загадочную фразу дракон в форме. – Можешь предположить причины сбоя?
– Нет.
– Вот и я о том. Противостоять заклинаниям высшего демона могут очень немногие и немногое. Котёнок – фамильяр Аманды? Прекрасно, что она рискнула его завести, как я понимаю – с твоей подачи. Наши договорённости в силе, не дёргайся понапрасну.
– Не имею такой привычки, – сухо заверил демон, – если что-то пойдёт не так в вашей «ловле на живца», я просто оторву тебе голову. – Он почесал за ушком котёнка, вернулся к своей машине. Усадив подопечного на переднее сиденье, демон-нянька сказал, строго заглянув в угрюмые зелёные глазки: – Мелкий, расклад такой: мы оба любим одну и ту же женщину, оба намерены остаться в её жизни навсегда и по мере сил заботиться о ней. Предлагаю не усложнять ситуацию конфликтами между нами, и если не сложится с дружбой, то хотя бы поддерживать устойчивый нейтралитет. Со своей стороны обещаю вкусную еду и защиту, с твоей ожидаю отсутствие подстав и пакостей. Договорились?
Эх, тяжко жить маленьким котятам – у них нет возможности применить силовое принуждение к высшему демону и заставить его скрыться с глаз долой! Ну и шантаж, конечно, с едой и защитой, чистой воды шантаж! Неужели этот тип правда навсегда рядом останется?! Память крови уверяла Эскеля, что это невозможно, но личный опыт проживания в родительском доме вносил коррективы в желанную уверенность. Он вспомнил мужа хозяйки матери, покосился на ждущего его ответа демона – не, этот десятилетия с ведьмой не протянет, так что всё в его пушистых лапках! Про тапки пока забудем... но не окончательно!
Демонстративно вздохнув, котёнок плюхнул свою лапку на протянутую ему мужскую руку. Габриэль осторожно её пожал и сказал, ухмыльнувшись:
– Не совершай ошибки всех тех, кто пожелал не видеть во мне друга, – не относись несерьёзно к моим словам. Если я сказал «навсегда», то так оно и будет. Точка.
Эскель фыркнул и отвернулся к окну. Чтение мыслей – это антинаучно, так мама говорила. У него только с хозяйкой телепатическая связь, да и та лишь по взаимному желанию. И вовсе не думал он ничего такого! И вообще, как это подло и некультурно – влезать в мысли маленького, беспомощного котёнка!
Глава 34, о послании маньяка и последнем слове
Проклятый дом стоял невдалеке от широкой дороги, и мимо проезжали все машины, двигающиеся через Стоун-Маунтин дальше на юго-восток. По обе стороны от него высились дома соседей, но снести дьявольский дом никто не решался. Соседи уважали чужую частную собственность, хоть на неё долгие века никто не претендовал, – вдруг наследники единственной известной законной хозяйки дома в итоге объявятся? Кроме того, в городке бытовало поверье, что проклятье дома перейдёт на жилище того, кто его снесёт, и погубит всех его домочадцев, так что даже мэр города предпочитал не замечать бесхозное строение.
Вокруг дома стояло полицейское оцепление. Запах кофе в воздухе уже не ощущался. Криминалисты специального отдела обходили дом с датчиками магии в руках, оборотни разнюхивали обстановку в прямом смысле слова, вампиры сосредоточенно занимались отваживанием журналистов. Выходя из служебной машины, мигающей проблесковыми маячками на крыше, Аманда увидела, как к ней ринулся сутулый парень с камерой наперевес, но не добежал: замер, почесал затылок, вытащил спрятанный в кустах велосипед и укатил восвояси. Вампиры ругнулись и с усилившимся напряжением на лицах стали сканировать местность на наличие замаскировавшихся репортёров.
– Результаты? – отрывисто потребовал отчёта капитан, подходя к крыльцу вместе с главным токсикологом.
– Датчики магии молчат, но главный индикатор окрасился в светло-фиолетовый цвет – похоже, давным-давно тут обитали тёмные ведьмы. К сожалению, современных методик, позволяющих надёжно определять чары тёмной ведьминской магии, не существует. Прежде их не создали из-за отсутствия объектов исследований, а в последние десятилетия ситуация не улучшилась кардинально из-за критично низкого количества этих «объектов». Верховная ведьма вовсе не видит плетения чужеродной магии, если, конечно, такие тут остались: уровень фона низкий, на серьёзное заклинание не потянет.
На их голоса верховная вышла из дома с рассерженно поджатыми сухими губами. Она разочарованно стряхнула с рук остатки заклинаний и хмуро зыркнула на подругу:
– Опять ты бледная и усталая. По ночам спать не пробовала? Советую сонного зелья демону за ужином подлить. Чтоб меня в вонючий порошок истолкли, любой другой ведьме, выглядящей подобным образом, я бы посоветовала сходить к мисс Карвет провериться на яды.
– Ты же понимаешь, для меня невозможно не заметить симптомы собственного отравления. Уверяю, мой организм абсолютно чист от токсинов. Значит, в доме нет ничего подозрительного? А так было похоже на ловушку или, скажем, на приглашение зайти на огонёк!
– Угу, причём на ловушку, рассчитанную именно на тебя, и на индивидуальное приглашение тебя же, – проворчал Вэнрайт.
– Значит, мне и разбираться с подвохом этого приглашения – если оно рассчитано исключительно на меня, то другие его просто не замечают. История криминалистики уверяет, что маньяки любят оставлять послания. Капитан, вели ребятам покинуть помещение: они злостно дотаптывают улики, которые не успели вытоптать люди. – Аманда присела на корточки перед порогом и указала пальчиком на светло-серый от многолетней пыли пол: – Дорожку из белого порошка, ведущую внутрь дома, видишь? Кристаллы в виде иголочек?
– Кофеин? – присел рядом капитан. – Думаешь, вправду послание тебе оставлено?
– Очень может быть... Сержант, стойте! Что у вас к подошве ботинка прилипло?
– Сухой листик в дом залетел, – присмотрелся офицер, снимая с носка ботинка маленький, засушенный жёлтый цветочек с пятью лепестками.
– Лютик. Растёт повсеместно, его часто собирают в букеты дети. Обычно результат ограничивается для них сыпью на коже, но в умелых руках этот цветок – источник опасного токсина, – задумчиво прищурилась Аманда.
– Помнится, у тебя выходила в журнале статья о ядовитых веществах, с которыми мы сталкиваемся чаще, чем думается. Она и в человеческих газетах печаталась, и в интернет-изданиях массу отзывов и просмотров набрала, – заметила верховная.
Капитан гаркнул,
