Исключение было сделано для мельчайших народов Севера, которые из-за своей отсталости нуждались в особой опеке государства. Для них-то и были созданы национальные округа. Поскольку же речь шла об очень малых размерах населения, рассеянного к тому же на громадных просторах Севера, такие округа было решено частично подчинить области или краю, которые либо вмещали такие округа, либо соседствовали с ними непосредственно. Как писал представитель президента в Тюменской области Г.А.Щербаков, вмещающие области имели в округах три канала для действенного влияния: партийные органы (округ подчинялся первому секретарю обкома), плановые органы (единый план на область, включая округа) и бюджет (единый бюджет, перераспределение его в округа из области).
Такое решение выглядело вполне разумным (особенно в сравнении с генеральной идеей решать национальный вопрос с помощью федерализма). На территории округов устанавливался особый режим хозяйствования, им шли громадные субсидии, коренные народы были взяты под внимательную опеку государства. Увы, опека эта оказалась слишком навязчивой, идеологизированной, и в результате северные народы оказались к 90-м годам в ужасном положении, буквально на грани вымирания. Все это так, но саму идею национальных округов как территориальных зон охраны малых народов нельзя не признать здравой и потенциально плодотворной.
За советский период судьба национальных округов сложилась по-разному. Корякский, Ненецкий, Коми-Пермяцкий и бурятские округа оказались на обочине развития. Однако в Таймырском округе и в тюменских округах развернулась широкомасштабная добыча полезных ископаемых, сюда въехали сотни тысяч людей со всех концов СССР, притом приезжих из-за пределов РСФСР оказалось так много, что местные жители в шутку зовут один округ Хохло-Мансийским, а другой - Ямало-Донецким. В результате доля коренного населения упала до считанных процентов, и смысл существования округов оказался под вопросом.
В Таймырском округе проблему решили просто: ареал добычи медно-никелевых руд вокруг Норильска вырезали из территории округа и этот эксклав формально включили в состав г. Красноярск, остальная же территория округа осталась в прежнем своем состоянии. Сегодня Норильский комбинат - крупнейшее в России единичное промышленное предприятие по стоимости производимой продукции.
Однако в тюменских округах такой простой способ оказался неприменим. Здесь речь шла о добыче нефти и природного газа, которая по чисто технологическим причинам сильно рассеяна по обширной территории, так что вырезать ее из территории округов было практически невозможно. Между тем оба округа вмещают сейчас по миллиону жителей, они дают львиную долю экспорта России, в них сосредоточена собственность могущественнейших хозяйственных организаций, прежде всего Газпрома. Поэтому подчиненное положение округов относительно области или края все меньше отражает реальность - тем более что об охране жизни малых северных народов вспоминают все меньше.
С другой стороны, тюменские или красноярские округа по-прежнему остаются зоной пионерного освоения. Климат крайне суров, и социальная сфера сужена до предела, притом не только сознательно, через вынос многих служб в освоенные части области, но я стихийно, потому что такие тяжелые условия имеет смысл выносить только за хорошее вознаграждение, а что есть лишь в "градообразующих" отраслях, а не обслуживающих. Поэтому социальная жизнь округов как бы ущербна, ей не хватает полноты спектра, типичной для освоенных частей страны, и освоенная часть области или края служит округам жизненно необходимой базой.
После принятия новой Конституции РФ, где округа были уравнены в статусе с вмещающими областями и краями, сложилась ситуация вреде швейковской: внутри земного шара есть другой, который по диаметру больше первого. Это противоречие породило дискуссию, которую можно считать самой оживленной и плодотворной из тех, которые развертываются вокруг текста новой конституции. При этом дискуссия идет не в академических кругах, а прежде всего на местах, в тех регионах, которые затронуты проблемой непосредственно, идет горячо, порождая целые фонтаны весьма интересных идей. Чего стоит, например, такая парадоксальная идея сторонников независимости округов: округа входят в области и края, но не территориально (?!). Если говорить о тюменском случае, то стоит подчеркнуть высокий уровень самой дискуссии - уважительность высказываний участников по отношению друг к другу, а главное - нацеленность на поиск компромисса, а не безоговорочной победы.
Все это весьма радует именно так, от противоречий через дискуссии к компромиссам - и должно идти врастание смысла конституции в реальную жизнь. Конституционный процесс развивается только таким образом - не в диссертациях ученых, а в преодолений реальных жизненных противоречий.
Однако решение противоречия явно затягивается, споры становятся все горячее и горячее. Со временем это порождает уже не искры, а снопы огня, которые опасны для целостности России. Противоречия давно уже выплеснулись за тюменские пределы. Еще в 1994 году власти Таймырского округа, опираясь на мощную поддержку Норильского комбината, начали активную борьбу за присоединение анклава Норильска к округу. Здесь противоречие быстро перешло в конфликт, в который был втянут и коллектив комбината, и его руководство. В дело решительно вмешалась Администрация Президента, подключилось правительство России. Сходные процессы начинают вызревать в Эвенкийском округе, где активно идут разведочные работы на нефть и куда заходит, очевидно, алмазоносная провинция из Якутии.
Таймырский случай заслуживает того, чтобы сказать о нем подробнее. Это ледяная пустыня, по которой кочуют около десяти тысяч человек, да еще 35 тыс. живут в столице - Дудинке. Округ как нельзя лучше соответствует идее охраны прав малых народов: территория с пол-Европы отдана крайне малочисленным группам вроде нганасан для того, чтобы они могли культивировать свой традиционный образ жизни без помех со стороны цивилизации. Именно по этим соображениям то место, которое оказалось нужным "Большой Земле", решили вырезать из округа и подчинить краю напрямую. Получилось вроде идеи национального признака в федерализме, только навыворот: не народности были оконтурены национальным районом, а в национальном округе был вырезан район с промышленным освоением.
И вот дума округа выносит одностороннее решение: присоединить вырезанный эксклав Красноярского края к округу. Решение настолько вопиюще антиконституционное, что просто не верится, что под этим нет оснований. Ведь налицо нарушение и статьи 66 (о необходимости решать споры между вмещающим и вмещённым субъектами только полюбовно), и 67 (о неприкосновенности границ между субъектами для любого из них в одностороннем порядке). К тому же всё это выглядело как попытка руководства всемогущего комбината превратиться в субъект федерации (ведь кроме него в округе нет ни одного предприятия, не связанного с комбинатом, а население Норильска в пять раз больше населения округа). Мировая практика показывает, что такие вещи, как совпадение административной единицы с предприятием, приводят к ужасным социальным перекосам, потому что рабочие оказываются в залоге у промышленников. Наконец, Красноярский край тут же станет дотационным, потянет соки из федерации, уменьшит долю других, тогда как новый Таймырский округ раздуется в бюджетном плане до чудовищной обеспеченности.
На самом деле у Таймырской Думы были свои резоны, притом весьма серьезные. Разберем (и оспорим) эти резоны один за другим:
1) Указ 1953 г. О вырезке Норильска из округа неправомерен, так как он выносился Президиумом Верховного Совета СССР, а не самим Верховным Советом, как было положено по тому времени. Но ведь так можно оспорить множество фактов, которые составляют сегодня непреложный костяк нашей жизни, доставшись нам от большевистского прошлого в "недооформленном" виде. Слишком большое время никто не оспаривал правомочности этого указа. Слишком долго Госкомстат относил Норильск в край, не плюсуя его к округу;
2) Норильский промрайон - эксклав, а потому не имеет права на существование. Это не так. Калининградская область тоже эксклав, но никто на государственном уровне не подвергает сомнению право России считать ее принадлежащей к РФ. Эксклавов вообще немало в этом мире, хотя их несоизмеримо меньше, чем обычных случаев. Словом, это не аргумент;
3) Указ был "лагерным", его издавали для облегчения организации сталинских лагерей, и позорно следовать ему сегодня. Это слишком эмоционально, чтобы быть аргументом в столь серьёзном вопросе. Лагерный душок имеют множество постановлений советской власти, и если начать их пересмотр сегодня, то хаос усугубится непозволительно;
