Люди и лошади встретили рассвет посвежевшими и готовыми к решительной скачке. След стал заметнее. Люди границы были уверены, что если бандиты не бросят фургон, то будут настигнуты за тридцать-сорок часов.
До полудня они двигались быстро, а потом Буффало Билл приказал снизить скорость. Он увидел на горизонте деревья, которые росли возле Платт, и решил, чтобы не попасть в засаду, подойти к реке ночью.
На равнине человек может издалека заметить любой предмет, спрятавшись в высокой траве, кустарнике или среди деревьев, которые опоясывают берега рек. Здесь могут быть тысячи укромных мест, о которых не узнаешь, пока на них не наткнёшься.
Расположившись так, чтобы видеть речные заросли, люди ещё раз отдохнули. Когда наступила ночь с её тенями, они выдвинулись. Лунный свет позволял им видеть следы, но был недостаточно ярким, чтобы их могли обнаружить с большого расстояния.
Вряд ли наши люди границы могли бы найти разбойников, если бы не одна из тех случайностей с животными, от которых не может уберечься никакой лагерь. Ржание лошади или рёв мула разносится, как труба. Когда люди границы на третью ночь приблизились к реке, они услышали мула и тут же насторожились.
Бандиты Маккэндлеса не разводили костры, но они не могли заставить животных молчать.
Когда раздался этот рёв, отряд немедленно остановился и спешился, а оба Билла отправились на разведку. Они оставили отряду приказ не двигаться, пока не вернутся. А если отряд услышит выстрел, тогда он должен спешить на помощь.
Во время сравнительной темноты, когда гряда облаков скрыла луну, два человека границы быстро поскакали к реке. Увидев, что река рядом, они спустились со своих хорошо обученных лошадей.
Они правильно поступили. Когда луна снова появилась, они ясно увидели на другом берегу реки очертания частокола.
Они не могли понять, что это значит. Зачем такой банде, которую они преследовали, останавливаться и сооружать укрепления?
Буффало Билл заговорил первым.
– Это форт. И думаю, он довольно прочный, – сказал Билл.
– Да, но разве у них было время построить его? – сказал Дикий Билл. – Если это их рук дело, и они там, они будут сражаться, и у них будет преимущество. Мы могли напасть на них на равнине, но захватить форт натиском у нас не получится.
– Верно. Билл, мы с тобой должны узнать всё об этом месте – ещё до того, как что-нибудь сделаем, то есть сделаем вместе с отрядом. Ты оставайся, а я переправлюсь через реку и посмотрю, что там.
– Нет, ты оставайся, а я пойду. Это рискованно, а твоя жизнь ценнее моей, – сказал Дикий Билл.
– Ну уж нет! Билл, твоя жизнь так же дорога мне, как моя. Если есть риск, то идти должен я – моя ставка в этой игре больше, чем твоя. Моя бедная Лили там, во власти Дэйва Татта. Если ты пойдешь, я здесь не останусь.
– Тогда идём вместе.
– Нет, Билл, и вот почему. Если они как-нибудь захватят нас обоих, то без нас отряд не сможет справиться с такими подлецами. Так что останься здесь и подожди меня. Или по звуку выстрела ты поймёшь, что они меня взяли. Если ты мне друг, Билл, то не спорь со мной.
– Это прямо как рвать здоровые зубы, приятель, но если ты так говоришь, то я согласен. Но будь осторожен и возвращайся. У нас ещё много дел впереди, так что поторопись.
– Постараюсь. Спрячь Пудреное Личико и Чёрную Нелл – я пойду пешком.
Буффало Билл, согнувшись, пробирался к реке, а его друг остался ждать его с двумя лошадьми.
Дикий Билл наблюдал за своим другом, пока мог его видеть. Затем Буффало Билл исчез в густом кустарнике на краю реки.
Вскоре Дикий Билл увидел бревно, медленно плывущее по течению. Когда бревно приблизилось к другому берегу, он понял, каким образом Буффало Билл решил перебраться, чтобы его не заметила охрана частокола.
Когда бревно прибилось к крутому, поросшему кустарником берегу реки, он понял, что его друг на том берегу и что сейчас самая опасная часть его работы позади.
Он с тревогой наблюдал за частоколом. Почти не дыша, чтобы ничего не пропустить, он смотрел и слушал, не проявит ли себя Буффало Билл.
Так прошёл целый час. Он часто поглядывал на восток, зная, что рассвет близок.
«Что же случилось с Биллом? – пробормотал он. – У него было достаточно времени осмотреть всё и вернуться. А я сижу здесь, как дурак, и ничего не делаю. Но он дал бы знать, если бы его взяли. Не могу больше ждать! А, вот снова бревно. Наконец-то он возвращается».
Глава 14.
«Сначала добыча и девушки, а потом – пожар»
Городок Корина, где остались миссис Коди, Лотти и Китти Малдун, охватило беспокойство. Оно было вызвано бегством с Буффало Биллом такого большого количества людей. Поселение было слишком близко к двум границам – миссурийской и индейской, чтобы считаться безопасным, если все ужасные слухи о мятеже и войне окажутся правдой. В течение недель такие слухи через различные источники доходили до жителей.
Здесь осталось не больше десятка мужчин, способных носить оружие, и сотня женщин и детей.
Вдова с дочерью поселились в небольшой, единственной на весь городок таверне. Её содержал восьмидесятилетний калека, который постоянно хвастался, что он «бил британцев в 1812 году и снова побьёт, если только они сюда сунутся». Когда на него находило военное настроение, он показывал ружейные приёмы. Но поскольку его единственным оружием был костыль, он представлял не слишком большую угрозу.
Таверна состояла из четырёх комнат и чердака. Когда что-то происходило в одной части, то об этом скоро узнавали в остальных.
На первом этаже находились бар и курительная, столовая и кухня, комната семьи владельца, а также лучшая комната – спальня с двумя кроватями. Спальня была отдана миссис Коди, её дочери и неукротимой Китти Малдун.
В баре председательствовал владелец, майор Уильямс. Председателем же кухни и всего дома была Молли Уильямс – его молодая жена. Конечно, она была молодой по сравнению с мужем, поскольку ей было всего тридцать пять, а ему уже восемьдесят.
Ближе к вечеру того же дня, когда уехал отряд Буффало Билла, у таверны появились два щеголеватых незнакомца. Они сидели на хороших лошадях, но оружия у них как будто бы не было. У них были седельные сумки, как принято у путешественников на Западе, они носили дорогую одежду и держали себя как люди, которые свысока относятся к «черни».
Распорядившись, чтобы их лошадей хорошо покормили и почистили, они заказали ужин и заявили, что останутся на всю ночь.
Майор Уильямс прихромал на костыле и очень обрадовался таким клиентам, особенно после того, как незнакомцы отдали должное графину с крепкой настойкой, которая называлась «ржаной». В ответ на небрежные вопросы майор дал полный отчёт о населении городка, об отсутствии всех мужчин и даже о пребывании здесь матери и сестры знаменитого скаута и охотника Буффало Билла.
