. Он бросает взгляд на другого Злодея, который пожимает плечами.
— Кто ты? — спрашивает тот, что передо мной, с сильным акцентом.
— О, простите, как грубо! Я Иден, кодовое имя «Дробилка». Я новичок во всем этом злодейском дерьме, есть ли там что-то вроде руководства или чего-то еще, потому что вы, ребята, кажется, нарушаете его.
Он по-совиному моргает, все еще выглядя смущенным.
— Видишь ли, эти красавцы позади меня тренируют меня, но, как я выяснила вчера, они, возможно, не самые лучшие Злодеи в мире. Не все ли равно, если мы будем следовать за тобой по пятам, я смогу прикрывать тебе спину и совершать злодейские поступки, и мы все сможем научиться!
— Дробилка! — предупреждает Потрошитель.
Сигнализируя ему, чтобы обождал, я поворачиваюсь к трем Злодеям позади меня.
— Что? Я назвала вас красавцами, чего вам еще надо-то?
Качая головой, я поворачиваюсь к парню с пистолетом.
— Извини, они могут быть очень грубыми, я права?
Он тычет в меня пистолетом, заставляя нахмуриться.
— Ты хочешь украсть наши деньги? — кричит он.
— Э-э, нет. Ты можешь оставить свои деньги себе, я просто хочу посмотреть, — что на самом деле звучит гораздо более извращенно, чем я хотела бы того.
Позади меня раздается смех, и я оглядываюсь через плечо, чтобы увидеть парня, что разметал всех снаружи, стоящего там.
— Пусть смотрит, если хочет, пусть видит, как мы, настоящие Злодеи, совершаем злодеяния.
Он бросает испепеляющий взор на мою троицу, прежде чем пройти мимо нас.
