Старк по характеру не был трусом, но что-то в глазах Дэйва подсказало ему, что сейчас лучше молчать и повиноваться.
Итак, он отступил из-за одного гневного взгляда. Бедная Лили подумала, что он слишком труслив, чтобы ей помочь, и почувствовала стыд из-за того, что даже безмолвно пыталась его ободрить.
У неё было столь выразительное выражение лица, что Татт прочитал в нём презрение в адрес отступившего Старка. Тень гнева на его собственном лице уступила место едкой улыбочке.
– Если хочешь кокетничать, то найди для этого мужчину, а не шакала, – тихо сказал он. – Если ты будешь хоть немного добрее, ты увидишь, что я стою сотни таких трусов. И даже не думай, что уйдёшь от меня живой. Мне не хочется причинять тебе вред, но я убью и скальпирую тебя, лишь бы тобой не обладал кто-то другой. И, конечно, я не верну тебя тем, у кого забрал.
Лили не ответила. Он ослабела и утомилась. Надежда действительно угасла в её страдающем сердце. Поддавшись усталости, она прислонилась к пологу фургона и заснула.
Она не знала, сколько спала, но когда её разбудил звук текущей воды, она увидела, что уже светло, и они переходят реку вброд. Река была широкая, но не глубокая и вся покрыта островами, которые заросли ивняком.
«О, если бы была ночь, – подумала она, – если бы я могла незаметно выскользнуть из фургона, то здесь можно было бы скрыться».
Дэйв Татт шёл перед фургоном, проверяя глубину воды. Оглянувшись, Лили увидела, что Фрэнк Старк скачет возле заднего колёса.
Его взгляд намекал, что он до сих пор её друг и хочет что-то для неё сделать, но что именно, она не могла постичь.
Татт приблизился к противоположному берегу реки. Здесь глубина увеличилась. Было очевидно, что упряжка с трудом преодолеет зыбучие пески речного дна, а вода может залить фургон.
– Поддай своим лошадям хлыста и живей протащи их! – приказал Дэйв вознице. Возница подчинился и принялся понукать лошадей.
В самом глубоком месте фургон сильно накренился. В следующую секунду задняя часть фургона погрузилась в воду, а лошади замерли. Одно из колёс слетело, вероятно, из-за пропавшей чеки. Лили тут же поняла, как пропала чека, и раскаялась в том, что опрометчиво осуждала Фрэнка Старка.
Нужна была задержка, и он вызвал задержку.
Дэйв Татт, страшно ругаясь, поскакал обратно. Четыре лошади перед фургоном захлёбывались в воде. Предательские зыбучие пески, которые исчезали из-под их ног, пугали их. Сам фургон заметно оседал всё глубже и глубже в воду.
Возница тщетно пытался сдвинуть фургон. Ему помогал Татт, который так хлестал лошадей, что они, кажется, чуть не вырвались из упряжки.
Фургон всё погружался, пока раненые не завопили:
– Спасите! Мы тонем!
Тогда и только тогда Дэйв Татт отказался от надежды вытащить фургон.
Он посадил Лили на свою сильную лошадь и приказал, чтобы Фрэнк Старк и остальные вытаскивали раненых на берег.
Лошадей выпрягли из упряжки и довели до берега, а фургон бросили.
Для Маккэндлеса грубый переезд оказался ужасен. Его рана снова открылась, кровь пошла изо рта. Казалось, что его дела ещё хуже, чем раньше.
Сейчас был необходим привал. Полковник в нынешнем состоянии совсем не мог двигаться. Для него нужны были носилки или новый фургон. Старый фургон исчез из виду через полчаса.
Старк предложил разбить лагерь, построить частокол и готовиться к сражению с теми, кто за ними гонится.
– Я, например, не оставлю своего старого вожака, пока он жив, – сказал он. – Полковник всегда был с нами, и если мы его оставим, то будем хуже последних трусов.
Бандиты громко захлопали в ладоши. Дэйв Татт, этот крайний эгоист, с радостью ушёл бы с теми, кто мог ходить, и бросил бы беспомощных, но сейчас не рискнул сделать такое предложение.
Но ему не хотелось здесь оставаться даже на короткое время, поскольку он боялся, что Буффало Билл со своим другом гонится за ним. Он понимал, что в таком случае ему грозит не только потеря трофея, но и смерть… хуже, чем смерть.
– Да, – сказал он, посчитав, что лучше согласиться с человеком, которого он возненавидел всем сердцем, когда заметил, как Лили смотрит на него. – Да, я думаю, что лучше остаться здесь, пока раненые не смогут двигаться. Ты, Фрэнк Старк, возьми людей, которые могут обходиться без лошадей, и построй такой частокол, какой можно построить нашими инструментами. Я видел на берегу плавник, а дёрн можно срезать топором так же хорошо, как лопатой. А я увезу девчонку – ведь нас могут настигнуть через день-два. Когда поймут, что её здесь нет, они, может быть, оставят нас в покое и поедут своей дорогой. Я увезу её и вернусь до сражения.
– Что-то мне не нравится твой план, – сказал Фрэнк Старк.
– А кто тебя спрашивал? Мне без разницы, нравится тебе или нет! – сказал Дэйв Татт, свирепо сжимая свои белые зубы.
– Мы не можем терять ни одного ствола, когда в затылок дышит такой человек, как Дикий Билл со своим приятелем. Что до девчонки, её можно спрятать здесь. Оставим её на одном из этих островков, откуда она не сможет удрать и где в сражении её не заденет пуля. А когда мы уничтожим врага, Дэйв заберёт её и увезёт в горы.
Если бы Дэйв Татт умел убивать взглядом, то Фрэнк не закончил бы своей речи. Но Фрэнк выдержал, и за это он был вознаграждён поистине благодарным взглядом бедной Лили, которую бросило в дрожь при мысли, что её похититель увезёт её.
Дэйв заметил этот взгляд и почти обезумел от дикой ревности. Но он обладал нечеловеческой, почти дьявольской способностью скрывать свои самые страстные чувства – как тигр перед прыжком. На его бледном лице появилась кривая усмешка, и он сказал:
– Раз у Фрэнка Старка так много мыслей, то я уступаю ему руководство отрядом. Я принял его только по просьбе полковника, но теперь ухожу в отставку. Что же, мистер Старк, теперь вы командир! Надеюсь, вы сумеете позаботиться об отряде и в целости увести его в холмы.
– Да, с вашей помощью, – хладнокровно сказал Фрэнк.
– Ты не получишь от меня помощи, мой храбрый дружок. Я собираюсь уезжать, и девчонка поедет со мной.
– Что? Оставишь своих товарищей в час опасности? Ты этого не сделаешь. Ты сказал, что я командир. Так вот, клянусь самым большим лосем из всех лосей, я покажу тебе, что это так. Рискни оставить нас, и шесть пуль прошьют твою тушу. Я не прав, друзья?
– Ура Фрэнку Старку! У него полно тузов в колоде! – крикнул один, и ему захлопали со всех сторон.
– Подлец, я вырву тебе сердце! – закричал Дэйв, который больше не мог себя сдерживать.
– Подожди, пока я доведу отряд до Чёрных холмов, и я дам тебе такую возможность, – сказал Фрэнк, который из-за одобрительных взглядов Лили начал чувствовать себя настоящим героем.
