Читаем без скачивания Обратная сторона смерти - Антон Леонтьев

Татьяна даже открыла сумочку и извлекла похожую на изящный ключ серебристого цвета флешку. На этом электронном носителе находились все ее опубликованные двадцать восемь романов. И незавершенный двадцать девятый.

Флешку она обычно хранила в ящике стола, который уходя запирала. Или иногда в сейфе. Но зачастую – писательница Татьяна похолодела – оставляла ее лежать около ноутбука.

То есть любой и каждый мог взять носитель, быстро переписать информацию и снова положить на место. И она бы ничего не заметила! Ведь даже и подумать не могла о том, что кто-то из домашних пойдет на такое.

То есть из списка подозреваемых никого исключать было нельзя! Ни Игоря, ни Аллочку. Ни, к примеру, экономку и уборщицу Антонину Ивановну, приходившую три раза в неделю, чтобы навести порядок в квартире. Правда, женщина не производила впечатления человека, умеющего обращаться с ноутбуками и флешками, но… но если она получила задание …

В конце концов, переписать роман могли друзья и знакомые, заглядывавшие к ней или к Игорю. Многие из них заходили в кабинет писательницы – конечно, когда та не работала, – восхищаясь и умиляясь тому, что видят стол, за которым сама Татьяна Журавская создала романы об Альбине Дурново.

Стол, на котором, вполне возможно, в тот момент лежала серебристая флешка.

В доме появлялись и важные (или не очень) лица из издательства. Только зачем им красть не дописанный еще роман? И тем более насылать на одного из своих наиболее популярных авторов психопата-головореза?

Психопат-головорез… В нем и было дело. Детективщица заказала вторую чашку эспрессо и взглянула на часы. До начала посадки на московский рейс оставалось около сорока минут.

Это звучало глупо, это звучало мелодраматично, однако факт оставался фактом: Журавская не сомневалась, что столкнулась в своей квартире и затем в клинике профессора Шахта не просто с психопатом-головорезом, а…

Писательница даже оглянулась, боясь, что находившиеся вокруг люди каким-то непостижимым образом прочтут ее мысли и ужаснутся им. Или, чего доброго, начнут хохотать, держась за животы и указывая на нее пальцами.

Однако никто решительно не собирался ужасаться или хохотать. Только молодая мулатка-барменша, встретив ее взгляд, приветливо улыбнулась, демонстрируя белоснежные зубы. Да еще рыжеволосый мальчишка в разноцветном свитере показал ей язык. А мамаша озорника, заметив это, сконфуженно улыбнулась и развела руками.

Татьяна отвернулась и вздохнула.

В том-то все и дело! Вот почему она не сомневалась, что убийца – мужчина. К тому же прекрасный актер, умеющий имитировать всех и вся, в том числе и женщин. И почему, собственно, была уверена, что это именно убийца.

Потому что тот, кто преследовал ее, был Татьяне отлично знаком. И знаком лучше, чем кому бы то ни было на свете. А если точнее – только ей самой.

Ее сталкер был маньяком из последнего, недописанного романа писательницы Журавской!

Да-да, тем самым маньяком, что убивал молодых женщин, оставляя в их домах кровавые надписи. И уносил с собой внутренние органы жертв по преимуществу печень и почки, но иногда легкие и даже сердце. А все для того, чтобы приготовить пир горой для своей больной и капризной мамочки, которая и сделала из сына убийцу, подбивая собственное чадо на ужасающие деяния и поощряя очередную сатанинскую жестокость.

Татьяна знала, что звучит это абсурдно, что это похоже на бред сумасшедшей. Но таковой она, несмотря на легкую депрессию и небольшое эмоциональное расстройство, последствия расставания с мужем, уж точно не была.

Еще тогда, на лестнице, в кромешной тьме, находясь почти лицом к лицу со сталкером, хотя и не видя его лица, писательница вдруг отчего-то подумала: а ведь именно так и поступил бы ее маньяк, если бы вдруг сошел со страниц романа и стал из плоти и крови.

Собственно, он и был человеком, только – абсолютным злодеем. И лишь в мире ее незавершенного романа. А литературные герои, даже созданные подлинными гениями, мастерами слова и стиля, не имеют обыкновения переходить из зыбкого мира фантазии в реальный мир.

Татьяна рассмеялась и вдруг ощутила желание закурить. А ведь бросила уже давно – когда познакомилась с Игорем. Тот сам не курил и откровенно заявил, что если чего и не сможет терпеть в женщине, так это того, чтобы его избранница курила.

Никаких особых мучений и ломки Журавская не испытывала, хотя, говорят, бросить курить еще сложнее, чем завязать с алкоголем или слезть с иглы. Все получилось просто: вчера она курила, а сегодня уже нет. И не тянуло. Видимо, такова была целительная сила ее любви к Игорю.

Любви, которая закончилась так трагически…

Барменша, словно прочитав мысли Татьяны, указала глазами на прозрачную будку, в которой находились курильщики, отгороженные от всего остального человечества и словно плававшие в лазуритовых волнах густого сигаретного дыма.

Переборов странное желание, Татьяна приказала себе думать логически. Конечно, было бы великолепно, если бы в реальный мир вдруг вошли Ромео и Джульетта, Пьер Безухов или, скажем, Вильгельм Баскервильский. Но настоящей жутью можно было бы назвать телепортацию из книг подлого Яго, педофила Гумберта Гумберта или любителя человечинки доктора Ганнибала Лектора.

Последний, наверное, решил бы свести счеты с ней, Татьяной Журавской, за то, что писательница воспользовалась его образом, придумывая своего маньяка-людоеда.

Так, может, и в самом деле к ней пришел Ганнибал Лектор, чтобы предъявить права на российского «коллегу», обитающего на страницах ее нового романа?

Или – если портал из мира книжных героев в нашу вселенную существует – на встречу с автором заявился сам маньяк-людоед, которому дала имя Марк Шатыйло? Пожелал, скажем, свести с ней, со своей литературной матерью, счеты. За что? За то, что именно автор романа, а не ехидная и безжалостная матушка убийцы в книге, превратила его в зверя, изувера. Ибо и матушка, и сам Марк были плодом воображения одного-единственного человека – Татьяны Журавской.

Писательница снова улыбнулась – все же фантастика не ее жанр. Хотя то, что сейчас пришло в голову, даже не фантастика, а фантасмагория. Но все, что в последнее время происходит с ней, тоже похоже на фантасмагорию. Тем не менее это реальность.

Нет, следовало думать рационально и логически. И третий эспрессо чрезвычайно помог процессу установления истины. Вернее, одного из ее возможных вариантов.

А рациональный и логический вариант, отметающий мистику и психические выверты, был только один: у известной детективщицы Татьяны Журавской есть лютый враг.

Враг, который является одновременно сталкером. То ли враг действует по чьему-то наущению и прямому заказу, то ли сам по себе.

И этот враг каким-то образом получил доступ к ее новому роману. Значит, еще и ее поклонник. Что ж, не такое уж редкое явление, когда фанат, боготворящий певца, актера или, как в данном случае, писательницу, вдруг начинает разрабатывать зловещие планы, в центре которых находится объект его обожания.

Занятно, но тему преследования известной писательницы неведомым, способным на самое ужасное поклонником она уже развила в одном из своих романов. Книга называлась «Смерть черного носорога». И вот теперь сама стала жертвой сталкера.

Просто случайность? Или кто-то старательно пытается воплотить в жизнь ее собственные литературные произведения?

Как и когда враг получил доступ к роману, еще предстояло узнать. Но мало того, что он прочел новую, еще не завершенную писательницей вещь, так ведь еще и избрал ее сюжет в качестве руководства к действию.

Для того, чтобы открыть сезон охоты на нее, Татьяну Журавскую, создательницу данного произведения.

Отчего так получилось, мог сказать только опытный психиатр.

И прежде всего враг решил запугать автора романа, во всем копируя стиль убийств маньяка Марка Шатыйло, существующего исключительно на страницах незавершенной книги.

Но что это в итоге означает?

Татьяна услышала, что объявляется посадка на московский рейс. Как же незаметно пролетело время!

Детективщица встала из-за стойки бара и раскрыла сумочку, чтобы еще раз убедиться – серебристая флешка, на которой находится текст, лежит в кармашке. Взгляд ее упал на мобильный телефон.

Она не включала его с тех пор, как покинула Москву. И дала себе зарок, что не сделает этого, пока не вернется в столицу. Однако, поддавшись внезапному импульсу, взяла его в руки. И убедилась, что на автоответчике скопилось порядка двух десятков голосовых сообщений и несколько эсэмэсок. В том числе масса от Аллочки, пара от издательства.

И ни одного звонка или послания от Игоря. Впрочем, у него теперь есть «зайка»…

Татьяна намеревалась снова выключить телефон, как тот вдруг завибрировал. На дисплее высветилось имя генерального директора издательского холдинга.