В заключение добавим, что и сегодня призрак Николая I иногда появляется в коридорах Зимнего дворца. По свидетельству «очевидцев», это молчаливое и крайне необщительное привидение, узнать которое можно только по величественной осанке и императорскому мундиру.
В феврале 1855 года на престол вступил старший сын Николая I Александр II. Слухи о будущем императоре ходили самые доброжелательные. В народе сочувствовали даже случайным любовным неудачам императора. Однажды во время вечерней прогулки на Сенатской площади император повстречал «интересную даму». Он познакомился с ней, отрекомендовавшись простым офицером. Она оказалась вдовой полковника и не возражала, чтобы офицер пришёл к ней с чёрного хода. Царь, довольный тем, что удалось сохранить инкогнито, ночью пришёл по указанному адресу На задней лестнице он встретил прислугу и спросил, как пройти к полковнице. «Что ты, что ты, батюшка. Уходи скорее, сюда скоро сам царь пожалует». Так и ушёл ни с чем, хохотали салонные остряки.
Впрочем, все хорошо знали о сложных отношениях в царской семье. Официальная любовница императора Екатерина Михайловна Долгорукая ещё при жизни императрицы Марии Александровны родила ему трёх детей, сына и двух дочерей. А когда в 1880 году Мария Александровна скончалась, то в том же году состоялся обряд венчания Александра II и княгини Екатерины. Назревал династический скандал. Злые языки уверяли, что очень скоро состоится её коронация. Будто бы был заказан и вензель для новой императрицы – «ЕIII» (Екатерина III). Всему этому помешала трагическая гибель императора в марте 1881 года. Это событие тут же связали с Екатериной Михайловной. По Петербургу молнееносно распространилась крылатая фраза: «Александр II влюбился в Екатерину Долгорукую и погиб на Екатерининском канале». Напомним, что существует легенда о давней родовой вражде между домами Романовых и Долгоруких. Будто бы ещё в XVII веке некий монах предсказывал гибель всех Романовых, которые решаться связать свою судьбу с Долгорукими. Мы уже знаем о неожиданной болезни и смерти Петра II накануне его свадьбы с Екатериной Долгорукой. И вот теперь ещё одна трагедия.
Ко времени вступления на престол Александру Николаевичу, будущему императору Александру II, исполнилось тридцать семь лет. На всю жизнь он крепко запомнил печальные уроки Крымской войны. Известно, что накануне очередного русско-турецкого военного столкновения 1877–1878 годов он долго колебался, боясь повторения того, что пережил его отец в 1854 году. И подписал Манифест «о войне с Оттоманской Портою» только после того, как в ночь перед переходом русской армии через Дунай дважды увидел во сне своего отца, который «обнимал и благословлял его».
Все эти годы он прожил под мучительным знаком таинственного предсказания, данного будто бы юродивым Фёдором ещё при его рождении: новорождённый «будет могуч, славен и силен, но умрёт в красных сапогах». Предсказание сбудется. Александр II прославился отменой крепостного права и умер через несколько часов после того, как взрывом бомбы ему оторвало обе ноги. Так в пророчестве блаженного Фёдора были зашифрованы «красные сапоги».
Император Александр II
Начало охоты на императора положил двадцатишестилетний террорист Дмитрий Каракозов, чуть ли не в упор выстреливший в Александра II во время его прогулки в Летнем саду. Это произошло 4 апреля 1866 года. Согласно общепринятой версии спасения императора, крестьянин Костромской губернии Осип Комиссаров, случайно оказавшийся рядом, отвел руку убийцы. Однако уже современники оспаривали эту легенду. На самом деле, как утверждали очевидцы, террористу Каракозову в момент выстрела никто не мешал. Он просто промахнулся. А на «спасителя» ткнул пальцем прибывший на место преступления городовой, когда ему стали досаждать вопросами. Таким образом, спасителем императора Комиссаров стал совершенно случайно. Тем не менее, его осыпали милостями, в его честь устраивались званые обеды и театральные спектакли, его награждали орденами и поместьями.
В июне 1867 года Александр II по приглашению Наполеона III находился в Париже. Шестого июня, когда он в одной карете с французским императором ехал через Булонский лес, поляк А. Березовский выстрелил в Александра II из пистолета. Но промахнулся.
Не на шутку перепуганный, Александр обратился к знаменитой парижской прорицательнице. Ничего утешительного он не услышал. На него будет совершено восемь покушений, и восьмое будет роковым. Отчасти это совпадало с предсказанием известной уже нам «Белой дамы Аничкова дворца», которая будто бы предрекла Александру II, что первые три покушения он «благополучно переживёт». Правда, она не сказала, от какого по счёту покушения ему суждено погибнуть, а «уточнить» было уже не у кого. Очевидцы рассказывали, что во время пожара Аничкова дворца «из пламени взметнулась огромная фигура в балахоне и растворилась в дыму».
После покушений Каракозова и Березовского было ещё четыре попытки убить Александра II: взрыв императорского поезда в 1879 году; выстрел какого-то «неизвестного турка» во время русско-турецкой войны; попытка покушения на царя некоего Гартмана и взрыв бомбы в Зимнем дворце в 1880-м. И если считать бомбы, брошенные одна за другой народовольцами Рысаковым и Гриневицким 1 марта 1881 года за два покушения, то парижском ведунье удалось-таки предсказать порядковый номер последнего, восьмого, закончившегося мученической смертью царя-освободителя.
Страх покушения был постоянным и неослабевающим. Столичные мистификаторы манипулировали именами пяти царских детей: Николая, Александра, Владимира, Алексея и Сергея. Если их написать столбиком и прочитать акростихом, то при чтении сверху вниз получалось «на вас», а снизу вверх – «саван». Этот зловещий фольклор не сходил с уст петербуржцев вплоть до 1 марта. Никто не мог предположить, что целое государство с его мощным и достаточно хорошо организованным аппаратом не сможет уберечь одного человека. После убийства Александра II художник Константин Маковский нарисовал портрет: царь и рядом с ним – кудлатый пёс. Говорят, что другой художник, Василий Верещагин, увидев портрет, предложил назвать его: «Пёс, который не уберёг царя». В этот несчастный для России день император по возвращении из Михайловского манежа собирался подписать так называемую «конституцию Лорис-Меликова» – первую конституцию за всю тысячелетнюю историю России.
В Петербурге заговорили о зловещем, как теперь оказалось, случае, который произошёл недели за две до убийства. Александр II стал замечать, что под окнами Зимнего дворца каждое утро появляются мёртвые голуби. Как выяснилось, на крыше дворца поселилась огромная хищная птица, которая и охотилась за голубями. Птицу поймали. Это был небывалых размеров коршун. Как говорили дворцовые люди, Александр II заметно «встревожился и предположил, что это дурное предзнаменование».
Недостатка в подобных предзнаменованиях не было. Вспомнили даже нетленного Нострадамуса, который в 56-м катрене своих предсказаний говорил нечто загадочное о «кровавой краске», окрасившей «берег реки» и о «безвременной гибели» кого-то, «рождённого совершенным». Оставалось, правда, в стихах Нострадамуса кое-что непонятным. Скажем, что такое: «Еще до свары пал великий, казни предан»? То, что Александр II был великим императором, никто не сомневался, но о какой «сваре» говорится в предсказании? Кто знал в то время, что так Нострадамус мог называть революцию, которая произойдет в ближайшие десятилетия в России? И в народе заговорили о том, что Александра II убили помещики и дворяне в месть за освобождение крестьян.
Уже вечером 1 марта на Екатерининском канале, вокруг места, где произошло чудовищное убийство, был возведён забор и поставлен часовой. На другой день, 2 марта, Городская дума на чрезвычайном заседании постановила просить нового императора Александра III «разрешить городскому общественному управлению возвести часовню или памятник», на что тот ответил: «Желательно бы иметь церковь, а не часовню». Но первоначально всё-таки установили часовню, в которой ежедневно служили панихиду по убиенному императору. Часовня была возведена по проекту архитектора Н.Л. Бенуа.
Собор Воскресения Христова
Одновременно был объявлен конкурс на создание храма-памятника. В конкурсе приняли участие крупнейшие архитекторы того времени. Победителем стал Альфред Парланд. Дальнейшую работу он вёл совместно с другим архитектором – архимандритом Троице-Сергиевой пустыни Игнатием, в миру И.В. Малышевым. Идея создания храма-памятника царю-освободителю и мученику стала заветной мечтой отца Игнатия сразу же после трагического события. Уже 25 марта он сделал наброски плана фасадов, а затем, по преданию, с помощью набожной княгини Александры Иосифовны довел до сведения царя, что ему во сне будто бы явилась Богоматерь и показала «главные основы храма».
