– Неужели важно, сколько у них легких кораблей, гражданин адмирал?
Терстон не знал, что отражает вопрос – искренний интерес, попытку расшевелить его для более энергичных действий или просто проверку того, как он будет реагировать. Лучше принять первый вариант, решил он.
– Честно говоря, нет, гражданин комиссар. Но у нас еще много времени до того, как мы подойдем на расстояние выстрела, и не мешало бы получить точные данные прежде, чем разделить боевые группы.
– Так значит, вы собираетесь их разделять?
– Я об этом думаю, сэр. Мы знаем, что противник уже послал курьера на Эндикотт. Чем быстрее после него прибудут Тейсман и Чернов, тем меньше у Эндикотта времени на организацию обороны, но я их не отошлю, пока не буду уверен, что они не понадобятся мне здесь.
* * *
Хонор сидела в кресле, держа Нимица на коленях и поглаживая его уши, а ее корабли летели навстречу врагу. Ей придется снова пристегнуть кота, когда они войдут в зону обстрела, но пока об этом беспокоиться рано, а кот нервничал, разделяя ее тревогу.
Небольшой экран на панели перед креслом показывал меньше деталей, чем голоэкран за спиной, но в последний раз, когда она попыталась встать, то чуть не упала. Она надеялась, что среагировала достаточно быстро, чтобы обмануть штаб и вахту на мостике, но если она будет ковылять, как пьяная, их точно не одурачить.
Так что теперь она смотрела на экран и гадала, что командир хевенитов думает о боевом строе грейсонцев. Неряшливее она ничего в жизни не делала, но в ее безумии был свой резон, и она надеялась, что он его не разгадает.
Даже у переоборудованного на Грейсоне супердредноута возможности электронных систем не безграничны. «Грозный» мог замаскировать свой импеллерный клин, но мощность была настолько высокой, что иллюзия развеется, стоит кому-то взглянуть на него пристальней. Именно поэтому она «рассыпала» строй и выставила как минимум три корабля перед каждым супердредноутом. Сигналы их импеллеров загораживали его от хевенитских приборов. Помехи должны были скрыть более мощные двигатели супердредноутов. При анализе электронных сигналов хевениты нипочем не догадаются, с чем столкнулись, если только разведмодуль не подойдет к этой каше кораблей слишком близко.
Так что надо убедить их разведмодулей не посылать. Вряд ли ее оборона «зевнет» большой разведмодуль, который к тому же движется на довольно низкой скорости, но шансы на это все же сохраняются, особенно если хевы занервничают и выпустят много модулей, чтобы перегрузить ее противоракетную защиту.
Ей надо заставить хевенитов ощутить такую уверенность в том, что они видели, чтобы им не захотелось это проверять, и она пошла на большой риск, чтобы добиться своего. Хонор гнала супердредноуты на полной боевой мощности, без всякого запаса безопасности. Существовала трехпроцентная вероятность, что у кого-то в эскадре откажет компенсатор, и последствия окажутся фатальными. Но зато они набрали ускорение 4,5 км/с2 – куда больше, чем любой нормальный супердредноут, и она надеялась, что хевениты еще не разузнали, что новые компенсаторы на шесть процентов повысили уровень ускорения у всех кораблей Альянса. Если они этого не знают, то сочтут ускорение слишком высоким для супердредноутов.
Хонор перевела взгляд на другие корабли, которые мчались на помощь со всех концов системы. Сейчас они тормозили, чтобы уравнять курсы задолго до встречи с хевами. Пока все шло нормально. Во всяком случае, она на это надеялась.
Она отняла руку от спинки Нимица и ущипнула себя за переносицу, но это не помогло. Усталость заставляла ее соображать быстрее, а не медленнее, но скорость получалась неровная, мысли мчались сразу во многих направлениях. Убедит ли высокое ускорение хевов, что у нее нет супердредноутов? Или это только вызовет у них подозрение, потому что линейные крейсера не способны буксировать столько ракетных подвесок, чтобы от этого получился хоть какой-то заметный выигрыш? И что, если их датчики уже пробили ее защиту и просчитали каждый ее корабль? Или…
Она уронила руку и заскрежетала зубами, потом откинулась, опираясь на удобную спинку кресла. Ей оставалось надеяться, что усталость не заставила ее совершить губительную ошибку, которой она просто пока не видит.
* * *
– Что-то еще? – спросил Терстон начальника оперотдела.
– Нет, гражданин адмирал. Мы опознали еще один легкий крейсер, но перекрестные помехи от импеллеров еще слишком сильны, чтобы можно было с уверенностью сказать что-то еще.
– Понятно, – буркнул Терстон и посмотрел на Презникова. – С вашего разрешения, гражданин комиссар, я бы отправил экспедиционный корпус. Мы достаточно хорошо разглядели их корабли: ничего крупнее линейного крейсера не видно. У адмирала Чавес почти столько же линкоров, сколько у них линейных крейсеров, плюс шесть собственных крейсеров. Мы можем обойтись без гражданина адмирала Тейсмана.
– Хорошо, гражданин адмирал. Я согласен.
– Связь, – Терстон обернулся через плечо, – передайте «Завоевателю», пусть выполняет Альфа-Три.
* * *
– Сигнал с флагмана, гражданин адмирал. Выполняем Альфа-Три.
Томас Тейсман кивнул и недовольно фыркнул, и гражданин комиссар Ле Пик прищурился:
– Что-то не так, гражданин адмирал?
– Хм-м? – Тейсман поморщился и покачал головой. – Да нет. Я ждал этого уже пять минут назад, учитывая идущие на нас силы противника. Я просто…
Он умолк, и Ле Пик наклонил голову.
– Вы бы что, гражданин адмирал? – спросил он. Тейсман вздохнул.
– Просто я бы пока этого не делал, – сказал он. – Я не критикую гражданина адмирала Терстона, но мы не так уж много времени сэкономим для Эндикотта. При данных обстоятельствах я бы на его месте сохранял концентрацию, пока не покончил бы с противником здесь.
– Вы думаете, он не сможет их уничтожить? – Ле Пик был явно удивлен, и Тейсман резко рассмеялся.
– Двадцать четыре линкора против двадцати пяти линейных крейсеров? Да нет, он их уничтожит. Наверное, это просто вопрос техники. Я бы сейчас начал снижать скорость, чтобы подольше оставаться в зоне обстрела. Учитывая неравенство в массе, сейчас ракетное преимущество у нас, и я предпочел бы размолотить их издали, а потом я бы подошел на радиус действия энергетического оружия и прикончил. – Контр-адмирал помолчал, потом слегка виновато улыбнулся. – Наверное, я просто слишком часто попадал под мантикорские ракеты, гражданин комиссар. Мне очень не понравилось, и я не прочь отплатить.
– Ну, такая возможность у вас скоро будет в Эндикотте, гражданин адмирал, – ободряюще сказал Ле Пик. Тейсман молча кивнул.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
