А. Караулов: – В стране, победившей фашизм, на Украине! Они же воевали, украинцы, так же, как и другие народы Советского Союза, против фашизма! Вот это как понять?
С. Филатов: – Мы же живем не в нормальное время… Война, она поднимает из низов вообще всякую дурь…
А. Караулов: – Решение суда изъять георгиевские ленточки! Решение суда! Это как понять? Ну, такой суд! Ну, такой суд! Суд – это не бумаги. Суд – это люди! Это люди и судья, пропитанные национализмом! И таких много на Украине.
* * *
С. Хижняк: – Спецслужбами даются непосредственно списки проживания, пофамильно…
А. Караулов: – Активистов?
С. Хижняк: – Да, активистов таких ярких… То есть это люди, которые организовывали возле себя и приводили 10–20 человек…
А. Караулов: – То есть идут так называемые «точечные зачистки»?
С. Хижняк: – Да… Вот, Соловьев Павел Сергеевич, 92-го года рождения, Лабедник Михаил Давыдович, 60-го года рождения, Шевченко Николай Александрович, 68-го года рождения…
А. Караулов: – То есть, судя по фамилиям, не только русскоязычные люди, но и украинцы?
С. Хижняк: – Ну да, украинские…
А. Караулов: – Евреи, я слышу…
С. Хижняк: – Да… Ерошенков Дмитрий Анатольевич, 78-го года рождения, Коваленко Василий Андреевич, 45-го года рождения, Милюков Николай Александрович, бывший замначальника Печерского райотдела внутренних дел…
А. Караулов: – Тоже исчез?
С. Хижняк: – Да… Исчез бесследно.
А. Караулов: – Вышел из квартиры и не вернулся?
С. Хижняк: – Ну, так происходят «точечные зачистки».
И. Проценко, лидер движения «Киевляне за чистый город», Украина: – Мы выходили против фашистов, которые оккупировали центр…
А. Караулов: – В Киеве?
И. Проценко: – В Киеве. Мы выходили без каких-либо орудий, палок…
А. Караулов: – Почему? Ну, если они вооружены?
И. Проценко: – Мы выходили в рамках закона. А закон запрещает применять какое-либо оружие. У нас даже не было средств защиты. Мы выходили просто мирными демонстрациями, именно показать, что нарушаются наши права. И против нас выходили вот эти люди, все ощетинившиеся трубами, арматурой, дубинами, щитами… За щитом у каждого был топор, на поясах в кобуре было огнестрельное оружие, пистолеты.
А. Караулов: – Топоры-то им зачем, если у них оружие?
И. Проценко: – Наверное, для большей жестокости. Они делали себе булавы всякие – вот арматура сваренная и на нее приварены гвозди… Вот с таким оружием они выходили.
А. Караулов: – А киевская милиция стоит, смотрит на это на все и не вмешивается.
С. Кургинян: – В Югославии происходили вещи… такого же типа.
А. Караулов: – А что же вмешиваться, если идет гражданский спор, как говорят милиционеры в Киеве. Гражданский спор…
С. Кургинян: – Андрей, идет охота за людьми!
А. Караулов: – Да! И не только в Киеве или Одессе.
С. Кургинян: – Я принимаю беженцев – это маленькие дети, в том числе! Охота за детьми людей, которые виноваты лишь в том, что они говорили то, что они думают… Они ни в кого не стреляли…
А. Караулов: – И бегут из Одессы в Москву – к вам?
С. Кургинян: – Да!
И. Проценко: – Нас просто избивали. Разбитые головы, поломанные ребра… И, что самое страшное, были избиты не только мужчины. Там были и женщины, и дети.
А. Караулов: – Кто на вас напал?
И. Проценко: – Ну, нашивки были УПА, ОУН-УНСО…
А. Караулов: – То есть они не скрывают свою принадлежность к «Правому сектору», так называемому?
И. Проценко: – Нет. Но они были в масках, их было человек триста, наверное.
А. Караулов: – А вас?
И. Проценко: – Человек 150.
А. Караулов: – Они ждали вас, как вам кажется?
И. Проценко: – Естественно!
А. Караулов: – Женщин били так же, как и…
И. Проценко: – Женщин били так же… И подростки были среди нас – 14 лет…
А. Караулов: – А зачем вы взяли детей и женщин?
И. Проценко: – Это была мирная акция!
А. Караулов: – Вы не предполагали, что будет нападение?
И. Проценко: – До такой степени – нет. Мы не предполагали.
А. Караулов: – Но зачем брать с собой, даже на мирные демонстрации, женщин и детей, когда можно ждать всего, чего угодно?
В. Стоякин, политолог, Украина: – Так они сами идут! Люди, когда выходят на абсолютно мирную акцию, не рассчитывают, что на них будет кто-то нападать…
А. Караулов: – То есть не верят в плохое все равно?
В. Стоякин: – Да! И в Одессе наверняка не задумывались о том, что было перед этим в Мариуполе.
А. Караулов: – Ну, подождите… Перед расстрелом в Мариуполе, еще раньше, в Вербное воскресенье, что было в Запорожье?
В. Рогов: – Мы сделали депутатский запрос по этому случаю – власть безмолвствует.
* * *
А. Караулов: – Вербное воскресенье, 13-е апреля, когда запорожцы, по традиции, вышли на Марш «вежливых запорожцев».
Об этом подробно написано в предыдущем материале, когда Владимир Рогов, лидер организации «Славянская гвардия», рассказал о том, что на этом марше людей не только избивали, но и пытались поставить (буквально!) на колени, требуя отдать георгиевские ленточки и российские флаги. Когда люди не подчинились, их начали избивать бейсбольными битами, калечить, даже поливать кислотой, от которой с рук слезала кожа. Мало того, человек десять активистов загнали в металлический автозак и подожгли. Выбраться оттуда удалось лишь чудом, выломав дверь, отделавшись лишь ожогами и отравлениями угарным газом.
Все это было до Одессы. Вот такой обыкновенный фашизм.
В. Рогов: – Действительно обыкновенный фашизм, потому что людей похищают, людей пытают, людей убивают. Яркий пример тому – случай в Бердянске. Был похищен человек, который выступал против беспредела, происходящего в стране, – Виктор Колоянов. Свыше пяти суток его держали в качестве заложника в гараже, его пытали, ему кололи наркотики, ему прострелили ногу и, искалеченного, выкинули в конце концов. Этот факт даже признает назначенный хунтой прокурор Запорожской области… Да, Бердянск в Запорожской области. Человека сделали инвалидом за пять суток пыток, когда его, по сути, убивали и требовали от него отказаться от выражения своей позиции.
В. Стоякин: – Все равно не ждешь! Потому что люди в Мариуполе думали, что это было у них, там, в Запорожье…
* * *
А. Караулов: – Не знаю, как поверить, что в стране, когда-то победившей фашизм, вдруг в каждом городе появляются фашисты!
С. Кургинян: – Андрей, есть теория, которая превращена в тренинг… имени Бандеры и его близких – Стецько, Шухевича… Теория гласит, что нужно вот этих «москалей» пугать насмерть особо зверскими жестокостями.
А. Караулов: – Это я понимаю. Я о другом, совсем о другом… В Бердянске пропал человек. Бердянск далеко от Киева! По всей Украине – я прошу внимания, по всей Украине! – исчезло в разных городах в общей сложности более 600 человек. Вот просто исчезли бесследно! Вот хорошо, скажут мне, это другие какие-то маленькие города, хотя Бердянск – не маленький город, но в Киеве, где находятся офисы всех крупнейших европейских и американских газет, CNN… В Киеве льется кровь, так же бьют людей, как и в Запорожье, и западные журналисты не видят то, что у них под окнами происходит?
И. Проценко: – Очень сильно пострадал Юрий Студенек. У него сломано ребро, у него в двух местах разрублена голова, ее зашивали…
А. Караулов: – Как разрублена?
И. Проценко: – Колотая рана.
А. Караулов: – Чем наносили?
И. Проценко: – Или арматурой, или трубой. Достаточно широкие разрезы, примерно сантиметров по 10–12. Очень сильно также был избит подросток, 15 лет, Сергей Руденко. У него сломан нос, тоже разбита в одном месте голова – разрублена…
А. Караулов: – А как можно детей бить, можете мне объяснить?
И. Проценко: – А они не разбирали, кого бить! Был тоже парень с нами, его било человек семь или восемь, дубинами, арматурой…
А. Караулов: – Одного?
И. Проценко: – …трубами – одного! Ногами пинали… Его мать кричала на всю улицу, чтобы его не трогали, чтобы его не забили до смерти.
А. Караулов: – Услышали ее?
