Из Пекина и даже с трибуны ООН китайские лидеры время от времени разглагольствуют о выводе советских войск из МНР. Так, в своем докладе на I сессии ВСНП V созыва в феврале 1978 г. Хуа Гофен заявил, что для нормализации отношений с КНР, «советская руководящая группировка… должна вывести свои войска из МНР и из районов, прилегающих к китайско-советской границе, восстанавливая положение, существующее в начале 60‑х годов.[58]
Суть подобных высказываний состоит не только в пренебрежительно-великодержавном отношении к суверенитету МНР, но и, главное, в том, чтобы оставить МНР беззащитной перед лицом нынешних китайских авантюристов, готовых идти напролом ради захвата чужих земель, ради достижения своих гегемонистских целей. Однако, этим домогательствам монгольское правительство дало достойную отповедь. В обстановке, когда пекинские лидеры, претендующие на МНР как на «исконную» часть Китая, перешли к военным приготовлениям вдоль монголо-китайской границы, когда их «картографическая агрессия» оборачивалась уже настоящей агрессией против других стран, в МНР по просьбе ее правительства были введены советские войска в соответствии с договорными обязательствами. В ноте МИД МНР от 12 апреля 1978 г. говорится: «Совершенно очевидно, что речь о выводе советских воинских частей из МНР может итти только тогда, когда устранится причина их ввода. Если китайское руководство навсегда откажется от своей политики аннексии в отношении МНР и встанет на путь добрососедства и сотрудничества с МНР и Советским Союзом, то существующая ныне необходимость в пребывании в МНР советских воинских частей отпадет сама по себе. Когда и как скоро это произойдет — зависит от китайской стороны».[59]
Факты показывают, что пекинское руководство по-прежнему продолжает усиленно проводить враждебную политику в отношении МНР. Они, как и раньше, не отказываются от аннексионистских притязаний на территорию МНР, сохраняя напряженность на границах нашего государства, всячески активизируя диверсионную, подрывную деятельность, тщетно пытаясь вмешиваться в его внутренние дела.
За период с 1965 г. по 1978 г. китайская сторона нарушала нашу государственную границу более 400 раз. Китайские войсковые подразделения нередко вторгались вглубь территории МНР на 15—20 км, с 1965 г. проводились военные маневры более чем 250 раз, в прилегающих к МНР районах производились взрывы большой мощности 87 тысяч раз.
В настоящее время на монголо-китайской границе сосредоточены контингенты китайских войск. На китайской территории, граничащей с МНР, находятся войска четырех военных округов КНР, в том числе два самых крупных округа — пекинский и шэньянский, которые составляют одну треть всего состава сухопутных войск Китая. На последние два округа приходится более половины китайских бронетанковых дивизий и военно-воздушных сил. По данным иностранной печати, на китайских границах с МНР и СССР сконцентрировано 2 млн. 400 тысяч войск, т. е. большинство действующего состава вооруженных сил Китая.
В таких условиях неоднократные требования китайского руководства вывести из МНР контингенты советских войск нельзя не расценивать иначе, как желание оставить нашу страну беззащитной перед лицом всевозрастающей и реальной военной угрозы со стороны Китая.
Выступая на VI пленуме ЦК МНРП в 1979 г. Первый Секретарь ЦК МНРП, Председатель Президиума Великого Народного Хурала МНР тов. Ю. Цеденбал подчеркнул: «Что касается монголо-китайских отношений, то мы неизменно выступаем за нормализацию межгосударственных отношений с Китаем, за восстановление сотрудничества и добрососедства. Однако этой нашей доброй воле Пекин противопоставляет свой великодержавно-гегемонистский курс вражды и экспансии.
Проводя такой курс в отношении нашей страны, правящие круги Китая вместе с тем предъявляют необоснованное требование о выводе советских воинских частей с территории МНР, которые пребывают в нашей стране на межгосударственной договорной основе. Позиция правительства МНР на этот счет со всей четкостью и ясностью изложена в ряде наших официальных заявлений.
Следует прямо сказать, что угроза независимости и суверенитету МНР со стороны пекинских властей существует реально. Естественно, пока эта угроза не устранена, мы по-прежнему будем нуждаться в эффективной помощи Советского Союза в деле защиты независимости и безопасности нашей социалистической родины».[60]
В заключение следует особо отметить, что попытки пересмотреть исторически установившиеся на основе международных договоров и соглашений границы всегда являлись поводом для развязывания всякого рода агрессивных войн. В этом и монгольский народ видит реальную опасность экспансионистской политики нынешнего китайского руководства. Политика Пекина представляет собою серьезную угрозу не только для соседних стран, но и для других стран мира, о чем и должна знать со всей ответственностью мировая общественность.
Примечания
1
Ю. Цеденбал, Исторический путь развития социалистической Монголии, УБ. 1976, с. 619.
2
Материалы по истории Тибета при династии Мин. 1959, (на кит. яз.) с. 204. Цит по А. С. Мартынову. Жур. «Народы Азии и Африки», 1972, №5, с. 78.
3
Информационный бюллетень Агентства Синьхуа. 9 октября 1969, №3305, с. 36
4
Лиши Яньцзю, 1977, №4, с. 7.
5
См. Ляонин дасюэ сюэбао, 1977, №6, с. 40—42
6
Чан Кайши «Судьбы Срединного государства», Лянхэчубаншэ, 1945, с. 2 (на кит. яз)
7
Очерк истории Китая, т. I, под общей ред., Го Можо, Пекин, 1977 (на кит. яз)
8
Дорж. Нижний палеолит Монголии и его место в древнекаменном веке Центральной Азии. III международный конгресс монголоведов т. III, УБ. с. 156—160.
9
А. П. Окладников. К истории первоначального освоения человеком Центральной Азии. «Центральная Азия и Тибет», «История и культура востока Азии». Новосибирск, 1972, с. 21.
10
Д. Дорж. Тамцагбулагская культура и ее место в древнейшей истории Центральной Азии. «Роль кочевых народов в цивилизации Центральной Азии». УБ. 1974
11
Фань Вэньлань. Указ. работа, т. I. с 101—102, 105.
12
Краткая история монгольских народностей. Хухэ-хото, 1977 с. 1 (на кит. яз)
13
Краткая история агрессии Царской России против Китая. Пекин, 1976, с. 73 (на кит. яз)
14
Материалы по истории Хунну. Перевод и комментарии. В. С. Таскина. М., 1968, с. 42, 47—48.
15
С. Е. Малов. Памятники древнетюркской письменности. Тексты и исследования. М. Л 1951., с. 34
16
Там же. с. 36—37.
17
«Лиши яньцзю», 1961, №2, с. 88
18
«Жэньминь жибао», 10 августа 1961 г.
19
«Гуанмин жибао», от 21 января 1962 г.
³ См. «Лиши яньцзю», 1962 №2, №3, №4.
20
Цю Шушэнь: «Некоторые вопросы оценки Чингис-хагана» Газ. «Гуанмин жибао», 11 сентября 1979 г.
21
Там же
22
Там же
23
Цю Шушэнь. Там же. «Гуанмин жибао», 11 сентября 1979 г.
24
К. Маркс. Тайная дипломатия XVIII в. Архив К. Маркса и Ф. Энгельса, т. IV, стр 221
25
Лу Синь. Сочинения, т. VI. Пекин, стр. 109 (на кит. яз)
26
Гуанмин жибао 11 сентября 1970 г
27
И. И. Майский. Чингис-хан. «Вопросы истории», 1962 №5, Н. Я. Мерперт, В. Т. Пашуто, Л. В. Черепнин. Чингис-хан и его наследие. «История СССР» 1962 №5, С. Л. Тихвинский. О. Некоторых вопросах ист. науки в КНР. «Вопросы истории» 1963. №10, Татаро-монголы в Европе и Азии, сб. статей, изд. 2, М, 1977; Там же: Ш. Сандаг, Образование единого монгольского государства и Чингис-хан: С. Л. Тихвинский. История Китая и современность. М., 1976; История МНР, 2 изд. М, 1967, История МНР, т. I, УБ, 1966 (на монг. яз) Б. Ширендыб. Великодержавный шовинизм группы Мао. «Партийная жизнь», 1968, №14, Ш. Нацаглорж, Чингис-хан — Основатель единого монгольского государства — «Унэн», 31 мая 1962. Н. Ишжамц. Образование единого монгольского государства и утверждение феодализма в Монголии. УБ., 1974, Ч. Далай. Монголия Юаньского периода, УБ, 1973 (на монг яз) Ш. Бира, Н. Ишжамц. «Маоистская фальсификация истории МНР и историческая действительность». «БНМАУ-ын Шинжлэх ухааны академийн мэдээ», 1979, №14, (Известие АН МНР)
28
«Лиши яньцзю», 1976, №2, с. 102
29
Там же, с 109
30
Там же, с. 110
31
«Лиши яньцзю», №1, 1974, с. 120
32
