возможно, это тоже сыграло свою роль в рейдерском захвате Чернотопья. Кристоф не встал с местными аристократами под одно знамя, и никто не пришел к нашему роду на помощь, когда барона убили. Пресловутый бумеранг в действии.
— Благодарю за пояснение, — кивнул я. — Полагаю, мне стоит поискать записи в архивах, чтобы выяснить подробнее. Меня и самого очень удивило, когда я узнал, что предки никак не занимались своей землей.
Миззен снова фыркнул, Заммен улыбнулся, а Салаз едва заметно кивнул.
— У вас была древняя кровь, Киррэл, — сообщил Гольц. — И они очень этим гордились. Старая аристократия, вышедшая прямиком из имперских наместников. Нас клан Шварц считал слишком молодыми и бедными, без длинной истории за плечами. И дел ни с кем вести твои родичи не желали.
Ну, с натяжкой, конечно, но такое возможно. Вообще удивительно, что меня так легко и быстро впустили в круг адекватных аристократов. Видимо, я оказался куда активнее своих предков, и это оценили, несмотря на мою репутацию отморозка.
И это, пожалуй, моя главная победа в Эделлоне.
— Тогда правильно ли я понимаю, что идея ассоциации может возродиться? — спросил я, оглядывая собеседников. — Я пока не разобрался до конца, но север сейчас обескровлен.
— Как и запад, — кивнул Миззен. — Но вряд ли Равенов это переубедит. Мы уже проиграли одну войну за право первого заказа.
Он сам плеснул себе из бутылки и тут же выпил.
— Полагаю, пришло время это изменить, — сказал Гольц. — Я уверен, что Киррэл нас не подведет. К тому же, в отличие от нас, у него есть связи при дворе. Что скажешь, барон, можно ли тебе поручить такое важное дело — представлять нашу ассоциацию при королевском дворе?
Я вскинул брови.
— Со всем уважением, ваша милость, но я ничего не знаю ни об ассоциации, ни о ваших противниках. Кроме того, на данный момент у меня есть обязательства перед многими аристократами, — заговорил я. — И хотя ваша идея мне очень нравится, и я готов принять в ней самое непосредственное участие, однако на сегодняшний день мне доступна лишь роль вашего гонца, а при таких условиях начинать взаимовыгодное сотрудничество нельзя.
Над нашим столом воцарилось молчание, аристократы смотрели то на меня, то на Салаза, и я продолжил:
— Вы должны знать обо мне несколько вещей, господа. Во-первых, я всегда веду дела честно и никогда не обманываю своих клиентов. Во-вторых, я могу себе позволить заниматься благотворительностью, но я не работаю бесплатно. Так что предложение ваше в высшей степени мне интересно, но пока что не приоритетно. Кроме того, я полагаю, нам всем нужно будет тщательно обдумать, как и что делать, затем собраться вместе снова, например, у меня в Чернотопье.
Присутствующие удивились, и я решил пояснить свою мысль.
— Все кланы, члены которых присутствуют на этом приеме, прекрасно осведомлены, что я заключил с вами договора. Так что ни у кого не возникнет вопросов, зачем столь влиятельные и богатые персоны собираются в такой дыре, как Чернотопье. Все будет выглядеть в рамках наших договоренностей. Поэтому вы приезжаете ко мне, уже четко зная, сколько денег готовы вложить в общее дело. Я тоже приму непосредственное участие в формировании нашего совместного капитала. И только имея на руках конкретные цифры и планы, отправлюсь в Херцштадт.
И чем дальше я говорил, тем больше понимал по взглядам, направленным на меня, что благородная фракция промышленников только что устроила мне испытание. Молодой и горячий мальчишка, которого допустили до взрослого стола, должен раздуваться от гордости и с радостным визгом броситься исполнять волю новообретенных «друзей».
Любой разумный человек, прежде чем влезать в какую-то интригу, трижды все обдумает и семь раз все взвесит. И судя по лицам собравшихся, они довольны моим ответом.
— Предложение хорошее, — наконец кивнул Салаз. — Рихард, что скажешь?
Металлург задумчиво нахмурил брови и потер переносицу пальцами.
— Полагаю, барон прав, — после короткой паузы произнес он, — до тех пор, пока мы не привлекаем к себе особого внимания, нам позволят действовать. Ни для кого не секрет, большинство кланов Крэланда в родстве с меридийскими семьями. А те не пожалеют денег, чтобы задавить нашу инициативу на корню. Без обид, Миззен.
Тот спокойно кивнул, принимая слова Заммена.
— Наш клан сейчас подвергается очень серьезному давлению, — сказал родственник Байрона. — Дедушка очень хорошо себя проявил на войне с Риксландом и многим теперь как кость в горле. Так что мы планируем перераспределить активы в связи с возможным напряжением. Полагаю, к нашему собранию я буду располагать никак не меньше, чем четвертью клановых средств.
— Будет неплохо заручиться еще чьей-нибудь поддержкой, — вставил Салаз. — Киррэл, что ты скажешь о родне твоей компаньонки? Клан Грим сможет нас поддержать?
Я покачал головой.
— Это вряд ли. Стоит им узнать, что Дия ввязывается в серьезные дела, и за ней начнут настоящую охоту. Кроме того, часть клана Грим была связана с королем Рудольфом, а тот вел дела с культом Хибы. Вряд ли ассоциации нужна такая слава.
— Мальчик прав, — кивнул Заммен, — в первую очередь нужно собирать крэландскую знать. А если и привлекать меридийских аристократов — то не давать им права голоса, только дивиденды. Иначе у Равенов могут возникнуть неудобные вопросы, не копаем ли мы под величие правящего рода.
Промышленники смотрели друг на друга с выражением полного понимания. Им не требовалось уточнять, что при желании найти компромат можно на кого угодно. Только сегодня ночью Дия похвасталась, сколько грязи удалось нарыть во время расследования нападения Виктора Гироштайна.
— А как же его сиятельство? — спросил я, прекрасно помня о том, что граф обещал зеленый свет моим инициативам в качестве благодарности за раскрытый заговор. — У него должно быть достаточно как денег, так и влияния, чтобы помочь.
Гольц усмехнулся.
— А вот его в наши дела посвящать никак нельзя, — сказал старик, взмахом руки подзывая слугу. — Его родной брат как раз и возглавляет северную коалицию, которая обошла нас в прошлом.
М-да, дела. Настолько граф мне благодарен не будет, чтобы отступить от семейной кормушки. Право первого заказа — это фактически постоянный государственный контракт. Да, аристократы могут отказаться от предлагаемой работы, и только тогда она перейдет на свободный рынок, где за нее возьмутся акулы поменьше. Отдавать подобный кусок за пачку компромата — это даже не смешно.
— Тогда
