– Так уже пора! – воскликнул Фет, на которого напирали вампиры.
– Еще нет…
Старик на пять сантиметров вытащил серебряный меч из трости, провел подушечками двух пальцев по лезвию. На бетонный пол закапала кровь. Запах привел вампиров в неистовство, они подходили со всех сторон, выползали из самых дальних углов, любопытные, вечно голодные.
Фет рубил кинжалом пыльный воздух, не подпуская тварей вплотную.
– Чего вы ждете? – выкрикнул он.
Эф по-прежнему вглядывался в лица, в каждой женщине с мертвыми глазами он поначалу видел Келли. Одна метнулась к нему, но Эф ткнул острием меча ей в ключицу, и она отпрыгнула назад как ошпаренная.
Шум нарастал, на тех, кто стоял впереди, напирали задние, кровь Сетракяна капала на землю, ее запах – и расход впустую! – бесил вампиров.
– Ну же! – крикнул Фет.
– Еще несколько секунд… – помедлил Сетракян.
Вампиры усилили натиск. Эф колол острием меча то одного, то другого, не подпуская к себе. Только тут он догадался включить лампу черного света. Передние хотели было отпрянуть от ее лучей, но не смогли: их подпирали задние. Свободное пространство вокруг сжималось… Эф почувствовал, что кто-то схватил его за рукав…
– Пора! – крикнул Сетракян.
Он подбросил шар со штырем, как судья подбрасывает баскетбольный мяч в начале игры. В верхней точке полета тяжелая сфера выровнялась и штырем вниз полетела к земле.
Четырехгранное острие воткнулось в бетон, в мине что-то зажужжало – так жужжит, перезаряжаясь, старая лампа-вспышка.
– Уходим, уходим! – закричал Сетракян.
Эф размахивал и лампой, и мечом, пробиваясь к металлической колонне. Он чувствовал, как его хватают, тянут, слышал стоны вампиров, их вопли. Но при этом всматривался в лица, искал Келли, рубил всех, кто не был ею.
Жужжание мины сменилось нарастающим воем. Эф пробился к колонне и заступил за нее в тот самый момент, когда окружающее пространство взорвалось ослепляющим синим светом. Он закрыл глаза, уткнулся лицом в локтевой сгиб.
Он слышал агонию вампиров. Их тела таяли, разлагались, сгорали, превращались в пепел. Стон разносился по всему тоннелю.
Вампиры гибли десятками, сотнями.
Пронзительный вой длился не более десяти секунд, яркий очищающий свет, заполнявший тоннель от пола до потолка, потух, едва разрядились аккумуляторы. Тоннель погрузился в темноту. Слышалось только шипение догорающих останков. Эф опустил руку, открыл глаза.
Тошнотворный запах поднимался от обугленных существ. Люди не могли сделать и шага, не наступив на хрустящие под сапогами угли. В живых остались только те вампиры, которых частично прикрыли металлические колонны. Гудвезер и Фет быстро обошли пещеру, отрубая голову покалеченным, наполовину уничтоженным существам.
Фет вернулся к мине, которая теперь горела обычным огнем. Огляделся, оценивая нанесенный урон.
– Да-а, – протянул он, – сработала чертова хреновина.
– Смотрите, – сказал Сетракян.
В дальнем конце тоннеля, пол которого затянуло едким дымом, на возвышении из земли и мусора стоял длинный черный ящик.
Когда Эф и остальные направились к нему – со страхом саперов, приближающихся к подозрительному предмету без защитных костюмов, – ситуация показалась Эфу чрезвычайно знакомой, и через несколько мгновений он понял, откуда такие ассоциации: те же чувства он испытывал, шагая по рулежной дорожке к темному самолету, с которого, собственно, все и началось.
Он вновь ощутил, что приближается к чему-то мертвому и немертвому. К чему-то прибывшему из другого мира.
Расстояние сократилось настолько, что Эф уже мог подтвердить: да, это тот самый длинный черный ящик, который он видел в грузовом отсеке самолета, прибывшего рейсом 753. С резной двухстворчатой крышкой. Человеческие фигурки, горящие в пламени, лица с раззявленными в диком крике ртами.
Огромный гроб Владыки поставили на алтарь из мусора и земли под руинами Всемирного торгового центра.
– Это он, – кивнул Эф.
Сетракян первым подошел к ящику, почти коснулся резьбы и лишь в последний момент отдернул скрюченные пальцы:
– Давно я его искал.
Эфа передернуло. Не хотелось ему вновь встречаться с этим монстром, безжалостным, невероятно сильным гигантом. Он оставался с другой стороны гроба, ожидая, что створки распахнутся изнутри. Ручек на крышке не было. Чтобы поднять створки, следовало подсунуть под них пальцы. Это было неудобно и отнимало время.
Держа наготове длинный меч, Сетракян встал у изголовья гроба. Лицо его оставалось мрачным. Эф поискал причину в выражении глаз старика, но они ему ничего не подсказали.
Слишком легко все получилось.
Фет и Эф подсунули пальцы под створки и после третьего кивка Эфа подняли их. Сетракян выступил вперед с мечом и лампой черного света, чтобы… чтобы обнаружить только одно: ящик полон земли. Старик проткнул ее в нескольких местах: серебряное острие каждый раз упиралось в дно. Ничего.
Фет отступил назад с горящими глазами:
– Его нет?
Сетракян вытащил меч, постучал о край, стряхивая землю.
Разочарование сокрушило Эфа.
– Он удрал.
Гудвезер развернулся, оглядел усеянный убитыми вампирами тоннель:
– Почуял нас. Не прошло и пятнадцати минут, как ушел. На поверхность он выйти не может. Из-за солнца… значит, он останется под землей до наступления ночи.
– Это же самая большая подземная транспортная система в мире, – сказал Фет. – Тысяча триста километров рельсовых путей.
– У нас не было ни единого шанса. – Эф даже осип от отчаяния.
Сетракян, конечно, вымотался, но сдаваться не собирался. Его глаза горели огнем.
– Разве не так вы уничтожаете грызунов, господин Фет? Изгоняете из гнезд, а потом добиваете.
– Только если известно, куда они прибегут.
– Но ведь все существа, роющие норы, крысы там или кролики, создают некое подобие черного хода…
– Запасный выход. – Фет начал понимать, к чему клонит старик. – На случай чрезвычайных обстоятельств. Хищник входит в одну дверь, ты убегаешь через другую.
– Я уверен, что мы заставили Владыку пуститься в бега, – кивнул Сетракян.
Вестри-стрит, Трайбека
У них не было времени уничтожить гроб, поэтому они скинули его с мусорного алтаря, перевернули и рассыпали землю по полу. Решили, что успеют довершить начатое позже.
Возвращение через тоннели к микроавтобусу Фета заняло некоторое время и еще больше утомило Сетракяна.
Фет припарковался не у дома Боливара, а за углом. Они пробежали залитые солнцем полквартала, не пытаясь прятать ни ультрафиолетовые лампы, ни серебряные мечи. В столь ранний час никого около резиденции они не увидели, и Эф быстренько вскарабкался на строительные леса. Над заложенной брусьями дверью находилось откидное окно с номером дома. Эф разбил его рукояткой меча, ногой вышиб длинные осколки, лезвием очистил раму от мелких. С лампой черного света он влез в окно и спрыгнул в вестибюль.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
