Читаем без скачивания 1647 год. Королева Наташка. - Павел Кучер

На обороте листа — «Приложение номер 3 к приказу Минздрава СССР от 30 августа 1991 года N 245». Название — «Ориентировочные нормы расхода этилового спирта на медицинские процедуры (в граммах)». Не понадобилось… Зато, теперь я знаю, что на внутривенные инъекции и взятие крови из вены надо 3,0 грамма, на внутримышечные и подкожные инъекции, взятие крови из пальца и однократные уколы (в том числе пневматическим инъектором и постановку пиявок) — 1,0–1,5 грамма, на крупные операции, вроде протирки рук, переливание крови или банки — 10–20 граммов, на компресс — 20–30 граммов, на обработку ран и ожогов — 30–40 граммов, на гистерокоскопию, катетер, фибробронхоскопию и венесекцию — 50 граммов, а на наркоз — целых 60 граммов. Три раза ха-ха… Смешные люди жили в старом СССР. У нас целые баки с медицинским спиртом, стоят в любой столовой. Расходуй, по потребности. Трать — сколько надо. Да хоть пей или нюхай…

На жизненно важном — не экономим, в принципе. Скачала документ по сети, из медицинского архива, не подумав. На всякий случай… Вышло — зря бумагу потратила. Теперь, на обороте, распечатываю своё… и думаю думу — всего 20 лет независимого развития, а отношение к одинаковым вещам, у нас, и в Союзе, что был на Земле-1, уже принципиально разное. Что же в итоге выйдет? Новая цивилизация? Хи-хи… Выражение «мальчик склеил в клубе модель», если верить товарищу Ахинееву, в СССР 1965 года имело несколько иное значение, что в России 2005 года. А ведь разрыв времени — тьфу. Несчастных сорок лет… Двадцать — там, двадцать — здесь. М-м-да! Проехали…

(обрывок ленты от радиотелетайпа)

Раз взялась писать — не отвлекайся (это я себе). Елки-палки! Последняя неделя пролетела — будто один день… Не разогнуться (или не поднять головы?). И без того хронический аврал угрожает сделаться бесконечным. Офигеть. Развертывание полевого госпиталя на тысячу койко-мест… совмещенного с учебкой… «Смерть бухгалтера» Неизмеримой длины ведомости. Нормы, прибыль, убыль, остаток, баланс, планируемые запасы, резерв… Ох! Иезуиты умеют удивить. Почему-то я думала, что для защиты своих «святых убежищ» на польской территории, они будут нанимать войска. И заранее им сочувствовала… В надежность ландскнехтов я не верю. Откуда у тех мотивация биться насмерть? Они — или присоединятся к погромщикам, или разбегутся. Как выяснилось, попы тоже не особо надеются на мораль платной армии посреди гражданской войны. Они придумали страшноватую штуку…

«Запретить казаку грабить — то же самое, что запретить кузнечику прыгать. Действует, если оторвать ему обе ноги!» Можно подставить вместо «казак», слова «наемник» или «шляхтич» — смысл останется прежним. Тащить, на готовую взорваться Украину, наемное войско — то же самое, что тушить пожар бензином. Только сильнее полыхнет. Неподкупных людей, готовых до последнего вздоха оборонять женщин и детей от налетчиков, имея прямо перед глазами соблазнительный пример тотального грабежа, после Тридцатилетней войны в Европе не осталось. Идеалисты полегли на полях сражений первыми. Остались реалисты. Циничные и практичные головорезы, без страха и совести. Вроде шайки, что панически устрашила перспектива служить бесплатно. Совесть и страх божий у них появляются «если оторвать обе ноги». Думаете, шучу? А иезуиты решили попробовать.

(обрывок ленты от радиотелетайпа)

Здание бывшей казармы, наскоро очищенное от остатков обстановки и постояльцев (всё скопом пошло в газогенератор), за несколько дней превратилось в лазарет для безнадежных калек… Одноруких, одноногих и полностью безногих ветеранов недавних сражений, оперативно собранных по богадельням Германии. Похоже, что чтение литературы из XXI века, с Земли-1, навело кого-то из руководителей ордена на дерзкую мысль — «В царство небесное путь открыт всем!» Даже самым жутким душегубам… Божественная милость — безгранична. Достаточно правильно умереть. Например, защищая беспомощных, в католическом храме. Бесплатно! Гении, блин… Мама рассказывала, что похожим способом мусульмане с Земли-1 накручивали перед терактами смертников шахидов.

Вот с таким «контингентом» мы и работаем, в три смены… Розенберг превратился в помесь пересыльного пункта с учебкой. Толпа человеческих обрубков («уволенные по увечью» из рядов бывшие бойцы враждующих армий) полна мрачного энтузиазма. Они — не побегут. Им — не на чем. Попы, от имени Папы Римского, обещали всякому калеке, погибшему в бою за правое дело защиты «мирняка» (не подкопаться!) — прощение и отпущение всех грехов. Наша задача — привести «воинов христовых» в божеский вид. Отмыть, подлечить, переодеть, дать им навыки обращения с непривычным оружием и снаряжением. Создать соответствующий душевный настрой…

Наверное, я безнадежно инфантильна и ничего не понимаю в людях. Хотя уже который день смотрю в разбойничьи рожи… Дышу (через марлевую повязку) пропахшим гноем, кровью и дезинфекцией воздухом. Организую, руковожу, показываю, объясняю. Изуродованные тела, изломанные души. Противоестественным образом, вокруг царит добродушный фатализм. Словно в не наших фильмах про камикадзе. Кино им крутим каждый вечер. Боевики, вестерны, просто «про войну». Ноль эмоций! Ни интереса, ни удивления, ни страха. Или специально таких подбирали, или они сами равнодушными стали. Действует негласный запрет на разговоры (расспросы) о себе. Понятно — незачем возбуждать страсти среди недавних врагов… Запрещено ругаться, драться и приставать к санитарам. Санитары могут пристрелить. Всё остальное — можно. Пить — тоже. Однако, стрелковая подготовка — три раза в день. Фактически — всё свободное время. Не выполняющих нормативы — пугают отчислением. По-моему, отчисление — единственное, чего пациенты всерьез опасаются. Процедуры, включая обработку гниющих культей — не волнуют совершенно. Разве что уколов не любят. А кто их любит? Ближе к весне, по ещё не раскисшим дорогам, увечное войско повезут на восток. Якобы, в паломничество к святым местам…

(обрывок ленты от радиотелетайпа)

В моем расписании вырвалась свободная минутка. То есть бардак так и клубится своим чередом, но он принял более организованный характер. А мне моментально дали пинка под зад. «Не царское это дело — говно подтирать!» В смысле — собственноручно работать иньектором и менять гнойные повязки. Сиди — пиши… Как делалось, что получилось, с каким побочным эффектом. Нашим, на Байкале, интересно, блин. Прогрессоры-скоростники. Методика-то разрабатывалась для Эзеля, на самый крайний случай, если против нас в Европе объявят Крестовый поход, например. Ничего, действует…

Что сказать? Подтвердилась старая истина — люди везде одинаковые. Даже если это — бывшие бандиты с большой дороги. Дядя Гриша много раз говорил, что всего за две недели учебки, из сущей обезьяны, которую только что стряхнули с пальмы, можно сделать бойца советской армии. Третий сорт — не брак и тем не менее. Ну, не за две… ну, за три. Первая — ушла на предварительное лечение и социальную адаптацию «поциентов».

(обрывок ленты от радиотелетайпа)

Вы когда-нибудь видели, хоть одну, культю ноги, которую никто никогда не лечил после ампутации? Я — насмотрелась. Как веки сомкну — так перед глазами мелькает. Свищи, невромы, гнойные воспаления, торчащие из незаживающих язв обломки костей. Такое впечатление, что их вообще никто и никогда не лечил. Блин! Как с такими ранами можно жить?! Иезуиты говорят — отбирали самых здоровых. Верю… Больные эту зиму не переживут. Иммунитет, у аборигенов эпохи — фантастический. Естественный отбор в действии. Все чахлые — давным-давно померли. Если честно, выживших — лечить просто некогда. Пришлось ломать исходную программу и всё начинать с медицинского ликбеза. А вот не фиг болтать, что нам понадобилось безответное пушечное мясо, типа смертников, которых фашисты, на Земле-1, к пулеметам приковывали. Я за такие слова уже могу убить!

Инвалиды — тоже люди! Все мы — люди… Иезуиты, собирая ветеранов по приютам для бездомных, обещали им скорую смерть и чистилище. Форма пропаганды такая. «Крестовый поход детей» — был. Теперь, на очереди — «Крестовый поход калек». Нормально, для позднего Средневековья. Жесткий утилитарный подход. Ещё — они обещали сытную кормежку и теплое жильё. Как собакам… Предупредили, что придется иметь дело с безбожниками. Но, никто не предупредил, что за дни, оставшиеся до весенней распутицы, мы собираемся произвести тотальный ликбез и, помимо боевой подготовки, дать «шахидам» (термин прижился, тоже — «бойцы за веру») базовые навыки медицинской грамотности. А пришлось… Кто за ними, там, ухаживать будет? Раз попали в коммунизм — полное самообслуживание норма. «У нищих — слуг нет!» Читать, писать и оказывать друг другу медицинскую помощь должен уметь каждый. Бесплатно… Оказалось, это «порог футурошока». Чистые белые простыни, пакеты с сухими пайками (без нормировании) и бачки с питьевым спиртом (он и антисептик, и горючее для примусов, и антидепрессант), прямо рядом с койками, произвели (после трудной и голодной дороги) в рядах калечного воинства фурор и ажиотаж. Многие простодушно решили — они уже в раю. Пусть временно. На задворках… Для поднятия морального духа, перед воиским подвигом. В колдовство и безбожный рай — уверовали одновременно.